Эл Моргот – Злодейский путь!.. Том 1 и 2 (страница 70)

– Что это она за жрица такая? – любознательно поинтересовался Шен у Муана.

– Вроде жрицы земли. Универсальная такая жрица: она проводит обряды плодородия, вызова дождя, вот сейчас еще упокоения покойников.

– Ты с каким-то пренебрежением это говоришь, – заметил Шен.

– Конечно. Она вот так заменила однажды умершую бабку и с тех пор отдувается, будто и в самом деле от ее плясок что-то меняется. Про покойников вообще молчу: это просто смешно.

– А дождь?

Насчет дождя Муан ничего не ответил, видимо не определившись. Разговаривали они, идя по лесной дороге, уже спустившись с вырабатывающей кротость лестницы. По правую руку от них вверх шла отвесная скала. Дорога вильнула вправо, и вскоре Шену открылось прелюбопытное зрелище: прямо на скальном уступе, на значительной высоте от земли, на вбитых в породу крюках висели гробы. Точнее, Шен догадался, что это гробы. Они больше походили на вырезанные из цельного ствола дерева лодки, закрытые крышками. Окинув Кладбище-на-скале взглядом, Шен установил, что недавних захоронений здесь нет, определенно все гробы были очень старыми.

На дороге и небольшой поляне рядом уже собралось приличное количество деревенского люда. Все ждали прихода жрицы, постепенно более обеспокоенно кидая взгляды на заходящее солнце.

– Что это за древнее кладбище? – поразился Шен.

– Несколько поколений назад жители этой местности верили, что подобный вид захоронения убережет тела и души умерших от разграбления и осквернения животными. К тому же к небу ближе – подниматься меньше придется.

Шен, пораженный, рассматривал гробы и думал о том, закладывал ли все эти детали писака Ер в свою новеллу. Потому что если да – то он просто чертов гений, а если нет – то как это вообще возможно: чтобы посредственный мир новеллы превратился в такую целостную и изобилующую деталями картину?

– Иди сюда, – Муан потянул его за локоть и повлек ближе к собравшейся толпе.

– Ты не будешь участвовать в обряде?

– Поучаствую, – вздохнул Муан. – А ты подожди здесь.

С этими словами он оставил его с края толпы, а сам направился к небольшому, находящемуся под скалой алтарю. Возложив на него подношения, Муан развернулся и остался стоять на месте. Он посмотрел на Эру, которая вышла в центр образованного для нее пустого пространства, а затем перевел взгляд на заклинателя, который ярким багряным пятном выделялся на общем фоне. Столкнувшись с ним взглядами, Муан отвернулся, а Шен удивленно моргнул и приподнял бровь.

Эра распустила волосы и ударила в бубен. Ей вторил нежный звук ручных колокольчиков. Шен поискал глазами источник звука и с удивлением обнаружил, что колокольчики держит Муан. Забавно. В этой поездке он столько нового о нем узнал. К примеру, ничто в новелле Ера не намекало на то, что Муан способен использовать маленькие колокольчики так же умело, как бессмертный меч. Похоже, Шен сильно недооценивал его возможности. Однако признавать его заслуги и прекращать над ним подтрунивать он явно не намерен, несмотря ни на что.

Эра кружилась, прыгала и била в бубен. Темп мелодии постепенно ускорялся, движения становились более рваными, резкими, все меньше походили на танец. Девушка запрокинула голову, закатила глаза и то ли что-то шептала, то ли о чем-то молила. Не было какого-то определенного ритма, но был напев. Ее ученики, стоявшие в стороне, принялись невпопад бить в большой гонг, установленный на краю поляны. Бум-бум-бум! Создавалось впечатление раскатов грома, нежный звук колокольчиков оказался почти заглушен.

Губы Эры продолжали что-то нашептывать, но ноги заплетались, она уже почти не могла стоять. Муан подскочил сзади и поддержал ее.

На мгновение поляна погрузилась в гнетущую тишину. А затем кто-то из толпы выкрикнул:

– Предки пришли вкусить от трапезы?!

Все присутствующие деревенские жители стали с трепетом вглядываться в лицо жрицы, пытаясь определить, озлоблено оно или же ласково. Солнце окончательно зашло, погружая поляну в сумерки. В этой полутьме один человек зажег свечу. Медленно он приближался к жрице, а толпа двинулась с ним точно волна. Они продвигались словно бы на цыпочках. Тишина, растекшаяся вместе с отзвуками последнего раската гонга по поляне, нагнетала волнение. Жрица стояла без движения, поддерживаемая Муаном. Люди медленно подступали, замирая при каждом шаге. Когда они подошли достаточно близко, чтобы свеча осветила ее лицо, Эра дернулась и резко и дико расхохоталась. Поляна словно ожила, вокруг воцарился хаос звуков. Деревенские кинулись к Эре, кланялись, наперебой спрашивая, кому будет удача или горе.

Шен продолжал стоять на месте, издалека наблюдая за происходящим. Он не определился, как это интерпретировать. Просто представление? Или за этим обрядом в самом деле что-то кроется?

Но, в конце концов, не все ли равно? Беловолосые брат с сестрой посреди сумеречной поляны с висящими гробами за спиной и обступившим их простым людом казались древними божествами, сошедшими с начертанной тушью картины.

Шен любовался этой сценой. А затем почувствовал, как нечто обвилось вокруг его талии. Но он даже не успел опустить взгляд, чтобы узнать, что это, так как его рвануло назад с такой силой, что Шен сорвался с места, будто был всего лишь соломенной куклой.

Пусть на кладбище и была площадка-поляна, слева все так же шел довольно крутой, поросший лесом склон вниз. На какой-то миг Шен почувствовал себя в состоянии свободного падения, будто научился летать как птица, но затем притяжение взяло свое, и он приземлился в скользкую сухую листву и кубарем покатился со склона, сбивая мелкий сухой орешник. Пытаясь прекратить эту круговерть, он цеплялся за землю и корни и наконец смог остановиться, уперевшись в толстый ствол клена. От удара дерево засыпало его ворохом красных листьев.

Шен лежал на земле и пытался прийти в себя, остановить карусель в голове. С трудом он сел, прислонившись спиной к спасшему его дереву. Перед глазами все плыло, деревья двоились, и он чувствовал легкую тошноту.

А ведь гуляя по горным тропам, он часто думал о том, как легко здесь оступиться и упасть вниз. И в большинстве случаев для обычного человека это значило бы верную погибель.

Попытаться разобраться с тем, что или кто его утянул, он не успел. Потому что оно вновь обвилось вокруг него, мгновенно привязывая к стволу дерева. Шен дернулся, но путы были не слабее многослойных веревок. Теперь он смог их рассмотреть. Путами оказались черные волосы. А затем из-за дерева вышел и их обладатель.

Эту худощавую фигуру, широкий лоб и – главное – длинные черные волосы Шен не мог не узнать. Вот только… разве он не отсек ему голову над Поляной тысячи духов? Шен перевел взгляд на его шею. Шея Онэ была обмотана волосами, точно бинтами. Прицепил назад? Похоже, Шен здорово недооценивал силы этого духа, раз он способен на такое.

– Ты знаешь, приветствия у тебя так себе, – заметил Шен.

Онэ хмыкнул.

– Ты явился, чтобы отомстить мне за это? – Шен выразительно посмотрел на его обмотанную черными волосами шею.

Онэ грациозно присел перед ним и протянул к нему тонкую, словно ветка, бледную, как у мертвеца, руку. Шен дернулся в сторону, но не имел никакой возможности уклониться от этого прикосновения.

– Не-е-ет, – зловеще протянул демонический дух, дотронувшись до его щеки. – Я пришел кое-что проверить.

К коже Шена словно прикоснулась холодная и влажная рука утопленника. Он удивленно смотрел в это неприятное лицо.

– Чего тебе надо?

Волосы, обернувшиеся вокруг его груди, сжимались сильнее, вдавливая в ствол. Дышать становилось все сложнее.

– Чего… тебе?..

Черная энергия словно закружилась над подушечками пальцев демонического духа. Он дотронулся своими холодными пальцами до разгоряченного виска Шена. Энергия, циркуляцию которой он ощутил, казалась знакомой и почти родной.

Волосы, обвитые вокруг груди, сдавили так, что он больше не мог сделать ни вдоха.

– Ты… – нахмурившись, прошипел Онэ, – вернешься к нам.

Взгляд Шена вновь застила тьма. Начинаясь от краев, она быстро заполнила все перед глазами. На этот раз в этом было что-то очень пугающее.

В следующее мгновение Шен пришел в себя, осознавая, что его кто-то трясет. Он открыл глаза и увидел склонившегося над ним Муана. Все следы Онэ растворились во тьме без следа. Шен с наслаждением сделал глубокий вдох.

– Ты серьезно свалился со склона?! – возмущался тем временем Муан. – Как ты умудрился это сделать?!

Рассказывать о встрече со старым приятелем Шен не захотел из соображений личного спокойствия: Муан и так постоянно напоминал ему о его темной связи с демонами и духами, и, если подогреть эту тему, Шен просто свихнется от постоянного нытья по этому поводу. Одно дело, если бы он что-то дельное предлагал, так нет же – только настроение портит.

Так что вместо пояснений он просто попросил:

– Лучше помоги мне подняться.

Муан подал ему руку и резко рванул на себя. Шен еле на ногах устоял, все-таки полет со склона не прошел бесследно. Муан поддержал его под локоть.

– Что это? – старейшина пика Славы заметил кровоподтек на его левом виске.

– Что? – Шен дотронулся и скривился от боли. – Должно быть, ударился обо что-то, пока со склона летел.

Взгляд Муана красноречиво говорил: «Да с пятилетним ребенком меньше проблем, чем с тобой!»