Эл Полефф – Барон Семитьер: Мясорубка (страница 19)

В прошлый раз он досадно ошибся. Не обратил внимания: дар был поражен “кровяным проклятием”. Во время учебы им говорили, что некоторые болезни могут пребывать во внутренностях человека без внешних проявлений. По-видимому, это был такой случай. Как итог — проклятие перешло вместе с даром. Печально. Но даже великим святым свойственно заблуждаться.

"Ангелы во плоти очень боятся меня. Им кажется, что я намереваюсь убить их. Раньше мне приходилось тратить по несколько часов для того, чтобы убедить их: я всего лишь добрый проводник, помогающий им исполнить свою миссию на Земле. Но мне удалось довести сонную смесь до такой степени совершенства, что контролируя ее медленное поступление я способен держать человеческую оболочку в идеальном состоянии не тревожа сознание. Вчера она успела посмотреть на меня своими испуганным взглядом как олененок."

“Не бойтесь, ангел мой, я помогу вам!”, — прошептал он, пока ее глаза закрывались.

Благодетель сообщил, что нуждающийся в даре пребывает в святилище еще со вчерашнего дня. Нетерпеливо ждет благословения. И он его получит.

Нужно вывезти каталку и аккуратно переложить тело ангела на стол. Проверить поступление обогащенного эфира и можно приступать. Подключить капельницу, которая будет снабжать мозг и сердце свежей кровью. Сейчас это место напоминает алтарь. Свет газовых ламп, окруженных бестеневыми линзами ласкает облицованные голубым стены. На сверкающем подносе под руками разложены инструменты, блестящие, как реликвии культа — скальпели, зажимы, паутина шелка в стеклянных пробирках.

Сегодня в воздухе только запах антисептика. Никакого зловония ужаса. Резина обтянула пальцы, будто вторая кожа.

Первым делом — надрез. Он должен быть аккуратным настолько, чтобы случайно не потревожить важные сосуды. Одно неверное движение, один миллиметр в сторону — и ангел упорхнет, унося с собой такой необходимый дар. Лезвие скользит по коже, как кисть, оставляя лишь алую росу, которая тут же начинала стекать вниз, впитываясь в стерильную простыню. Раскрыть ангела — как же поэтично звучит эта фраза! Ткани расступились, обнажая тонкую прослойку жира, похожего на расплавленное золото.

“Они сравнивают меня с мясником. Какая глупость! Разве мясник сможет понять, что его руки касаются божественного? Я — архивариус, хранитель тайн плоти, извлекающий свиток жизни из узилища тела”

Элегантный дар. Алхимическая лаборатория, преобразующая яды в чистую жизненную энергию. Теплый, живой, он пульсирует под ребрами пронизанный сетью сосудов, как корнями могучего дерева. Освобождать его нужно очень осторожно, постоянно перевязывая эти корневища шелковой лигатурой.

Наконец дар у него в руках. Матовый, горячит кожу даже через перчатки. Испещренный мраморными разводами. Его нужно бережно поместить в сосуд с листеровской сывороткой, обернуть пленкой и переложить в транспортировочный ящик. Начиная с этого момента хронометр в его голове с макабрическим грохотом принялся отсчитывать два часа. В течение сего времени сила ангельского благословения будет медленно угасать, чтобы по окончании срока превратиться в ничто. Но он это время не упустит. Благодетель уже сейчас подготовил заказчика для принятия святого дара. Через тридцать или сорок минут он передаст ему сосуд, за стеклом которого ждет новая жизнь. Напоследок требуется проткнуть сонную артерию иглой, соединенной резиновой трубкой с насосом и включить его.

Действовать нужно без промедления. Снимая фартук и халат, густо запачканные красным, он оглянулся на лежащее тело Марианны. Кровь из ран медленно стекала по желобу в подставленный лоток, отражаясь в линзах очков багровыми бликами. В такие моменты он всегда вспоминал свое детство: отец винодел давил в деревянном чане крупные ягоды, а сок лился густой рекой.

“Тоже красное. Тоже священное”, — улыбнулся он про себя.

По возвращении его ждет еще много работы, на этот раз не столь тонкой и трепетной. Удалить реберную клетку, изъять из полости всю скверну. Иссечь ее на мелкие куски и приготовить из грязи угощение для слуг смерти и зла. Пусть подавятся — сегодня ангел исполнил свое предназначение, а им останется только в ненависти к нему, святому спасителю, скрежетать пеньками гнилых зубов.

“Прах к праху, земля к земле”.

Глава 4

Исповедь плоти

“Figure in black which points at me”

Black Sabbath, “Black Sabbath”

Вторник, 7 марта, вечер.

После ужина Гведе Семитьер порылся в шкафу и извлек из него темно-зеленый хлопчатобумажный костюм. Такие в операционных носили сестры милосердия и санитары. Протянул его Розе:

— По идее, должен подойти. Примерьте, пожалуйста. Если справитесь с несложной работой моего ассистента, закажем новый, точно под ваш размер.

Роза ушла в свою комнату, чтобы переодеться. Брюки оказались практически в пору, а вот сорочка с короткими рукавами была на несколько размеров шире. Девушка полюбовалась своим отражением в старинном зеркале с массивной рамой из орехового дерева. Да, это она: все те же густые волосы, скрепленные заколкой из слоновой кости, те же тонкие черты лица и детские, чуть припухлые губы. Но с другой стороны, что-то в ней изменилось. Сейчас на нее смотрела не просто испуганная девушка из бедного района, боящаяся людей. В ее взгляде плескалась какая-то едва уловимая отвага. Не та, с которой обычно смотрят обреченные, другая. Немного дерзкая, чуть самоуверенная. Но — отвага.

Барон критически осмотрел ее нескладную фигурку в новом облачении, хмыкнул:

— Для первого раза сойдет. Впрочем, не сомневаюсь, решимости в вас достаточно. Ну что, пойдемте к нашему… как там этого отравленного зовут?

— Господин Дрейфус, — подсказала Роза, справившись со своими записями в блокноте.

— Действительно. Кого же еще травить в Лютеции, как не известного банкира Дрейфуса. Кстати, дитя мое, вы знаете, что чаще всего об убийстве близкого человека заявляют те, кто к нему причастен? Конечно, это отнюдь не аксиома, но факт остается фактом. Вы готовы?

Роза замялась. Вся ее внутренняя сущность даже не кричала, а вопила: “Нет!!!”, однако девушка до боли прикусила язык:

— Надеюсь, да.

Желтые глаза Семитьера сверкнули некой потусторонней вспышкой:

— Отлично. Тогда пойдемте. Только сперва выпейте вот это.

Он протянул руку в которой лежал хрустальный фиал. Роза взяла его, удивившись неожиданной тяжести. Пробка была плотно притерта к горлышку и понадобилось приложить усилие для того, чтобы вытащить ее. Не оставляя себе ни секунды на возможность засомневаться, она вытряхнула из флакончика в рот несколько пряных капель. В голове зашумело, словно ей довелось одним махом опустошить стакан вина, но это чувство тут же прошло. Девушка вопросительно посмотрела на своего работодателя.

— Не волнуйтесь. Считайте сие эликсиром мужества. Впрочем, из чего я его приготовил, вам сейчас лучше не знать.

Увидев расширившиеся от ужаса глаза ассистентки, он звонко и весело расхохотался:

— Мадемуазель Фалюш, я шучу. Пора начинать привыкать к моему чувству юмора. — он подмигнул, — Это совершенно безобидная вытяжка из одной тропической лианы. Блокирует обонятельные нервные окончания, что позволит вам не так бурно реагировать на трупный запах. Ну и в качестве одного из эффектов — притупляет чувство страха. Природное успокоительное средство, изобретенное коренными жителями Перу.

Газовые лампы в покойницкой шипели, а их дрожащий свет отбрасывал на стены тени, похожие на скрюченные пальцы. Холод пробирался под одежду Розы, а воздух, густой от сырости и слабого запаха формальдегида, оставлял во рту металлический привкус. Невидимый призрак ужаса вновь вонзил свои ледяные пальцы в мозг девушки.

“Ты станешь таким же, как он”, — шептал он, заставляя Розу сфокусировать взгляд на трупе человека, лежащем под простыней на столе. Барон снисходительно посмотрел на нее, легко приобнял за плечи:

— Не стоит бояться, шер ами. Люди опасаются привидений, забывая о том, что они не могут причинить им вреда. Вывод: если вы увидели призрак, то просто спросите у него, что ему нужно. По секрету — чаще всего оказывается, ему элементарно хочется поболтать. А вот с живыми монстрами стоит вести себя максимально осторожно. Что может иметь против вас месье Дрейфус? Он даже не знал вас при жизни.

Он указал на небольшой столик, напоминающий парту в начальной школе:

— Это ваше рабочее место. Ваша задача — фиксировать на бумаге все то, что я буду говорить вслух в процессе вскрытия. Конечно, только то, что касается непосредственно нашего усопшего. Ведь потом вам придется напечатать все это на "ремингтоне" и передать отчет родственникам вместе с телом. Или — в жандармерию. Все зависит от того, что прикончило исследуемого. Ну а сейчас, пожалуй, приступим. Значит, достопочтенная мадам Дрейфус утверждала, что ее муж был отравлен…

Одним рывком Барон сбросил на пол простыню, выставив напоказ обнаженное тело не старого еще мужчины, лет пятидесяти на вид. В свете газовых ламп его кожа казалась пергаментно-желтой. Гведе полюбовался трупом, как делал бы это ценитель в картинной галерее. Накинул поверх фрака черный фартук с множеством карманов, на руки натянул длинные, до локтя, перчатки. На голову надел систему линз на ремешках.

— Записывайте, дитя. Кожные покровы желтые с серым оттенком. Лицо отекло, под глазами — тяжелые мешки. Белки красные, веки опухли. Первые признаки отравления налицо.