Эл Лекс – Стреломант. Том 5 (страница 9)

А потом в спину ударила земля, выбивая из легких воздух, и я поплыл. Немного, ненадолго, всего на секунду, но Виталий не собирался давать мне и этой секунды. Угрожающе подняв левую ногу коленом почти к подбородку, чуть ли не касаясь поднятых в стойке кулаков, он опустил ее мне на живот резким ударом сверху-вниз. Словно кузнечный молот упал...

Я только и смог, что выдохнуть еще больше, сгибаясь в поясе, подтаскивая под себя ноги, и раздвигая их в стороны, чтобы вместо живота нога в тяжелом ботинке впечаталась в землю в паре сантиметров от моего хозяйства.

А потом... Ну, раз я уже сижу... И раз встать он мне не дает...

Чуть согнув ноги и уперевшись ступнями в землю, я швырнул свое тело еще дальше от Виталия, разворачиваясь вправо и выкрадывая короткое мгновение свободного полета на то, чтобы вскинуть руку с появившемся в ней луком, и, пока моя позиция хоть как-то близка к лучной стойке, выстрелить в противника!

Махнув хвостом, фиолетовая стрела метнулась в лицо Виталия, но тот снова исчез со своего места, и через мгновение появился снова — в нескольких метрах от меня. Он по-прежнему стоял все в той же стойке, но уже почему-то не спешил нападать.

Если бы не маска на его лице, я бы решил, что он... удивлен? Поражен? Что-то из этого. Подобную реакцию — остановить резкий прессинг оппонента, когда ситуация полностью под твоим контролем, — такие обученные и тренированные люди, как Виталий (а он определенно обученный и тренированный) позволяют себе только в одном случае.

Если они столкнулись с чем-то, на что пока еще не знают, как реагировать.

Воспользовавшись паузой, я поднялся с ледяной земли, не сводя взгляда с противника. Поднял руку и осторожно провел рукой по лицу — там, куда угодил кулак Виталия. Пальцы прошлись по неприятным неровностям — то, что тогда хрустнуло, все же было моей скуловой костью. Хорошо еще, что перелом не открытый, а то видел я на примере Файерса, что Пустота делает с кровью, не говоря уже о самой по себе кровопотере.

Кстати, а что там Файерс?

Я бросил быстрый взгляд в сторону пироманта, но его там уже не было — видимо, раненый умудрился доползти до разрыва и выбраться наружу. Или его уже пожрала Пустота. Это было бы предпочтительнее, но верится с трудом. Намного вероятнее, что он все же выбрался.

Я снова перевел взгляд на Виталия, который застыл каменным изваянием, не сводя с меня внимательного взгляда меж поднятых кулаков.

Надо и мне тоже выбираться. Не знаю, что заставило взять паузу его, но я — так точно столкнулся с тем, что мне не переварить. Не сейчас. Не здесь. Не в таком состоянии.

Изначально не самый лучший план сейчас летел ко всем чертям, и продолжать его выполнение не было никакой возможности. И дело даже не в том, что здесь внезапно появился один из Ратко — это я еще смог бы пережить. Проблема в том, что здесь появился именно Виталий.

В составе «пятератко», одетый точно так же, как и остальные братья, и отец тоже, он как две капли воды походил на них, и с расстояния метров десять уже трудно было сказать, кто из них — кто. Но сейчас Виталий был один, и сейчас, как никогда, было видно, насколько же он отличается от братьев. Те трое меня недооценивали — а он нет, он наоборот ждет от меня любой подлянки даже там, где я сам не представляю, как ее впихнуть. Остальные любили поболтать — прямо хлебом не корми, — а Виталий за весь бой не издал ни звука, кроме характерного резкого выдоха при каждом ударе. Те трое использовали реадиз — а Виталий почему-то атакует руками и ногами, словно он гладиатор в Яме, а не реадизайнер! Да, его руки светятся фиолетовым, но я так и не понял, по какой причине.

Он теряет контроль над праной? Нет, вряд ли — глаза его по-прежнему не оставляют линий в воздухе.

Он каким-то образом заряжает праной свои атаки? Тогда почему светятся руки, но не ноги?

У остальных трех братьев были слабые места, на которых можно было сыграть и подловить их.

У Виталия их не было.

Или, как минимум, я их не видел.

А, значит, я не могу себе позволить с ним сейчас сражаться. У меня нет ни единого козыря и я не знаю, как их организовать. Плюс к тому моя прана продолжает рассеиваться в Пустоте, а в голове после мощного удара немного звенит и плывет — как бы не сотрясение.

И плевать, что я ничего не выяснил. Не последний раз, явно не последний. А сейчас главное вернуться живым.

Поэтому, не сводя взгляда с не двигающегося Виталия я пошарил за спиной рукой, нащупывая точку выхода, а, нащупав, рванул ее и толкнулся ногами, спиной вперед падая в разрыв.

Вместо холодной земли я упал на горячую растрескавшуюся почву Пустошей, вместо смазанных оттенков серого появились какие-никакие цвета, а по глазам резануло успевшее стать непривычным яркое солнце.

А еще появились звуки.

И самым громким, потому что самым близким, оказалось удивленное рокотание дарга.

Глава 6. Следы прошлого

Этот звук невозможно перепутать ни с чем другим. Даже если не слышал его уже долгое время, даже если вообще слышал его всего один раз в жизни — его уже не забыть. Хриплое, прерывистое рычание будто бы сразу целого десятка различных животных, и даже словно бы с отголосками рвущегося металла.

Это пока еще не атакующий рев, с которым дарги бросаются в атаку, со скоростью молнии, это все лишь удивленное порыкивание, означающее, что дарг еще не понял, что на него свалилось сверху.

Вот только не в моих интересах превращать одно в другое.

В падении я обо что-то ударился, меня развернуло лицом вперед, я подставил ладони, резко перекатился на спину, выхватывая из окружения куски застывших событий.

Недалеко, в нескольких метрах, из земли торчат два больших валуна и между ними растет дерево — все точно так же, как и в том месте, откуда я пролез в Пустоту. В общем-то это логично — выйти на том же месте, где входил.

Вот только куда с этого места исчезли заговорщики, которые тут еще оставались, когда я засунул Стэна в Пустоту?!

И почему вместо них здесь целая стая даргов, в полтора десятка голов?!

Да лучше бы уж заговорщики были!

Дарги, кажется, еще не успели понять, что произошло. Один из них практически высился надо мной — одна из его лап в каком-то сантиметре от моей руки. Судя по тому, что тварь настороженно окаменела, медленно обводя горизонт взглядом, именно об нее я и ударился, когда вылетел из разрыва. Ударился и полетел на землю, под лапы с длиннющими когтями.

К моему счастью, тварь пока что не поняла, что произошло, и до нее не дошло, что под лапами лежит вкусный кусок мяса с доставкой на дом. Но буквально через секунду до него дойдет. А если не дойдет — то он, как минимум, меня учует.

Как максимум — еще и почувствует мою прану.

Поэтому, не теряя времени, я создал в руке стрелу, но не такую, как делал до этого, а толще и длиннее — почти что короткое копье или гарпун. Такими гарпунами имперский флот стрелял из огромных арбалетов-скорпионов в пиратские галеры, чтобы не топить их вместе с капитанами, а брать головорезов в плен во время абордажного боя и сажать потом на муравейники в назидание прочим.

Я бы создал и копье... Но не был уверен, что смогу быстро, исчезающе быстро, сообразить, какие именно копье, какого именно вида, мне нужно. А счет шел даже не на секунды — на мгновения.

Но, едва я нацелил свое оружие в сердце дарга, бьющееся буквально на расстоянии вытянутой руки, и приготовился ударить, как многострадальное пространство у меня над головой прорезала сияющая фиолетовая пятерня. Пять прановых когтей рванули лоскут мироздания в сторону, заново открывая проход в Пустоту. И оттуда шагнул Виталий.

Разумеется, Виталий — кто же еще это мог быть! Даже несмотря на то, что лицо его все еще скрывала прановая демоническая маска, не узнать его было невозможно. Да и кто еще, кроме него, мог бы здесь и сейчас выскочить следом за мной из Пустоты?!

Думал, что спасся, а в итоге только сделал хуже! Мало того, что никуда преследователь не делся, так еще и дополнительных проблем в виде стаи даргов поимел!

Демоническая маска Виталия развеялась по ветру, и он обратился ко мне:

— Куда собрался? Мы с тобой еще не закончили.

А вот это он зря.

Потому что на звук голоса среагировал не только я, но и стоящий рядом со мной дарг. Уж не знаю, то ли Виталий намеренно его проигнорировал, то ли не заметил из-за эффекта туннельного зрения, когда сосредотачиваешься исключительно на цели и ненамеренно выбрасываешь из головы все остальное, но на дарга Ратко не обратил никакого внимания.

А вот дарг на Ратко — еще как.

Одним коротким экономным движением тварь развернулась на месте, подняв тучу пыли и только каким-то чудом не проколов мне ладонь в нескольких местах своими когтями. Развернулась и уставилась на Виталия, словно не понимая, откуда он тут взялся и как подкрался так бесшумно.

И Виталий заметил его тоже. Перевел взгляд, и нахмурился, словно не мог понять, что перед ним такое:

— Это что такое?

Дарг не ответил. Он кинулся в атаку. Молча, даже без рева. Без подготовки, прямо из стойки, кинулся вперед, вытягивая длинные лапы, и метя ими в грудь Виталия.

Ратко не растерялся и не испугался. Он встал в уже виденную мною боевую стойку и встретил летящего на него дарга тем, что я еще никогда не видел — голыми руками!

Да, он на секунду поставил перед собой какую защиту, вспыхнувшую прямо по границам его локтей, об которую дарг ударился, словно о прозрачное стекло, но после этого отшвырнул тварь от себя и тут же кинулся следом, пользуясь моментом, пока ошарашенный монстр ловит равновесие!