Эл Моргот – Злодейский путь!.. [том 10] (страница 44)

Пошатнувшись, Шен переводит взгляд на зажатый в руке меч. Кровь пузырится на черном лезвии. Кровь стекает и по его телу.

— Монстр, — повторяет Шен.

Повинуясь его воле, кровь под ногами собирается в очертания печати. Вспыхнув алым, в следующий миг она обращается белоснежным светом, ослепляющим глаза всех вокруг, а когда свет гаснет, заклинатели поворачивают головы и видят, что проклятый старейшина исчез.

И только Муан способен в тот же миг последовать за ним, куда бы тот ни направился.

Печать сверкнула в воздухе. Шен упал в расщелину, на дне которой было песчаное русло пересохшей реки. Сухие листья зашелестели от его движений, к рукам и одежде прилип смешавшийся с кровью песок. Здесь было темно и холодно. Шен прислонился спиной к скале и надолго застыл так, глядя перед собой.

Слева в паре шагов от него стоял чуть светящийся в темноте старейшина пика Славы, но Шен намеренно не смотрел в его сторону и, стоило Муану сделать движение к нему, дернулся прочь. Муан застыл. Шен тоже больше не двигался.

Черная ночь сковала мир и его разум.

Теперь этой ночи суждено остаться с ним навсегда.

Спустя долгие часы губы Шена дрогнули, и он практически бесшумно произнес:

— Я был не прав.

Он игнорировал Муана всю ночь, но теперь взглянул прямо на него. Его глаза словно запоминали каждую черточку перед прощанием. А затем он поднялся и медленно побрел прочь. Муан непонимающе смотрел ему в спину.

К тому времени, как Шен выбрался из расщелины, забрезжил рассвет нового дня. Он вышел на поляну и сложил пальцы в управляющем жесте. Повинуясь его воле, меч принялся чертить круги и символы на земле, глубоко вгрызаясь лезвием в почву, без сопротивления разрезая корни.

— Что ты делаешь? — забеспокоился Муан.

Жить с этой болью представлялось невыносимым. Но что это болит: нарушенная связь или его глупая душа? Он видел эту печать всего раз, во время своего перемещения в этот мир. Так пусть она все и закончит. Он наконец понял чувства оригинального Шена.

— Хочу исчезнуть, — прошептал Шен.

Это было хорошее место: рядом со скалой тек маленький ручеек и в высокой траве цвели лесные цветы, лес подступал со всех сторон, а кроны пели на ветру.

Его широко открытые глаза уставились в пустоту, в них самих была пустота, и пустота была ему ответом.

— Нет!! Шен!! — осознал Муан. — Ты сошел с ума?! Не смей этого делать!!

Печать под ногами проклятого старейшины вспыхнула.

— Нет!! — закричал Муан.

Шен закрыл глаза.

Паника в бесплотном сердце старейшины пика Славы сменилась ужасом. Только сейчас он, наконец, до конца осознал, что является бестелесным, бесплотным и бессмысленным призраком.

Шен собирался покончить со всем прямо сейчас. Покончить так, чтобы у него больше не было и малейшего шанса на ошибку.

— Не делай этого! — в отчаянии Муан налетел на него своим призрачным телом, всем своим существом, всеми мыслями и энергией, сконцентрированной в одном отчаянном желании спасти его.

Он врезался в Шена, пытаясь выбить из печати.

Сила оказалась столь велика, что Шен взмыл в воздух и отлетел к уступу. Ударившись о камни, он рухнул в молодую траву, а в месте, куда он врезался, остался отчетливый кровавый след.

Муан заметался из стороны в сторону, не зная, что предпринять. Он склонился над Шеном, но руки проходили сквозь него.

Стоит тому очнуться — и он завершит то, что начал. Сколько у него времени?! И разве может он позвать на помощь, он ведь всего лишь неприкаянный дух!

Муан даже не понял, как умер. Он просто осознал себя перед той дверью, притягиваемый к единственной имеющей для него значение точке в этой вселенной: к своему старейшине пика Черного лотоса. Но что ему оставалось, кроме как попытаться попрощаться?!

Пребывая в отчаянии и панике, Муан заметался по склону горы, на которой они оказались после перемещения, пытаясь найти хоть одну живую душу, способную помочь Шену. Способную не дать ему совершить непоправимое.

Сперва он заметил дымок, затем увидел домик. Он не сразу осознал, что и домик, и старик ему знакомы. Тот самый отшельник из клана Тихих цветов, которому они так и не вернули меч.

Молясь всем богам, только бы у него хватило сил на одну фразу, одно слово, одну возможность позвать на помощь, Муан закричал что есть мочи.

Старый Шао Жуаньсу промывал побеги молодого бамбука, когда светящаяся энергия вспыхнула перед его носом и собралась в образ великолепного заклинателя. Старик уронил корзину с побегами и уставился на призрачного человека, в первое мгновение решив, что божество оценило его скромный образ жизни и сошло с небес, дабы проводить к вратам вознесения.

Заблуждение его продлилось недолго: заклинатель метался из стороны в сторону и что-то беззвучно орал, и такое поведение явно не походило на божественного посланника. Присмотревшись, Шао Жуаньсу осознал, что перед ним всего лишь сильный призрак.

Старик разочарованно поморщился и присел, чтобы собрать рассыпавшиеся кругом побеги. Призрак, однако, не спешил уходить по своим призрачным делам и продолжал мельтешить перед носом старика, что немало выводило того из себя.

— Какой суматошный призрак… — с досадой пробормотал он. — Да не слышу я тебя! Вижу, но не слышу…

Призрак замер. Мгновение помедлив, он стал активно жестикулировать.

Присмотревшись, старик Шао произнес:

— О. Да ведь твои очертания мне знакомы… Что? Хочешь, чтобы я пошел за тобой? Ладно-ладно, вероятно, ты все равно не отстанешь… И откуда только взялся здесь на мою голову…

Муан летел вниз по склону, то возвращаясь к старику, словно подталкивая поспешать, то вновь устремляясь вперед. Наконец, показался знакомый скальный уступ. Шен все так же лежал в траве. Муан заметался из стороны в сторону, а затем завис над ним, с упованием уставившись на старика.

Тот присел на корточки над проклятым старейшиной и дотронулся до бледного, словно у мертвеца, запястья. Вопреки ожиданиям, пульс прослеживался, хоть и неровный.

— Жив твой друг, — произнес старик для призрака, который почти прожег на нем дыру своим буравящим взглядом. — Правда, с такими внутренними повреждениями не известно, надолго ли…

Муан вновь заметался из стороны в сторону, что должно было, в его понимании, выражать просьбу о помощи.

Старик перевернул лежащего на спину и нахмурился.

— Теперь я вспомнил, кто ты, — произнес он, узнав Шена, и повернулся к старейшине пика Славы. — Старейшина Муан, я сожгу для вас ритуальных денег.

— Не нужны мне деньги!! — закричал Муан, но, естественно, старик его не услышал. — Помоги ему!!

— Что ж, с мертвыми лучше не спорить, — произнес старик и, закинув Шена на спину, с трудом выпрямился и медленно заковылял обратно к домику.

Глава 228.2. Перегнав пустоту

Зарево пожара над Кушоном ночью стало больше, окрестные холмы заволокло прогорклой дымкой. Задремавший Шуэр сперва почувствовал вибрацию, и лишь затем увидел приближающийся, словно вынырнувший из тумана, иссиня-черный как казавшаяся бескрайней ночь, конный отряд.

— Наконец-то! — воскликнул Ху Шиль.

Впереди скакал Ю Си. Пронесшись мимо костра, рядом с которым сидели сокрушенные генералы, он остановил коня у городских ворот, где отчетливо были видны обезумевшие мертвые солдаты, тянущие руки к свежей добыче и воющие на разные голоса.

Ю Си спрыгнул на землю, и тут же к нему подбежал один из воинов, что дежурили вокруг стены. Выслушав короткий доклад, Ю Си уточнил:

— Где Гу Фен?

— Он остался внутри!

— Заклинатели?

— Они тоже внутри, связи с ними нет!

— Хорошо. Я должен сам взглянуть на ситуацию в городе. — Он указал одному из воинов на стену, и тот, поняв командующего без слов, снял с седла огромный лук и соответствующую ему стрелу, к которой была присоединена тонкая металлическая цепь. По воле воина контрольного бюро, натянувшего лук, стрела угодила в крышу сторожевой башни.

— Вы, — Ю Си указал на часть своего отряда, — пойдете за мной. Остальные — продолжайте защищать стены. Генералы, — кивнул Ю Си Ху Шилю и Ир Шуэру, словно признавая, что все-таки их заметил.

Те хотели было ответить, но командующий контрольного бюро схватился за тонкую цепь и легко взмыл в воздух, в несколько движений взобравшись на городскую стену.

Отсюда ему открылся прискорбный вид на разоренный Кушон. Вся западная окраина выгорела, но огонь постепенно утихал. Живые мертвецы бестолково бродили по пустым улицам, без живой добычи утратив всю цель существования. Вдалеке путеводной звездой высилась пагода монастыря Дун.

— Пойдем по крышам, — решил Ю Си.

Белые черепа замелькали над домами. Вкупе с тем, что произошло в этом городе, форменная одежда контрольного бюро в кои-то веки казалась гармоничным дополнением всеобщей картины.

— Командующий Ю! — вскоре обратился к тому один из воинов. — Мы нашли раненного заклинателя. Там… странно. Вам стоит взглянуть.

Ю Си движением указал подчиненному показывать дорогу. Вскоре они остановились у перекосившейся колокольни.

— Внутри, — коротко произнес воин.