Эл Полефф – Барон Семитьер: Мясорубка (страница 13)
— Мой питомец,
Посмеявшись, Раффлз взглянул на часы и засобирался.
— Барон, я сегодня же телефонирую в Управление, прикажу на завтра собрать небольшой отряд жандармов. Не уверен в том, что если Деваль окажет нам сопротивление, мы сможем справиться с психопатом. Доброй ночи, мадемуазель Фалюш. Барон, до завтра. Я заеду за вами в девять.
Прозекция сознания
Суббота, 4 марта, вечер.
Человек, по своей сути, это идеальный механизм. Машина. Возьмем, к примеру, кисть руки. Тридцать мышц, двадцать пять суставов. Более семнадцати тысяч нервических окончаний. И каждый из этих элементов эволюция оттачивала миллионы лет! Лично я считаю, что Господь, спроектировавший Вселенную, подошел к вопросу создания нашего организма с такой скрупулезностью не просто так. Наверное, он предполагал, что человечество обязательно начнет убивать себя изнутри, и заложил в каждую особь потенциал для спасения.
Многие считают, что Бог мертв и попросту не замечает страданий, творящихся в созданном им мире. Это в корне ошибочно. Начиная с древних времен люди находятся под неусыпным присмотром настоящих героев, готовых положить жизнь за всеобщее благо. Имхотеп, халдейские мудрецы, Пифагор, Иисус, Авалокитешвара, Мухаммад, Штайнер, Гурджиев. Каждому из них он открыл секреты мироздания в объеме, доступном для их понимания. Все они помогали человечеству по мере своих сил и знаний. Мне он открыл тот факт, что каждый человек — это божественная сокровищница. А еще позволил понять его величайшую ценность.
Вы когда-нибудь задумывались о том, что первые упоминания золота, как эквивалента чего-то ценного, появились только у халдеев, аегиптян и народов Джанараджья. До этого оно было всего лишь мягким и неудобным для повседневного использования металлом. Потом люди увидели его красоту и принялись украшать золотом статуи богов, собирать слитки и монеты в сундуки. Превозносить тех, у кого хранилища были наиболее полно забиты этим металлом… Но испортится ли это богатство, если условный раб, в силу своей дерзости, нагадит в сокровищницу? Конечно нет. Достаточно очистить испачканные дерьмом слитки, отполировать их поверхность и их главное свойство — покупать — снова вернется к изначальному. И наоборот, без должной очистки ни один торговец не примет в качестве платы монету, щедро измазанную фекалиями.
То же самое и с организмом человека. Глупцы своими руками, щедро, вбрасывают в свою сокровищницу полные лопаты дерьма. Не понимая, что водой внутреннее богатство отмыть невозможно. Но Господь в своей милости велик. Он открыл мне тайну того, что даже самое грязное сокровище можно очистить. И рассказал как. Наверное, я могу сравнить свою работу с неким банком, куда вы можете принести порванную купюру в десять ливров и, заплатив всего ливр, получить взамен новую. Когда я смотрю на людей, я вижу не их грязь, их слабости или пороки. Я вижу золото под слоем нечистот.
Холодно. Наверное, нужно было одеваться по зимней погоде. Третьего дня я, будто случайно, встретил ее перед прачечной фабрикой. Идеальный вариант — девятнадцать лет, сирота. Не девственница, но в анамнезе не было ни единого венерического заболевания. Витальная сила настолько хороша, что за всю жизнь она лишь несколько раз болела простудой и однажды ветряной оспой. Пришлось внушить ей, что в ее кишечнике сидит солитер, с чем связан ее повышенный аппетит. Это было несложно — людям свойственно доверять тем, кто помог им уже несколько раз. Сегодня я дождусь ее после работы и сообщу, что червя, способного убить ее за несколько месяцев, можно вывести из организма. А вот и она. Длинная ярко-красная юбка, приталенный жакет. Как и многие прачки, одевается в забытые и потерянные в барабанах вещи. А что у нее с рукой? Почему она перебинтована? Не хватало только из-за досадных мелочей лишиться чистого экземпляра!
Девушка доверчиво улыбается. Глупышка. Ее рука пахнет мылом. Редкость в этих краях. Я представляю, как разрежу ее тонкую кожу, чтобы добраться до сокровища. Алые капли испачкают грубую черную резину перчаток. Идеальный контраст. Ее бледная, почти прозрачная кожа похожа на изысканный фарфор. В ее грустных глазах, таких ярких и живых, светится что-то, что заставляет верить: она не грязна. Ее сокровищница создана для гораздо большего, нежели просто прозябание в этом болоте.
— Какая встреча, Марианна! Что с вами произошло, голубушка? Вы ранены?
— Здравствуйте, господин доктор. — Девушка учтиво поклонилась. — Ничего страшного, порезала ладошку, когда открывала коробку с порошком.
— А у меня для вас хорошая новость…
Несколько заслуженных комплиментов во время короткой прогулки до Набережной Уаз. Туда, где в тени кленов стоит моя коляска, которая доставит нас в клинику. Нас должны увидеть как можно больше ее товарок. Они должны помнить, что в этом жестоком мире есть люди, которые относятся к ним хорошо вне зависимости от их статуса. Сегодня ее ждут осмотр и хорошая доза осмотического слабительного с порцией красителя, которое она примет вечером. Уже завтра она, скрывая позорную болезнь, придумает причину, по которой ей нужно будет прийти в условленное место.
Холодно. Пар от ее дыхания поднимается вверх, словно душа, стремящаяся покинуть тело раньше срока. Остатки мерзкого, серого снега скрипит под ногами, как если бы Земля умела скрежетать зубами.
Конечно же, с ее рукой не произошло ничего такого, что снизило бы ценность сокровища.
— Этот червь, голубушка, зарождается в кишках в тот момент, когда в организм попадает его личинка. От этого никто не застрахован. И, хотя лечение очень дорогое, вам я хочу помочь практически даром. За это я возьму у вас всего одну пробирку вашей крови. Помните, вы уже сдавали ее для меня вместе с подругами? Это совсем не больно.
В моей работе ошибки иногда случаются. Лишняя проверка не повредит. Осталось убедить эту милую славянку, что болезнь эта грязная. И многие, по своей глупости, конечно, узнав о ней, отстранятся. Перестанут уважать. А что может стоить в трущобах дороже уважения?
Конечно же, я отвезу ее прямо до дома. Высажу и, вежливо поприветствовав случайных свидетелей, помашу ей рукой на прощание. Буду долго смотреть ей вслед. Потом уеду домой. Останется только сообщить
Глава 3
Побить козырного туза
Вторник, 7 марта, утро.
Роза вошла в библиотеку, когда массивные напольные часы пробили восемь. Барон в расшитом журавлями бархатном халате и мягких туфлях на босу ногу сидел за столом и рассматривал разложенные перед ним бумаги. Не оборачиваясь, Гведе поприветствовал ее:
— Доброе утро, мадемуазель Роза. Весьма интересные рисунки, доложу я вам. Не расскажете, что это вообще должно быть?
С ужасом девушка увидела, на столе перед Бароном лежит забытый ею дневник. Заметив смущение Розы, он усмехнулся:
— В моем доме приватность чтится на высшем уровне. Вы оставили тетрадь раскрытой, а потому я счел это допущением доверия. Впрочем, если не хотите рассказывать, это навсегда останется исключительно вашей тайной.
— Там только мои… чертежи. Ничего секретного. Не смейтесь над моей глупостью, пожалуйста!
— И в чем же заключается эта самая глупость, мон ами?
— Недавно я была у отца на работе и он показывал мне новую тевтонскую машину для упаковки. Если положить кусок вырезки в пакет из эфирной пленки Пехмана, а затем откачать из нее воздух, то мясо намного дольше не будет подвержено гниению. Посмотрев на то, как работает воздушный насос в этой машине, я подумала, что его можно было бы использовать в других приборах. Например, если создать механизм, который будет с усилием втягивать в себя воздух. Тогда такую систему легко применять для чистки ковров…
— Пока не вижу глупости. Впрочем, над этим чертежом еще стоит поломать голову. Вы не будете против, если мы сделаем это вместе?
— Конечно нет!
— Вот и чудесно. Однако, мне кажется, вы пришли сюда для чего-то более важного?
— Тело господина Рожье из вашего подвала забрали его родственники. Оплату оставили ту, что была записана в их квитанции. Также телефонировала мадам Дрейфус. Сегодня ночью скончался ее муж и она хотела бы узнать причину его смерти. По ее заверениям, это отравление.
Барон почесал затылок концом химического карандаша:
— Яды это всегда интересно. Когда доставят труп?
— После обеда.
— Ну что ж. Отлично. Кстати, сейчас мне понадобится ваша помощь. Пойдемте-ка со мной.
Идти пришлось в подвал. Он встретил гостей тяжелым запахом сырости и едва уловимым — формалина. Где-то в темном углу лестницы капала вода, нарушая тишину мерными ударами, словно отсчитывая последние секунды перед чем-то важным. И снова по телу девушки забегали мурашки: несмотря на то, что сейчас стол для вскрытий пустовал, само место вызывало у Розы невыразимый ужас. Это не осталось незамеченным для Барона: