Эл Лекс – Светолов (Астриум 1-2) (страница 46)

Осталось только понять, чем эта находка может обернуться конкретно для меня. Будет ли она мне полезна, будет ли она для меня опасна или вообще не будет иметь ко мне никакого отношения? От ответа на этот вопрос зависело слишком многое, чтобы пускать его на самотек.

Я усиленно обдумывал его всю дорогу обратно до гостиницы, но так и не смог придумать ничего четкого. У меня не возникло ни единой мысли, почему местные светлячки могли оставить пометки в виде своего Спектра, да еще в таком месте, чтобы только зная, куда смотреть, их можно было бы увидеть. Я бы еще понял, если бы они просто метили стены, как бы заявляя о себе, в стиле всяких уличных банд, которыми, по сути, они и являлись, но нет же - явно оставляли метки сугубо для понимающих. Как предупреждение? Как обозначение чего-то? Как… что?

Хрен знает, ответа нет. Я так и не смог придумать ни единого внятного объяснения, зачем бы им захотелось лезть на такую высоту и оставлять там свои метки.

А если что-то непонятно - лучше держаться от него подальше. Как знать, может быть, таким образом местные светлячки метят точки, опасные для входа? Точки, за которыми ведут наблюдение мотыльки? С равной степенью вероятности все может быть и точно наоборот, но проверять не хотелось. Пятьдесят процентов в моем случае - это слишком много.

Поэтому я выбросил помеченную улицу из головы, запретив себе даже думать о ней. Благо, у меня было еще немало путей проникновения в ноктус.

Портье в гостинице недобро покосился на меня, когда я вернулся, но промолчал - кажется, я со своей краской доставил неудобства не только самому себе.

Да наплевать. Главное, что, пока я гулял по Городу, комната уже проветрилась и больше не пыталась меня убить ядерными запахами. Одежда высохла тоже, и, хоть и превратились, по ощущениям, в нечто среднее между картонной коробкой и рыцарскими доспехами, зато стала полностью отвечать моим запросам. Нигде ничего не потрескалось, не осыпалось, ткань осталась черной. До поры до времени, конечно - скорее всего, после первой же стирки большая часть краски просто слезет хлопьями, но мне надолго и не надо. Мне надо на день.

Максимум - два.

Время до ночи я скоротал в гостинице за просмотром телевизора, по которому крутили в основном репортажи об очередных успехах крупных корпораций в той или иной области. Когда на Город опустилась ночь, и за окном наконец стемнело, я выждал для верности еще час, после чего стал собираться.

Рейдовая одежда после моих манипуляций почти не отличалась по виду от обычной гражданской, тем более в ночной темноте, так что ее я и надел. Что в городе, что в ноктусе мне не стоит показывать свое отношение к моему Спектру, пусть и оставленному в другом районе - вряд ли они этому обрадуются. А что до того, что яркие пятна призваны идентифицировать светлячков в ноктусе на случай, если им понадобится помощь - так я ни на кого и не надеялся. Мне просто не на кого.

Я здесь один.

В принципе, можно было бы и не надевать рейдовую форму, и пойти в обычный гражданской одежде, ограничившись только маской, но у меня не было уверенности в том, что она сможет выполнять функции рейдовки. Вдруг там используется какая-то особая уличная магия, и простая одежка не сможет проводить Свет и защитить меня от ТТ? Ведь я, по сути, так ничего о ней не выяснил - не до того было. Да и, надо думать, в Сети не будет информации о снаряжении, которое используют нелегальные бандформирования.

Я открыл окно и выглянул наружу. На улице царила ночь, и, хотя Город не спал и едва слышно гудел с соседних улиц, под окном было пустынно. Гостиница очень удачно выходила окнами в неширокий переулок, а я очень прагматично выбрал номер всего лишь на втором этаже, откуда при желании можно было бы просто выпрыгнуть.

Но выпрыгивать в темноту, не видя, куда приземляюсь, я, конечно, не стал. Вместо этого я достал свой проводник и превратил его в роупдарт. Вспомнил, как махал руками на высоте четвертого этажа, пытаясь ухватиться за перекладину в нескольких метрах от себя, и захотел этого еще раз, только на этот раз выбрав целью дверную ручку - ничего более подходящего в номере найти не удалось. Оставалось только надеяться, что она меня выдержит. По крайней мере, когда я проверял, пытаясь повиснуть на ней и подергать, она держала.

Наверное, волшебная световая веревка выдержала бы меня и так, но проверять мне не хотелось - а вдруг нет? Поэтому я быстро пропустил ее между ног и за плечом, на манер вязки Дюльфера, встал на подоконник, спиной к улице, и отпрыгнул назад, заранее сжавшись в ожидании яичницы.

Однажды мне уже пришлось дюльферять со склона. Потом три дня ходил по-ковбойски, расставив ноги рогаткой…

Но в этот раз все было намного проще - я даже ничего не почувствовал. Световая веревка обхватила меня плотно, как стропы полной обвязки, и никакого дискомфорта я не почувствовал. Мало того - я даже забыл стравливать веревку в ожидании боли, но все равно потихоньку спускался вниз, словно она сама собой растягивалась…

А, может, так оно и было. Смоталась же она сама в рукав мне тогда, на строительных лесах.

Через несколько секунд мои ноги коснулись бетона, я еще раз быстро оглянулся, убедился, что меня никто не видел, и представил, что веревка сматывается мне в рукав. Секундный блик заблудившегося в ночи солнечного луча - и нож юркой змейкой скрылся у меня в рукаве и пристроился на своем месте. Уже не под Пульсом, а прихваченный к предплечью двумя матерчатыми лентами, которыми я оборачивал ботинки.

Через десять минут вороватого осторожного бега вдоль зданий я уже стоял у выхода в ноктус. Возле того выхода, у которого я так и не смог найти ни единой камеры, сколько ни старался - кажется, это был третий из тех, что я за сегодня посетил. Скрывшись в густой тени переулка, я внимательно осмотрел улицу, снова никого не увидел, хотя по пути сюда я не раз сталкивался с людьми, и вынужден быть прятать лицо за срезом капюшона и всячески делаться максимально скучным и неинтересным человеком.

Пока что все складывалось удачно.

Но это только самое простое.

Я подбежал к столбам светового барьера, доставая на бегу энкодер из кармана штанов. Приложил его к столбу, стараясь не коснуться ненароком световых лучей, и свободной рукой шустро натянул на голову извлеченную из-под ремня маску.

Спустя несколько секунд лучи света погасли, и я, не теряя времени, шагнул на территорию ноктуса, возвышающегося по ту сторону черными массивными шпилями.

Нож уже был у меня в руке, и я приподнял его над головой, освещая максимум пространства перед собой. Я уже знал, что лоа видны только при Свете, поэтому секунду постоял, проверяя, не ждет ли меня тут засада.

Обернувшись еще раз, и вторично приложив энкодер к столбу, чтобы СБ вернулся к работе, я шагнул вперед по черному бетону.

Сквозь фильтры маски в нос снова забился запах миндаля.

Ноктус уже не казался чем-то страшным и опасным. Во всяком случае, не страшнее или опаснее заброшки, на которых мы иногда зависали по ночам, паля костры и распивая пиво из полторушек. Не всегда это заканчивалось добром, но и ничего действительно опасного ни разу не произошло.

Помня наказ девчонок, я двигался по середине дороги, четко по узенькой тропинке лунного света, замороженного в черном бетоне.

Ноктус молчал. Здесь было так тихо, что я слышал собственные шаги, и даже будто бы собственное сердцебиение. Тихо и спокойно. Как на кладбище…

Если бы я еще знал, что ищу! Говоря честно, я не сильно-то надеялся на то, что мне удастся добраться даже до этого пункта плана! Когда я все это продумывал, даже это казалось чем-то сложным и недостижимым - какое уж там продумывание дальше! Я-то думал - доберусь до ноктуса, а там как-нибудь сам…

Сам, ага.

Я усиленно вертел головой по сторонам, пытаясь разглядеть или какие-нибудь зацепки, которые привели бы меня к Дочери Ночи, или летящих в мою сторону лоа.

К сожалению, столкнулся я как раз со вторым.

Первого лоа я увидел, когда прошел третий перекресток вглубь ноктуса. Или вернее будет сказать первого и второго, потому что они висели парой, словно держась за руки. Я понадеялся проскочить мимо них незамеченным, но не вышло - несмотря на то, что между нами было метров пятьдесят, они как-то учуяли меня и поплыли мне навстречу. Я чертыхнулся и опустил нож на веревке, начиная его раскручивать.

В этот раз рядом со мной никого не было, так что я не боялся задеть девчонок своим световым вертолетом. Подпустив лоа поближе и как следует раскрутив нож, я сменил плоскость, отправив его по широкой дуге перед собой - словно огромной косой махнул!

Световой клинок рассек лоа пополам, одного за другим, и они истаяли в воздухе клочьями черного дыма.

Что ж, это было нетрудно. Если так пойдет и дальше…

Но дальше так не пошло.

На следующем перекрестке ко мне устремились уже пять лоа, три - с одной стороны, два - с другой. Причем на этот раз я даже не увидел их висящими в воздухе - в мое поле зрения они попали уже в полете, уже стремящимися в мою сторону. Чертыхнувшись, я быстро прикинул расстояние до тех и до других и прыгнул к тем, которых было трое, раскручивая нож на веревке - они были ближе. Резкий мах - и лоа растаяли клочками дыма, а я резко развернулся, отмахиваясь от тех, что приближались сзади. Минус еще два.