Эль Корн – Дополнительные статьи, ко 2 эпизоду цикла «Проект Морфей» (страница 10)

Хотя, судя по отсутствию, осуждающей реакции у присутствующих в столовой, в этом мире, это считались нормой, но Павел, все равно чувствовал себя неуютно, опасаясь, чтобы его не приняли за извращенца.

– Предложенная в ответ пища, служит предложением, на более длительные отношения, – наполнив свой бокал, «добивая» Павла, продолжил Силон, – и приняв ее, ты дал свое согласие на это.

– Твою ж, мать, – уже мысленно выругался Павел и пытаясь, прояснить и смягчить ситуацию, уже вслух произнес, – я еще плохо знаю ваши обычаи, но, не рановато ли, в ее возрасте, думать о серьезных отношениях?

– Рановато? – с удивлением переспросил Силон, тут же добавив, – у нас, уже в тринадцать лет, считаешься взрослым и с разрешения родителей, можно заключить «семейный союз», в четырнадцать, ты уже полностью самостоятельный и можешь сам распоряжаться своей жизнью, а Вайле уже шестнадцать исполнилось.

– Хорошо хоть не тринадцать, хотя и шестнадцать маловато, но вот через пару лет будет уже норма? – облегченно вздохнув, подумал Павел, осознав, что все нормально и по местным меркам, он не совершил ничего противозаконного, хотя возраст девушки, все же его немного беспокоил, и он уже думал просветить собеседника в свои сомнения, но не успел.

– Точно, ты же, не из нашего мира и не в курсе, что у мейров, только до десяти лет, физическое развитие проходит так же как у людей, а потом есть различия, – вдруг, хлопнув себя по лбу, рассмеявшись, сообщил Силон, – с десяти, до тридцати лет, мы мейры, внешне изменяемся в два раза медленнее, затем внешние изменения замедляются еще больше, а после двадцати лет, там вообще, за десяток лет, только на год стареем.

– Причем, это касательно, так сказать, только внешних признаков, – отпив из бокала продолжил мейр, – что же касательно физиологии организма, то…

Прервавшись, мейр злорадно ухмыльнулся, видимо поняв терзающие соседа сомнения и бросив взгляд на сидящую по правую сторону от Павла сестру, нагнувшись над столом, крикнул, – дядя Гайс, будь так любезен просветить нашего Пав-ла, относительно физиологических отличий, между человеческими женщинами и мейрами, а-то, он похоже сомневается, что сестра достаточно взрослая, чтобы стать его женой.

Повернувшись на раздавшийся справа прерывистый кашель, Павел увидел, раскрасневшуюся, прикрывшую рукой рот, старавшуюся прокашляться Вайлу, сжавшую побелевшими пальцами бокал с вином, которым, судя по всему, она и подавилась, услышав слова сводного брата. Встретившись с яростным, метавшим гневные молнии взглядом девушки, Павел поспешил отвести от нее глаза, благо, Гайс в этот момент начал говорить.

– В отличии от женщин, человеческого народа, мы мейры, взрослея, очень медленно изменяемся внешне, а вот физиологически, развиваемся несколько быстрее, – поднявшись из-за стола, начал Гайс менторским тоном, прямо как заправский преподаватель, – потому, если у человеческого народа, взрослым считаются с пятнадцати лет, то мейры годом раньше, уже с четырнадцати.

– С десяти до тридцати лет, физическое развитие у нас, мейров, протекает, примерно, как полтора года за год, – сделав паузу и отхлебнув из бокала, продолжил Гайс – так что, наши шестнадцать, как ваши девятнадцать.

– Так что, дорогой наш зятек, можешь не переживать, Вайла уже вполне взрослая женщина, чтобы родить тебе здоровых детей, – подняв бокал, громко провозгласил мейр.

– Дядя! – воскликнула, еще больше смутившаяся девушка и повернувшись в другую сторону, наклонившись через Павла, злобно прошипела, – я знаю, что ты это специально сделал братик, и припомню это еще тебе.

– Да уж дела, это конечно понятно, что «со своим уставом в чужой монастырь не лезут», но, не так уж легко избавиться от привычек прежнего мира, хорошо еще, что Вайле, хоть на вид лет четырнадцать, но по человеческим меркам ей уже девятнадцать, – пронеслось в голове задумавшегося Павла, совершенно не замечающего, продолжающего бушевать в глазах мейры гнева.

– Интересно еще, а такое различие у мейров между внешним обликом и физиологическим возрастом, это особенность их расы или тут еще что замешано, – продолжал размышлять Павел, пока его взгляд не упал на насупившуюся и все еще явно рассерженную девушку, что делало ее еще милее.

– Слушай, Силон, это выходит, чтобы взять Вайлу в жены, как я понял, мне достаточно согласия ее родителей, которое у меня уже есть, но, ты, еще упомянул официальную регистрацию наших отношений? – не рискнув задать такой вопрос рассерженной мейре, склонившись ближе к Силону, вполголоса поинтересовался Павел, припомнив, услышанное им ранее.

– Так то, вы оба, уже достаточно сделали, чтобы жить вместе, теперь, вам только осталось, провести ночь вместе, и можете отправляться в городскую управу для регистрации семьи – хихикнув, ответил Силон.

– За это надо выпить, – пробормотал Павел, глядя на зажатый в руке бокал и, представив, сидящую рядом, красавицу волчицу в своих объятьях, опрокинул его в себя.

– Или, как в древние времена, по древнему обычаю богов, создавших этот мир, можешь, предложить ей, «показать тебе этот мир», я, именно так бы и поступил, – пробормотал Силон, задумавшись о чем-то своем.

– Что, предложить? – ошалело хлопая глазами, с заплетающимся от волнения языком переспросил Павел, припомнив свои слова, сказанные Вайле в костеле.

– Предложить ей, показать тебе этот мир, – повторил Силон, внимательно глядя на Павла и вдруг, хихикнув, наклонился к его уху спросив, – ты же не хочешь же сказать, что уже сказал это сестре?

Павел, только и смог, что кивнуть и жалобно взглянув на собеседника, пробормотал, – в костеле, как только попал сюда.

– И что она? – заговорщицки понизив голос, с ехидной ухмылкой, поинтересовался Силон.

– Не знаю, меня Гайс утащил, – с некоторой грустью, честно ответил Павел, понявший что из-за Гайса, упустил шанс получить Вайлу в жены, тут же расстроено добавив, огласив свое желание, – хотя, если честно, я бы очень хотел, чтобы Вайла согласилась стать моей женой.

– Да парень, в любви никогда не знаешь, чего ожидать, тут уж, как повезет, хотя, конечно, то, что она сразу не отказала, это уже хорошо, тем более что, как я понял, сестра уже согласна быть с тобой, нужно только получить от нее официальный ответ, а вот с этим, я уже могу тебе и помочь, – размеренно произнес Силон, подтягивая к себе полный кувшин с вином.

* * *

Украдкой слушая беседу двух мужчин, Вайла, не понимала что с ней происходит, несколько раз она смущенно краснела, а периодически, даже хотела вцепиться этому придурку в горло и до сих пор, не сделала этого, только потому, что понимала, что причина его поступков, в незнании обычаев их мира, а будучи эмпатом, чувствовала, что он, не только не желает ей зла, а даже наоборот, она ему очень нравится, ощущая, его эмоции, она знала, что он действительно хочет быть с ней, и, как полная дура, поступив аналогично, показала, что рассчитывает на продолжительные отношения.

Хотя если честно, то Вайла понимала, что приняла предложение, провести ночь вместе, импульсивно, на эмоциях, взбешенная, не столько его заинтересованным взглядом, брошенным на Илойн, сколько поведением своей «распутной» личной рабыни и подруги. Но стоило ей понять, что он считал ее еще слишком молодой для замужества, то она, уже вновь была готова наброситься на этого идиота, но ее остановила речь Гайса, заставившая ее покраснеть еще больше и окрикнуть дядю, пытаясь прекратить его разглагольствования по поводу ее способностей родить ребенка, а потом, повернувшись к брату, все это и затеявшего, пригрозить ему расправой.

Вайла была в ярости и собиралась уже подняться и подойти к брату, чтобы хорошенько ему врезать, но подняв взгляд, встретилась глазами с сидящим рядом человеком и сработавшие способности к эмпатии накрыли ее лавиной его эмоций, давая понять, насколько сильно она ему нравиться и что, даже испытывая сомнения, он хочет обладать ею. С трудом удержавшись, чтобы не накинуться прямо тут на этого мужчину, она поняла, что этой ночью, как он и «предложил» она будет у него и докажет, что уже не ребенок, а взрослая женщина, готовая к серьезным отношениям.

* * *

Поднявшись из-за стола, Силон хлопнул ладонью по столу, привлекая всеобщее внимание и подняв кувшин, провозгласил, – я Силон Геренк, требую у своей сестры, Вайлы Геренк, по праву кровного родства, ответа на предложение моего друга Пав-л Кнауф, предложившего ей, перед ликом создателя, заключить «брачный союз».

Отхлебнув не меньше половины кувшина, Силон шагнул к замершей сестре и наклонившись к ней, ехидно поинтересовался, – так что сестренка, что ты ответишь моему другу?

Смущенно потупив глазки и покраснев, Вайла поднялась и повернувшись к также поднявшемуся Павлу, медленно, еле слышно произнесла, – хорошо, я принимаю твое предложение Пав-л Кнауф.

Подойдя к Павлу, мейра положила руки ему на плечи и приподнялась, не сводя с него своих огромных глаз, на что Павел, видя рядом это миленькое личико, практически не соображая, действуя на одних инстинктах, обхватил Вайлу за талию и притянув к себе, приник к ее губам.

Силон же, допив содержимое кувшина, дождался, когда его сестра опять сядет за стол и вновь наклонившись, к ней, ехидно произнес, – только, ему все равно, нужно сперва получить личный браслет, а только потом, вы сможешь зарегистрировать вашу семью, в городской управе.