Эл Лекс – Стреломант 2 (страница 18)

Вот будет забавно, если где-то среди этих силуэтов затесались и Ратко, прискакавшие на запах жареного. А ведь это вполне возможно, учитывая, что я прикончил Бернарда — они никак не могли проигнорировать такое событие.

С чего ты взял, что они узнают?

О, богиня. Хорошо, что с тобой я могу общаться, не видя при этом тебя, а то ты тоже превратилась бы в невнятный силуэт… А я этого не хочу. У тебя слишком хорошая фигура.

Нахал. Так с чего ты взял про Бернарда?

Ну отец же узнал, когда я прошел инициацию? Не может же быть такого, что он не узнал, когда умер Бернард? Учитывая такой-то выброс праны, что аж даргов привлек.

Ритуал инициации дает сигнал, потому что твоя пассивная прана переходит в активную, что вызывает… Некую дрожь родственной сети, назовем это так. А когда реадизайнер умирает, прана рассеивается в пространстве, она не дает удара по сети.

Значит, о смерти Бернарда Себастьян узнает только тогда, когда озаботится о ней узнать?

Что-то вроде того. Так что сейчас можешь смело отдыхать — вряд ли здесь сейчас присутствует кто-нибудь из пятератко.

Я усмехнулся — уже четвератко. Осталось убрать всего троих, и тогда папаша ничего не сможет мне сделать. По крайней мере, сделать так, чтобы потом не поплатиться за этой стиранием из реальности. Это даже лучше, чем просто убить его. Ведь когда я поступлю в академию, убить его мне уже не удастся, если только не на дуэли. Как и его сыновей, кстати. Так что с ними желательно разобраться до этого момента.

Если смотреть с такой позиции, то даже обидно, что здесь сейчас нет ни одного из них. А кто вообще есть?

Двое Висла и трое Беловых. Не переживай, отобьются. Можешь спокойно терять сознание.

С чего ты взяла, что я его потеряю?

О, поверь, потеряешь. Праноистощение у всех проходит одинаково. Сначала отказывает твое тело, не в состоянии пошевелиться, потом — соз…

Не стоило приходить в себя…

Ох, не стоило.

Лучше бы я там, на стене, умер.

Как там Ника говорила? Ужасные отходняки?

Это она очень мягко выразилась.

Это не ужасные отходняки, это хуже чем пытки королевских палачей.

Вся носоглотка горела огнем, и каждый вдох вызывал приступ сухого мелкого кашля, в голове плавал розовый туман, будто бы там сконцентрировалась вся прана. Руки и ноги вроде слушались, но с сильным запозданием, реагируя на команды мозга с задержкой почти в полсекунды. Что творилось с глазами описать вообще невозможно, я смотрел на мир будто через искривленное стекло — настолько несуразным и невероятным образом порой перекашивало привычные вещи. Стоящая рядом стандартная бутылка с водой, почти цилиндрической формы, сейчас была похожа на диковинный кувшин — раздутая внизу и наоборот зауженная кверху.

Но плевать, что там за бутылка. Главное, что в ней какая-то жидкость, а это все, что мне нужно, чтобы потушить пылающий напалм в глотке.

С трудом контролируя запаздывающую руку, я с третьей попытки схватил бутылку.

И кто-то тут же ухватил меня за руку, не давая ее открыть.

Перед глазами появилась жуткая перекошенная морда с раздутой левой половиной и карикатурно-маленькой правой. Во сне такое увидишь — оглоблей не отмашешься. К счастью, я понимал, что это не какой-то домовой дух пришел по мою душу, а просто мое восприятие мира так поворачивает привычные вещи, поэтому я не стал проявлять агрессии к непонятной морде неясного пола, а только потянул на себя сильнее бутылку.

— Подожди. — откуда-то из-за горизонта произнесла морда. — Хуже будет. Вот с этим пей.

Во вторую руку мне вложили крупную синюю капсулу.

— Пей ее. Будет лучше.

Мне было плевать, я сейчас готов был хоть собственную стрелу проглотить, лишь бы дали попить. Надо с капсулой — буду с капсулой. Сил бороться с неведомой мордой, отнимая воду, не было. Проще и быстрее было сделать, как велят.

Капсулу я запихнул в рот только со второй попытки. С водой вообще помогла морда, иначе, наверное, я бы больше расплескал на себя, чем залил в рот. И все равно я оказался весь мокрый, потому что с первого же глотка поперхнулся и принялся кашлять, при этом не в силах остановиться заливать в себя воду.

Все равно она не помогала. Носоглотку как жгло, так и продолжало жечь. Приходилось вдыхать медленно и глубоко, чтобы найти какой-то баланс между поступающим в легкие воздухом и болью, что он с собой нес.

Через некоторое время меня наконец начало отпускать. По горлу перестали елозить крупной теркой, глаза снова научились фокусироваться, и даже руки с ногами откликались на команды почти вовремя.

Никогда больше не буду связываться с этим гребаным порошком.

Я медленно покрутил головой, осматриваясь. Вокруг было непонятное и неизвестное окружение, но я хотя бы находился в помещении. Кажется, я лежал на диване, а рядом стояли и вполголоса переговаривались двое незнакомцев — мужчина и женщина. В перерывах между фразами они поглядывали на меня, и, заметив, что я очнулся, женщина улыбнулась, демонстрируя сверкающий камешек, то ли вклеенный, то ли вставленный в один из передних зубов:

— Как себя чувствуешь?

— Как матрос, который сначала упился до беспамятства, а потом его за это протащили под килем и он имел наглость выжить. — признался я почти шепотом, боясь, что от громкого голоса у меня лопнет череп.

— Значит, неплохо. — кивнул мужчина с тонкими черными усиками над верхней губой. — Ника на этот вопрос сказала, что она себя не чувствует.

— Как они? — тут же спросил я.

— Живы, здоровы. Истощены, как и ты, но это пройдет. — заверила меня женщина.

— Когда? — прохрипел я.

— Через день. Может, два. — мужчина пожал плечами. — Зависит от того, как будете питаться и отдыхать.

— Где мы?

— В гостинице, в Винозаводске. — снова ответил мужчина. — Не переживай, все уже кончилось, мы зачистили остаток даргов. Собственно, их там осталось-то штук пять… Если бы вы продержались еще пару минут, наша помощь даже не понадобилась бы.

— Жертвы есть?

— Три. — женщина усмехнулась. — И тех затоптали в давке к порталу. К счастью, не насмерть. Двоих мы уже поставили на ноги, третьим занимаются.

— Похвально, что ты так печешься о других, но сейчас тебе бы о себе подумать. — заметил мужчина. — Праноистощение это не шутка.

— Никаких проблем, босс. — выдохнул я и закрыл глаза. — Я все равно сейчас как овощ.

— Симптомы скоро пройдут, амикс их снимет. — заверила меня женщина. — Та капсула, что ты проглотил. За это не переживай. Но в ближайшие два дня тебе использовать реадиз противопоказано. Кроме шуток, ты можешь серьезно подорвать собственный максимум.

— Я понял, босс. — снова улыбнулся я. — Я не тупой, не использовать так не использовать.

— Вот и хорошо. Тогда отдыхай.

И, возобновив свою беседу вполголоса, они куда-то ушли.

Минут через десять, которые я честно провел лежа на кровати с закрытыми глазами, я наконец почувствовал, что могу подняться. Это состояние было еще крайне далеким от нормального самочувствия, но валяться и дальше, не зная, что творится вокруг, в каком состоянии столь необходимая мне мастерская, что с дядей Ваней и не попал ли он в тройку пострадавших — было бы преступлением против здравого смысла.

Заодно хотелось и с девчонками повидаться, узнать, как они.

Я спустил ноги с кровати, и медленно, осторожно, раскинув для равновесия руки, встал. Немного постоял на месте, убеждаясь, что я действительно держу баланс и это не иллюзия, и направился туда, куда ушли мои лекари.

Там оказалась еще одна комната, побольше размером. В ней стояло несколько кресел, большой диван и кофейный столик.

А еще в ней было очень много людей. Настолько много, что мозг поначалу даже отказался их считать, но быстро сдался.

Семь человек. Двое из них — это Ника и Чел, сидящие на диване. На столике перед ними стоял хорошо знакомый мне картонный стаканчик и бумажный пакет с завернутым верхом. Еще один стаканчик держала в руках Чел, но не пила, а просто таращилась в одну точку, даже не моргая. Третий стаканчик был в руках сумрачной Ники с опухшими, еще более красными, чем обычно, глазами, и вот она-то почти не отрывалась от него, прикладываясь каждые несколько секунд и каждый раз обжигаясь и ругаясь одними губами.

Увидев меня, она попыталась вскочить с дивана, но тут же брякнулась обратно — ноги не держали. Я медленно поднял руку в успокаивающем жесте и так же медленно, не делая резких движений, подошел сам. Взял стаканчик, принюхался и с удовольствием констатировал — кофе.

То, что нужно.

Я сел рядом с девчонками, Ника тут же привалилась ко мне, как замерзший путешественник — к печке, а Чел даже зрачками не повела. Так и пырилась в одну точку.

— Это было круто. — тихо выдохнула Ника. — Но больше я так не хочу.

— Согласен. — поддержал я. — Оно того не стоит.

— Но эта сила… — Ника с трудом оторвала дрожащую руку от стаканчика и посмотрела на нее. — Это что-то невероятное…

— Именно поэтому вы сейчас за нее и расплачиваетесь — перебил Нику уже знакомый мне мужчина с тонкими усиками, подойдя к столику. — Я понимаю, вы действовали на эмоциях, времени думать не было, надо было принимать решения быстро… Но везиум — это коварная вещь. Вам повезло, что вы пока что не способны перейти порог истощения активной праны, и вас вырубает раньше. Везиум не только усиливает ваши возможности, он еще и увеличивает пранозапас, который вы по незнанке вычерпаете досуха. И, когда действие везиума заканчивается, пранозапас сокращается обратно, в иных случаях — в минус. Нередко бывало такое, что реадизайнеры под везиумом начинали черпать пассивную прану, а после того, как действие порошка заканчивалось и пранозапас сокращался — оказывались переистощены. Лишены не только активной, но и пассивной праны. Участь хуже смерти.