Эл Лекс – Фаза 1. Интеграция (страница 5)
Взяв оставшиеся продукты в руки, я дошел до холодильника в кухне, попутно переступив через тело зомби, и убедился, что электричество не отключили за то время, что я разбирался в ситуации, и холодильник исправно фурычит. Повесившаяся мышь, правда, куда-то исчезла, но зато теперь ее место торжественно заняли нормальные продукты.
Вернувшись в комнату, я первым делом осмотрел патроны, которые так и остались для меня загадкой — на них не было ни маркировки калибра, ни даже капсюля, словно они вообще не были предназначены для стрельбы из огнестрела. После этого я осмотрел нож, который, кстати, появился почему-то без ножен. В общем-то, понятно, почему, есть же инвентарь. Зачем ножны, если есть инвентарь, правильно? Правильно.
Нож был страшный. Черный, обоюдоострый, причем одна половина заточена под серрейтор и по нему, если присмотреться, бегают всполохи фиолетового пламени, словно там в глубине металла проходит концерт Раммштайн. Опять же — никаких маркировок, никаких надписей. Ничего, что могло бы рассказать, откуда он и что из себя представляет.
Точно так же дела обстояли с жемчужиной и каменной пластиной, только жемчужина была абсолютно инертна, а вот пластина едва заметно вибрировала в руках. Так мелко, что это даже не раздражало.
Все это вместе весило совсем чуть-чуть — когда я закинул все это в инвентарь, счетчик не уменьшился и на полкило. Остались лежать на столе только странные карточки, к изучению которых я и перешел.
Карты светились. И это единственное, что про них можно было сказать. На них не было каких-то надписей или картинок, на них вообще не было ничего. Фиолетовая карта была однородно-фиолетовой, черные — однородно-черными.
Единственное, что можно было с натяжкой назвать "отличительной особенностью" - белую линию, которая шла вдоль границы карты, словно на карте лежала еще одна карта.
На ощупь они словно были сделаны из плотного пластика, и я едва подавил в себе желание попробовать ее порвать или чем-то порезать. Исследовательский дух это хорошо, но вдруг получится? А потом окажется, что эти карты — части какой-нибудь другой карты, например, сокровищ?
Строго говоря, я даже не уверен, что это именно карты, просто они и формой и размером напоминали именно карты, для покера например. Такие же, размером с ладонь и с закругленными краями.
Я решил начать с черных карт, потому что их две, и если я что-то накосячу с одной, всегда останется вторая.
Впрочем, как с ней накосячить, я даже придумать не смог. Просто положил на ладонь со знаком и отдал мысленный приказ «Откройся».
И карта исчезла. Просто растворилась в воздухе, а у меня перед глазами возникла надпись уже привычным системным шрифтом:
Текст повисел несколько секунд, давая мне возможность прочесть его, и растворился в воздухе.
Занятно. Получается, мне только что дали немного информации обо всем, что творится вокруг меня. Причем это был факт под номером двести двенадцать, а значит, есть еще как минимум двести одиннадцать и надо бы собрать их всех, прямо как покемонов.
Я открыл вторую карту и она тоже дала мне факт:
Отлично, теперь четыреста семь! Все интереснее и интереснее!
Я прочитал новый факт еще раз, пока он не пропал. Значит, то, что я так легко убил первого, а, вернее, первую зомби — это не совпадение и не моя собственная крутость. Это просто все так устроено, что поначалу зараженные будут слабыми, видимо, чтобы мы не откисли все в первый же день. Здесь уже начинает проклевываться какая-то система внутри системы, что-то из разряда того, что все это напоминает какой-то эксперимент, и...
Додумать мне не дали. Внезапно с той стороны входной двери что-то громко ударило, а потом раздалась какая-то возня. Секундой позже — снова удар в дверь. Опять возня — и еще удар! Причем это не походило на то, как если бы кто-то стучался ко мне, проверяя, есть ли кто дома. Удары были размеренные, с одинаковыми промежутками между ними, а не вот тебе — постучали и ждут.
Заинтригованный, я пока не стал трогать фиолетовую карту и подошел к двери. Попутно я снова перешагнул через тело девушки-зомби, машинально отметив, что оно как-то едва заметно изменилось. Хотя, возможно, мне показалось.
Дверь у меня была хорошая — железная, толстая. Мощные ригеля замка дополнительно распирали полотно еще и сверху и снизу, обеспечивая тем самым беспрецедентный уровень защиты. Учитывая, в каком районе я жил и какие соседи по дому меня окружали, это было далеко не излишество. Единственный минус — открывался этот монструозный замок только с ключа, причем как изнутри, так и снаружи, но зато и не получится захлопнуть за собой дверь, оставив ключ внутри.
Я подошел к двери, приоткрыл глазок и выглянул в него. Не видно ни хрена, ощущение, что глазок просто перемазан чем-то... Впрочем, возможно, оно так и было. Единственное, что я смог понять — там, на лестничной клетке, что-то двигалось и почему-то предметом своего движения оно выбрало именно мою дверь.
Новый удар!
Черт, если так дело пойдет, то у меня как минимум скоро голова заболит от этого грохота. Как максимум — на него кто-то может подтянуться и хорошо, если это будут зомби, они с дверью ничего не сделают. А вот если это окажутся лихие люди, из серии тех, что провожали меня оценивающими взглядами каждый вечер, стоило мне чуть задержаться, и при этом сплевывали себе под ноги шелуху от семечек — ситуация может стать намного хуже. Они по-любому захотят выяснить, что находится за этой красивой прочной металлической дверью, которая так и кричит о том, что за ней что-то прячут.
Хотя на самом деле ничего за нет не прячут. За ней только я один и прячусь. Впрочем, в этой квартире все равно ничего более ценного нет.
Я снова попытался выглянуть в глазок, но там стало видно еще меньше. Тогда я, чтобы далеко не ходить, вытащил из инвентаря подаренный системой нож, повернул в замке ключ, и, дождавшись очередного удара, распахнул дверь от себя!
Тяжелая створка ударила во что-то мягкое, снаружи булькнули и раздался звон металлических перил от падающего на них тела. Полностью открыв дверь, я высунулся наружу, занося нож обратным хватом.
Зомби валялся на лестничной клетке, неуклюже пытаясь встать. Одних только этих судорожных движений достаточно было, чтобы понять, что передо мной вовсе не человек. Он пыхтел и возился, пытаясь подобрать под себя конечности и заливая площадку голубой кровью, и минут через десять у него, наверное, даже получилось бы. Но я не дал ему даже десяти секунд — присел рядом, вонзая нож ему в основание шеи. Черный клинок с едва заметным усилием прошел сквозь кожу и кости, и зомби затих. Я замер, ожидая системного сообщения об убийстве, но его почему-то не было.
Зато было удивленное бульканье, раздавшееся откуда-то сверху.
Я перевел взгляд на звук и обнаружил, что на площадке пролетом выше стоят сразу три зомби, которых до этого момента от меня скрывало дверное полотно. Завидев меня, они как один вытянули в мою сторону руки и дружно шагнули.
Оказывается, зомби не умеют ходить по лестницам. Первая же ступенька стала для них непреодолимым препятствием, и, шагнув мимо нее, уродцы кубарем покатились вниз!
Прямо на меня, ведь из трех квартир на лестничной клетке именно моя располагалась посередине!Я резко отпрыгнул назад, дернул на себя дверь, которая, конечно же, по всем пожарным нормам и правилам, открывалась от себя, но она не закрылась! Разлегшийся на площадке дохляк своей вытянутой ногой мешал двери закрыться!
Не отпуская ножа и дверной ручки, я попытался пинком убрать преграду, но поздно... Катящийся с лестницы клубок зомби уже настиг меня, и врезался прямо в меня, сбив с ног и зашвырнув обратно в квартиру!
Что-то громко сломалось... Надеюсь, что не одна из моих костей.
Нас, всех четверых, втащило обратно в квартиру, где я тут же, быстро как мог, отшвырнул от себя ближайшего мычащего уродца, перевернулся на спину и пополз к ножу, который вылетел у меня из руки во время падения. Нащупав ухватистую рукоять, я развернулся и всадил клинок в ближайшую башку, поросшую голубыми кристаллами, один из которых торчал прямо из глазницы. Нож пробил череп, и дохляк замер, убитый теперь уже окончательно.
Остальные двое лежали возле стены в самых невероятных для человека позах. У одного явно был сломан позвоночник, у другого под неестественными углами торчала левая нога и правая рука, но это, казалось бы, совершенно их не беспокоило. Они ворочались и пытались встать, и тому, что со сломанной спиной, это даже почти удалось, и его нисколько не смущало, что он был выгнут в обратную сторону, да так, что пальцами пол подметал.
Недолго думая, я подсек его широким размашистым ударом ноги, и, когда он рухнул на пол, проткнул и его башку тоже. Потом добил третьего, который из-за своих конечностей не мог толком подняться. И на этом наконец все закончилось.
И лучшим подтверждением того, что все закончились, стали посыпавшиеся системные сообщения.