Эль Кеннеди – Ошибка (страница 52)

– Сама сказала, что я могу выбирать, – возражает Логан.

– Да, но я думала, ты выберешь что-то хорошее. – Я пристально смотрю в экран. – Уже могу сказать, что этот фильм будет меня раздражать.

– Погоди, как раздражать? – Логан бросает на меня недоуменный взгляд. – Я думал, ты ворчишь, потому что не хочешь бояться.

– Бояться? С чего это я должна бояться?

Он смеется:

– Потому что это ужастик. Привидение убивает людей самыми изуверскими способами, Грейс.

Я закатываю глаза:

– Фильмы ужасов меня не пугают. Они меня бесят, потому что герои в них всегда ведут себя чертовски глупо. Принимают самые неправильные решения из всех возможных, а мы должны переживать, когда они умирают? Да ни в жизнь!

– Может, здесь герои будут сообразительными, рассудительными взрослыми людьми и сделают все правильно, но только их все равно убьют, – возражает парень.

– В их доме привидение, но они решают остаться. А знаешь, что было бы рассудительным? Уехать.

Он дергает меня за волосы и с осуждением говорит:

– Погоди, наверняка найдется какая-то веская причина, почему они не уехали из дома. Держу пари на пять баксов.

– Договорились.

Мы устраиваемся поудобнее: Логан лежит на спине, я рядом с ним, положив голову ему на грудь, и он гладит меня по волосам. Фильм начинается с совершенно нестрашной затравки, включающей в себя грудастую блондинку, невидимую злую силу и душ из кипятка. Блондинка умирает ужасной смертью, сварившись заживо – конечно же злой дух увеличивает температуру воды. Логан хочет вручить мне выигрыш после этой сцены, но я отказываюсь, потому что мне действительно жаль девушку. Стоить отдать ей должное: она всего лишь решила принять душ – и кто может винить ее за это?

Дальше сюжет развивается донельзя предсказуемо. Группа студентов проводит эксперименты по выявлению паранормальной активности в домах с привидениями, и вдруг бам! – один из них умирает.

– Началось! – с ликованием восклицаю я. – Очень разумная причина, почему они остаются в доме.

– Смотри дальше, просто призрак не позволит им покинуть дом, – старается предугадать события Логан.

И ошибается.

Герои начинают спорить, не лучше ли будет уехать, но одна из девушек заявляет: «Ребята, мы занимаемся важным делом! Мы доказываем существование паранормальной активности! Наука нуждается в этом. Наука нуждается в нас».

Я взрываюсь хохотом, лежа на каменной груди Логана:

– Ты слышал это, Джонни? Наука нуждается в них.

– Я тебя ненавижу, – бурчит он.

– Пять баксов, – напеваю я.

Его рука скользит вниз и щиплет меня за попу, отчего я испуганно взвизгиваю.

– Давай-давай, злорадствуй. Ты выиграла битву и получишь свои пять баксов, но я выиграл войну.

Я сажусь:

– С чего ты взял?

– Потому что тебе придется сидеть здесь до конца этого фильма и ты возненавидишь каждую секунду этой пытки. Я же, наоборот, буду безмерно наслаждаться этим.

И этот придурок абсолютно прав.

Но только если…

Когда он снова сосредотачивает внимание на фильме, я опять устраиваюсь рядом с ним, только в этот раз моя ладонь не лежит на его груди. Я кладу ее ниже, всего в какой-то паре сантиметров от пояса его штанов, в которые он переоделся после ужина. Но он, похоже, не замечает этого. Слишком увлечен фильмом. Ха. Скоро это изменится.

Как можно более невозмутимо я скольжу ладонью туда, где чуть задирается низ его белой майки. Потом просовываю под нее пальцы и слегка поглаживаю стальные мышцы его живота. Его дыхание становится тяжелым. Поборов улыбку, я оставляю ладонь там. Через секунду парень расслабляется.

На экране же группа паранормальных «экспертов»-идиотов пытается записать голос призрака на какое-то хитроумное устройство, оставшееся после съемок фильма «Охотники за привидениями».

Я подвигаюсь ближе и целую Логана в шею.

Он напрягается, а затем усмехается. Низким, саркастическим смешком.

– Не сработает, детка…

– Что не сработает? – невинным голосом спрашиваю я.

– То, что ты сейчас пытаешься сделать.

– М-м-м-хм. Конечно не сработает.

Я дразню его легкими поцелуями в шею, выгнув свое тело так, чтобы он почувствовал тепло, исходящее от моей киски. Боже. Киски. Я уже начала думать как он. Логан то и дело нашептывает мне разные грязные словечки, и мне это нравится. Мне нравится этот кураж – быть бесшабашной и смелой, и мне нравится, как дрожит его теплая плоть, когда я пробую ее своим языком.

Его голова повернута в сторону телевизора, но я знаю – он больше не обращает внимания на фильм. Выпуклость в его штанах растет, твердеет, превращаясь в длинный массивный кряж, выпирающий из-под ткани. Я целую его горло, чувствуя, как напрягаются его мышцы, как подрагивает под моими губами его кадык.

Когда парень начинает говорить, от его хриплого голоса по мне бегут мурашки:

– Ты хочешь подняться наверх?

Я поднимаю голову и смотрю ему в глаза. Затуманенные, под отяжелевшими веками. Я киваю.

Логан даже не выключает телевизор. Просто поднимается на ноги, тянет меня за собой и ведет на второй этаж, все время держа меня за руку. Его спальня убрана, в отличие от последнего раза, когда я здесь была – в тот самый вечер, когда пришла к нему, чтобы накричать из-за той проделки с Моррисом. Боже, такое ощущение, что это было сто лет назад.

Мы стоим в двух шагах друг от друга. Он не двигается. Не прикасается ко мне. Просто смотрит, и его глаза блестят так, словно он видит чудо.

– Ты такая красивая.

Вряд ли. На мне линялые джинсы и свободная полосатая рубашка, то и дело спадающая с одного плеча. Волосы спутаны сильным ветром. Я знаю, что сейчас далека от идеала красоты, но из-за того, как он смотрит на меня… я ощущаю себя красивой.

Взявшись за подол рубашки, я снимаю ее через голову и позволяю ей упасть на пол. Его ноздри раздуваются, когда он видит мой простой лифчик. Глядя ему в глаза, я тянусь за спину и расстегиваю маленькую застежку. Лифчик тоже падает на пол.

Логан всасывает воздух. Он уже видел мою грудь. Вообще-то он видел меня полностью обнаженной. Но этот голод в его глазах, в которых блестит восхищение… он словно видит меня впервые.

Я снимаю джинсы и трусики и подхожу к нему с такой уверенностью, что это пугает меня саму. Я должна нервничать, но нет. Мои руки смело стягиваю с него майку. Боже, вид его голой груди никогда не перестанет приводить меня в восхищение. Она как будто вырезана из камня. Мускулистая. Само совершенство.

Он не говорит ни слова, когда я спускаю с него штаны. На нем нет белья. Его пенис вырывается наружу, твердый, внушительных размеров, и когда мои пальцы сжимаются вокруг него, Логан издает какой-то отчаянный гортанный звук.

Но по-прежнему не прикасается ко мне. Его руки висят вдоль тела, парень недвижно стоит на месте и, кажется, даже не моргает.

– Есть причина, по которой твои руки до сих пор не на мне? – насмешливо спрашиваю я.

– Я пытаюсь не торопить события, – с мученическим видом выговаривает он. – Если я дотронусь до тебя, то не смогу остановиться, окажусь в тебе и…

Я закрываю ему рот решительным поцелуем, притягивая к себе за шею.

– В этом весь смысл. Чтобы ты оказался внутри меня.

Я кусаю его за нижнюю губу, и тут же нити самоконтроля, за которые Логан так цеплялся, с треском рвутся.

Зарычав мне в губы, он толкает меня спиной к кровати, его сильное тело вжимается в меня, его эрекция зажата между нами.

Мои лодыжки упираются в кровать, и я, взвизгнув, падаю на спину, потянув его за собой. Мы приземляемся на постель и оба смеемся над глухим стуком нашего падения. Простыни пахнут лимонным стиральным порошком, они такие чистые, манящие, и от их аромата, смешавшегося с опьяняющим мужским запахом Логана, у меня кружится голова. Дрожа от нетерпения, он снова целует меня. И Логан был прав, предостерегая меня – он не останавливается ни на секунду, даже чтобы глотнуть воздуха. Не прекращает касаться меня. Везде. Он с жадностью исследует мою шею, грудь, живот, и вот он уже у меня между ног, его язык, горячий и ненасытный, скользит по моему клитору.

Мне было неловко, когда мой парень, с которым я встречалась в старшей школе, делал то же самое. Это всегда казалось мне чем-то особенно интимным, я стеснялась, но с Логаном меня охватывает такое наслаждение, что некогда думать о том, насколько уязвимой делает меня эта позиция.

Мои бедра поднимаются к нему в жажде большего, и он, усмехнувшись, дает мне желаемое. Его губы обхватывают мой клитор и сосут, и если бы я не лежала, то точно бы упала. Наслаждение прокатывается волной по моему телу, струится по венам, и когда он просовывает в меня один длинный палец, мой разум распадается на миллионы частиц. Я кончаю быстрее, чем думала. Быстрее, чем думал он, и у него вырывается стон, когда я содрогаюсь под его лицом, его язык и палец не оставляют меня, пока длится мой оргазм.

Я приземляюсь обратно на землю, и Логан, ругнувшись, поднимает голову.

– Мне нравится заставлять тебя кончать, – шепчет он. – Это чертовски горячее зрелище. – Его палец выскальзывает из меня, потом проникает обратно, и по мне прокатывается волна нового удовольствия. – И ты такая мокрая.

Я всхлипываю, потому что его палец исчезает, но мое разочарование тут же сменяется вибрирующим предвкушением, потому что он тянется к верхнему ящику прикроватной тумбочки и достает презерватив. Сглотнув ком в горле, я наблюдаю, как Логан натягивает его на свой член. Мастерски. Боже, наверное, он делал это миллион раз. И, наверное, очень искушен в сексе.