Эл Лекс – Тайны затерянных звезд. Книга 10 (страница 4)

— Ну, с радиопередачей всё понятно! — капитан кивнул. — А то, что не будут заходить на другие станции, ты чем объяснишь?

— Рационализмом, — Кирсана усмехнулась. — Мы уже выяснили, что корабли Администрации разбираются на обычных врекерских станциях… Но на самом деле это не так.

— Я знал! — завопил Кайто, вскакивая с места. — Я же знал!

— На самом деле, у «Линкс» есть только три станции, которых касается договор с Администрацией, — продолжила Кирсана, улыбнувшись Кайто. — На них немного другие условия труда, нежели на всех остальных. Например, на остальных станциях смены врекеров распределены так, чтобы постоянно кто-то хотя бы один работал, это позволяет перегонять энергию между печами и процессорами, почти не теряя её. В то время как на станциях, о которых говорим мы, смены всех врекеров начинаются одновременно, и приходится изо дня в день разом активировать и прогревать сразу несколько десятков печей и процессоров, что выливается в приличные энергопотери.

Так. А вот сейчас уже не смешно. Ведь получается, что я работал как раз на такой станции — у нас все смены начинались одновременно. В общем-то, можно было и сразу догадаться, сразу, как только Кирсана сказала, что таких станций всего три, ведь я самолично, вот этими самыми руками, резал боевые корабли в белых ливреях, а значит, станция, на которой я работал — одна трёх упомянутых.

Впрочем, ладно, это ещё ничего не значит. Одна из трёх — это тридцать три и три в периоде процента вероятности.

— Трёх станций вполне хватает для нужд Администрации, — продолжала Кирсана, скрестив руки на груди. — Тем более что распределены они по космосу так, что из любой его точки до какой-то из них всегда примерно одинаковое расстояние, так что что бы с кораблём ни случилось, из-за чего ему потребуется утилизация, всегда можно добраться напрямую. Нет никакой нужды стыковаться с посторонними структурами ни для какой цели. Поэтому подобная стыковка для тех, кто умеет прикидывать хрен к носу, будет выглядеть странно и вызовет ненужные подозрения. А подозрения это именно то, чего капитаны тех кораблей сейчас изо всех сил пытаются избежать. Поэтому я считаю, что они сразу же полетят на станцию.

— И ты, конечно же, знаешь, на какую именно, — сумрачно пробубнил Магнус. — Знаешь же?

— Конечно, знаю! — Кирсана улыбнулась. — На ближайшую. А ближайшая у нас — станция два-два-четыре-семь.

Я почувствовал, как волоски на моих руках приподнялись, упираясь изнутри в ткань куртки, и будто бы даже приподнимая её тоже. Тридцать три процента вероятности — вроде не так и много, но именно они и сыграли. Это был номер моей станции, той самой, на которой я трудился, пополняя баланс «Линкс». Та самая станция, с которой вся эта история началась.

Как любит говорить капитан — «В этой истории всё связано».

— Собственное название «Калиостро», — продолжила Кирсана, и внезапно резко дёрнула головой, вонзая в меня пронзительный взгляд льдисто-голубых глаз. — Та самая станция, с которой ты слинял, Кар, правильно же? Да, я вас наконец-то вспомнила. Всех!

Глава 3. Своим ходом

— Давно вспомнила? — спросил я, глядя прямо в глаза Кирсаны.

— Только что, — серьёзно ответила она. — Предвижу твой следующий вопрос, и ответ на него — спасибо Кайто.

— Я тут при чём?! — оскорблённо завопил азиат.

— Ты с первой минуты моего появления на корабле смотришь на меня огромными глазами, — Кирсана слегка улыбнулась. — И я знаю только две ситуации, в которых человек смотрит такими глазами. Или он влюбился, что маловероятно, или он боится. А вот почему боится — это уже важный и очень интересный вопрос. К тому же, я отлично помню, как вы переглядывались, когда я только вышла из гибернации — не думайте, что у меня мозги там в жижу превратились - не превратились. Может, я и не в себе была, но всё равно всё помню.

— Но нас ты не помнила, — капитан не то спросил, не то констатировал факт.

— Не помнила, — Кирсана кивнула. — Пока вот этот умник не начал распространяться на тему работы врекерских станций. Я ещё подумала — откуда он в курсе внутренней кухни «Линкс», и сама себе дала ответ — видимо, он в ней непосредственно варился. Топ-менеджер вряд ли оказался бы на разваливающемся корыте в жопе космографии в компании сомнительного экипажа, так что скорее всего это простой врекер. А простые врекеры, как известно, редко уходят от «Линкс» живыми или хотя бы здоровыми и с полным набором конечностей. Такие случаи можно пересчитать буквально по пальцам, и один из них случился непосредственно со мной. Так, прикинув одно к другому, я и вспомнила ваши лица, пусть и видела их мельком.

Кажется, у Кирсаны это что-то вроде привычки — проговаривать свои размышления вслух, не то советуясь со слушателями на тему их правильности, не то просто демонстрируя, как хорошо она умеет рассуждать. Возможно, ей становится от этого спокойнее, а, может, просто так думается лучше, но в любом случае нам, а конкретно мне, это на руку. Чем больше я буду знать о её мыслях, тем лучше. Я и раньше не готов был воспринимать её как однозначно друга, а теперь, после того как выяснилось, что она нас вспомнила — тем более. Можно сказать, от меня сейчас она находится ещё «дальше», чем в тот момент, когда открыла глаза в капсуле гибернации. Тогда я хотя бы знал, чего от неё можно ждать.

— И хочу сказать, вам крайне повезло, что с моим кораблём тогда случилась какая-то непонятная хрень, — продолжила Кирсана. — А не то я действительно сожгла бы вас, как пить дать сожгла.

— Мы и не сомневались! — хихикнула Пиявка. — Именно поэтому с твоим кораблём и произошла «какая-то непонятная хрень»!

— В смысле? — Кирсана перевела взгляд на неё.

— Пиявка, я тебе язык отрежу! — вздохнул я.

— А кто тогда будет вам говорить, какие вы идиоты, когда вы ведёте себя как идиоты? — парировала Пиявка и демонстративно высунула язык.

— Вы о чём? — Кирсана непонятливо переводила взгляд с меня на неё и обратно.

Пришлось ей вкратце рассказать, что за «непонятная хрень» произошла с её кораблём и почему она с ним произошла.

Кирсана после этого рассказа немного помолчала, а потом печальным тоном сказала всего два слова:

— Сукин сын!

— Взаимно! — я развёл руками. — Больше мне тебе ответить нечего. Ты нас вообще-то убить хотела.

— Резонно! — согласилась Кирсана. — Но ты всё равно ублюдок, мать твою… Мой корабль… Я тебе это припомню.

— У нас проблема? — я приподнял бровь. — Мы больше не хотим воровать Н-двигатель?

— Нет никаких проблем! — вздохнула Кирсана. — Ты прав, это всё в прошлом. Администрация в прошлом, её приказы в прошлом и даже мой корабль — тоже в прошлом. Сейчас нам надо думать о настоящем.

— Кстати, о настоящем! — Магнус щёлкнул пальцами. — Собственно, вас ничего не смущает? Я не знаю как вы, а я слежу за временем и понимаю, что с момента, когда администраты подобрали врек «Чёрного» прошло уже много дней. Врек уже наверняка на станции, и уже наверняка распилен! А если и не распилен — с него уж точно забрали корабль «потеряшек»!

— А вот и нет! — усмехнулся я. — Твоё предположение было бы верно, если бы эсминец, который тащит врек, мог спейсить. А он не может.

— Это ещё почему? — Магнус скосился на меня.

— Потому что только буксиры способны спейсить с вреками! — ответил я. — Потому что они стыкуются с ними физически, металл в металл, они фактически составляют с ним одно целое. Боевой корабль — это не буксир, он волочет врек корабля Кирсаны на гравитационном захвате — считай, огромной копии моего, врекерского, захвата. Если бы это был просто истребитель, как в случае с кораблём Кирсаны, он бы его затащил внутрь, но четверть эсминца ему просто некуда грузить, нет столько места внутри, так что он будет волочить его снаружи. Попытка прыгнуть через спейсер разорвёт эту связь, и врек просто останется там, где был. Он вообще не задумывался для того, чтобы долго таскать на нём предметы в таком режиме — максимум для того, чтобы быстро растаскивать большие поля обломков, но у администратов в нашей ситуации просто выбора нет. Так что спейсерами они не пользуются, они тащат его на станцию на маршевых двигателях. Сколько понадобится тащат — неделю, две, три…

— Но мы же видели, как корабли уходили к спейсеру! — Магнус не собирался сдаваться.

— А как прыгали, мы видели? — спросил я. — Нет, не видели. Потому что они и не прыгали. Просто курс на спейсер совпал с курсом на врекерскую станцию, можешь сам проверить по картам.

Магнус исподлобья посмотрел на меня и действительно принялся тыкать пальцами в свой навигаторский пост. Несколько секунд сосредоточенно сопел, а потом снова поднял голову.

— А почему тогда они сразу на месте не разобрали врек и не достали истребитель? — спросил Магнус, и тут же сам себе ответил: — Ладно, допустим, они опасались, что с минуты на минуту прибудут «потеряшки» и расхерачат их, поэтому забрали с собой весь врек… Но почему они его не разобрали позже, когда ушли на безопасное расстояние!

— А чем? — я развёл руками. — Это же боевые корабли, там нет, да и быть не может врекерского оборудования! Самое близкое, что у них есть — это противоракетные лазеры, но их мощность слишком велика для такой тонкой работы, велик шанс прожечь истребитель вместе с обшивкой. Да к тому же не забывай, что это всё ещё — образец неизвестных технологий, и что с ним произойдёт, если с ним попытаться хоть как-то взаимодействовать, никто не знает. А вдруг там образуется тупо чёрная дыра, которая пожрёт всё, до чего дотянется? Или вовсе все корабли в хардспейс провалятся? Нет, на такие риски никто не пойдёт. Сначала врекерская станция и аккуратное, хирургическое извлечение истребителя, потом — переправка на место изучения, скорее всего, где-то далеко от космических трасс, и только потом — изучение.