Эл Моргот – Злодейский путь!.. Том 8 (страница 6)

– Пожалуйста, замолчите, – почти умоляюще произнес Шен. – Оставьте меня все в покое!

– Мы не сделаем этого! Ты себе больше не принадлежишь! Твоими поступками руководит тьма!

– Это не так!

– Не так? Ты уничтожил все живое на пике Лотоса! Ты призвал темные силы, которые преобразили резиденцию, превратив ее в… нечто невообразимое!

– Нет!

– Нет? Тогда кто это сделал? Чьей же милостью это произошло? Кто, не чураясь темных искусств, принес в жертву стольких людей, чтобы наделить тебя – ТЕБЯ – НЕ СЕБЯ – невероятным количеством темной энергии?!

– Бессмысленно отрицать это, – вмешался другой старейшина. – Такой ритуал в принципе невозможен без согласия заклинателя, принимающего в себя энергию. Разве что сердца и души заклинателей звучат настолько в унисон, что энергия приняла вас за одно целое.

Шен уставился на старейшину, а затем как безумный стал качать головой из стороны в сторону, словно пытаясь отринуть все, что тот произнес.

– Нет. Это невозможно! – Он сжал ладонями виски. – Замолчите все! Оставьте меня в покое!

Черная аура стала вспыхивать и гаснуть на его коже.

– Я заставлю тебя показать истинную сущность! – воскликнул стоящий перед Шеном старейшина. – Слишком долго ты прятался за хрупкой спиной Рурет!

Шен, смотрящий воспоминание, начал подозревать, что этот старейшина был неравнодушен к девушке. Уж слишком ее образ походил на богиню добродетели в его устах.

И все же тому удалось своими обвинениями и упоминанием Рурет вывести Шена из себя. Его, стоящего в круге, затрясло. Старейшина продолжал наступать на него с обвинениями, буквально тыча пальцами и проклиная.

– Замолчи! – закричал Шен. – Замолчи!

Но он не прекращал говорить до тех пор, пока меч не пронзил его сердце. Секунду старейшина с неимоверным удивлением вглядывался в лицо Шена, а затем рухнул на пол. Шен попятился, расширившимися глазами глядя на тело у своих ног. Было видно, что он потрясен случившимся даже больше, чем окружающие.

Прошла пара секунд, за которые остальные должны были вытащить свое оружие и кинуться на одержимого тьмой заклинателя. Но этого не произошло. Шен, смотрящий воспоминание, ощутил прохладную рукоять в правой руке. Замелькали лица и алые капли, и менее чем за минуту все было кончено.

Шен убил одного. Шиан убил шестерых. В зале собраний они теперь остались наедине. Крови было столько, что она ковром покрыла пол, поглощая рисунок.

Шен ничего не говорил. Он с потрясением и ужасом осматривал зал, казалось потеряв дар речи. Шиан подскочил к нему и схватил за плечи, оставляя на серебристом одеянии алые разводы.

– Все в порядке. Мы все решим. Это был несчастный случай. Никто не узнает, – успокаивающе приговаривал он.

Шен с трудом сфокусировал взгляд на его лице. Он разомкнул губы, набирая воздух и ощущая, как кисловато-медный привкус оседает на языке. Первым, что он произнес, было:

– Я убил Рурет?

Шиан вгляделся в его глаза и тихо ответил:

– Да.

Воспоминание сменилось со взмахом ресниц. Рурет была еще жива. Шиан сидел за низким столиком, сквозь тонкие бумажные ставни в комнату проникал лунный свет, одинокая свеча в подсвечнике, стоящем в углу комнаты, почти догорела. За спиной Шиана на коленях стояла Рурет и медленно перебирала его волосы, вплетая в них украшения. Это была настолько умиротворяющая картина, что Шен забылся и, когда Шиан начал говорить, не сразу осознал услышанное.

– По-моему, тебе пора прекратить.

– Что-о? – озадаченно протянула Рурет, наклонившись через его плечо. – Не говори, что ты перерос свое желание щеголять побрякушками и не хочешь, чтобы я вплела в твои волосы это изящное солнышко?

– Не-ет, – тут же, улыбаясь, в тон ей запротестовал Шиан. – Я не о том!

– Ну тогда ладно, – усмехнулась Рурет и вновь выпрямилась, продолжая работу.

– Я о твоей опеке над Шеном.

Рурет дернула брата за прядку.

– Хочешь сказать, что справишься лучше?

Шиан помолчал, а затем произнес:

– Хочу сказать, что, возможно, ему не нужна такая навязчивая сестренка.

– Я – навязчивая?! Шен сам рад проводить со мной время!

– Ты вроде бы живешь на пике Золотой зари, однако твоя лаборатория на пике Лотоса, ты проводишь все свое время на пике Лотоса, и все ученики пика Лотоса знают тебя как «младшего учителя Рурет».

Рурет нахмурилась, а затем вновь дернула Шиана за прядку.

– И что с того? Что ты этим хочешь сказать? Ревнуешь, что ли?

Шиан фыркнул. Он развернулся, чтобы пихнуть ее, но Рурет ловко уклонилась. В их движениях чувствовалась многолетняя практика сражений брата и сестры.

Они казались веселыми и безмятежными какое-то время, но затем улыбка сошла с лица Шиана, и он явно решил вернуться к теме, которую не намеревался обращать в шутку.

– Похоже, ты просто нашла удобный способ откосить от старейшинства, «младший учитель Рурет». Но раз уж ты так трясешься над Шеном, возможно, тебе стоит перевезти туда вещи и установить круглосуточное наблюдение.

Пусть Шен и не мог видеть выражение лица Шиана, его тон и манера речи казались одновременно наигранно-суровыми и по-мальчишечьи юными. Он думал, что хитрил, выражаясь таким образом, но Шен ощущал, как лихорадочно горели его щеки, и мог догадаться, что на самом деле скрывается за его словами. Он чувствовал, что остается один, даже оставаясь рядом с ними.

Шен догадался, что это воспоминание гораздо старше предыдущего: должно быть, здесь Шиан еще даже не глава ордена.

Рурет показала ему язык. Они еще какое-то время погонялись друг за другом вокруг столика, затем Шиан остановился и взглянул на свое отражение в настенном зеркале. Его прическа совершенно растрепалась. Рурет выглядела довольной. Она рухнула на подушечку у столика и потянулась за чайником. Осушив пиалу холодного чая, она заявила, сделавшись серьезной:

– Я всегда буду защищать Шена. Ото всех. Таков мой долг старшей сестры.

– Даже когда он сам попросит обратное?

– Всегда, Шиан.

Шен и Рурет нашлись в резиденции на пике Лотоса. В настоящем Шен следил за воспоминанием, в котором Шиан шел по просторному коридору к торцевой комнате. Там на широкой лоджии Рурет сидела за низким столиком и вела записи, в то время как Шен стоял перед ней, окруженный разнообразными предметами.

– Находка номер двадцать два, – проговорил он и поднял сосуд, напоминающий ритуальную чашу.

– Поющая чаша духа Шелестника! – определила Рурет.

Шен нахмурился.

– Ты название духа сама придумала? – на всякий случай уточнил он.

– Да! – радостно отозвалась Рурет. – Только что!

Шиан подошел уже достаточно близко, чтобы они его заметили, поэтому, не таясь, заявил:

– Я вернулся!

Рурет и Шен удивленно посмотрели на него. На несколько мгновений каждый из них опешил.

– Ты куда-то уходил? – озадаченно произнесла Рурет одновременно с Шиановым: «Вы даже не заметили моего отсутствия?»

– Меня не было больше недели!!

Рурет пожала плечами.

– Нас тоже не было! Мы были в экспедиции.

Шиан перевел взгляд на Шена, но тот лишь тепло и немного виновато ему улыбнулся.

– Знаешь, заметить было бы проще, если бы ты сообщал нам, когда куда-то отправляешься, – рассудительно произнесла сестра.

– Вот как? – голос Шиана заледенел, но одновременно с этим Шен отчетливо ощущал в нем целый ворох эмоций. – Теперь, чтобы быть замеченным, мне нужно особое уведомление? Любопытно, если бы я умер в этом путешествии, как скоро вы обратили бы на это внимание?

Рурет встрепенулась и настороженно уставилась на него:

– Где ты был? Там были шансы умереть?

Шиан фыркнул.