Эль Кеннеди – Метод Чарли (страница 32)

Лурдес упорхнула обратно к Джорджу, и я жду, пока она окажется вне пределов слышимости, прежде чем повернуться и усмехнуться Шарлотте. Моё веселье угасает, когда я замечаю её напряжённую позу. И она избегает моего взгляда.

— Ладно, серьёзно, что тебя беспокоит? — настаиваю я. — Потому что Шарлотта, с которой я работал в этом месяце, была бы вся в этом разговоре с Лурдес, требуя прочитать последнюю главу фанфика. У тебя проблемы с другими предметами? Ссоришься с друзьями?

— Мои друзья меня все обожают.

Смех вырывается наружу.

— Ладно. Проблемы в семье?

— Нет. Давай вернёмся к работе.

— Нет. Скажи мне, что случилось.

— Я не обязана тебе ничего рассказывать.

Я набрасываюсь.

— Значит, что-то случилось.

Она наконец позволяет себе встретиться со мной взглядом. Затем смотрит на меня так долго, что я ёрзаю на стуле. Но я не могу отвести взгляд. Её глаза магнетические. Тёмно-карие, как расплавленный тёмный шоколад. И её кожа выглядит такой мягкой на ощупь. Интересно, мягкие ли у неё волосы. Она всегда собирает их в пучок, когда мы в лаборатории, закрепляя белой заколкой, с длинными чёрными прядями, обрамляющими лицо. Мой взгляд скользит к её рту. У неё отличные губы. Бледно-розовые и пухлые.

— Ты смотришь, — обвиняет она.

— Ты первая посмотрела. — Я усмехаюсь ей. — Я думал, это значит, что мне тоже можно. — Когда она начинает поворачиваться к микроскопу, я протягиваю руку и касаюсь её плеча. Мой голос становится хриплым. — Эй. Я что-то сделал, чтобы разозлить или расстроить тебя? Потому что мне нравилось наше партнёрство, но если ты хочешь сменить напарника…

— Нет, — перебивает Шарлотта, расширяя глаза. — Я не хочу меняться. Дело не в этом.

— Тогда в чём?

Она снова замолкает, бросая взгляд на рабочее место нашего ассистента. Моника уткнулась в стопку работ, которые проверяла весь день.

Шарлотта наклоняется над своим стулом и засовывает руку в синюю холщовую сумку у ног. Она достаёт телефон, касаясь экрана изящным пальцем. Наконец, она скользит телефоном по столу ко мне, и я смотрю на фотографию себя и Беккета, сделанную на вечеринке у бассейна в доме Шейна этим летом.

— Я не понимаю. Я дружу с Беккетом? В этом проблема? — Я подавляю стон. — Он что-то тебе сказал? Он ужасный флирт, но, клянусь, он безобиден.

Она касается экрана наманикюренным ногтем.

— Как я получила это фото, Уилл?

Мой лоб хмурится. Какого чёрта она…

О, чёрт.

Понимание приходит, как удар молнии.

— Да, — говорит Шарлотта, замечая моё выражение лица.

Она убирает фотографию, оставляя только ветку чата, откуда она взялась. Имя профиля вверху невозможно не заметить.

LARS & B

Шарлотта снова встречается со мной взглядом.

— Я Чарли, — говорит она, звуча так несчастно, что я чуть не смеюсь.

Однако моё потрясение затмевает юмор.

Должно быть, это шутка. Чарли, сексуальный свободный дух, который фантазирует о том, как его трахают двое парней на капоте машины — это Шарлотта Кингстон, девушка, с которой я сидел в лаборатории? Девушка в плиссированных юбках и одинаковых свитерах, с безупречным макияжем и ни единым волоском, выбивающимся из причёски?

Я ошеломлён и не могу вымолвить ни слова. И пока я сижу, пытаясь осмыслить это, она выхватывает телефон обратно и закрывает чат.

Закрывает… но не удаляет.

Я нахожу это интересным.

— Уилл… — Она закусывает губу. — Не говори никому об этом. Пожалуйста.

— Сказать что? Что ты пыталась устроить тройничок?

— Я не пыталась… — Она понижает голос, когда мы привлекаем внимание нескольких других однокурсников. — Это вы пытались его устроить.

— Тебе это нравилось. — Я качаю головой с усмешкой. — Ну, чёрт. Это здорово.

— Это не здорово, — шипит она. — Это унизительно.

— Или… — Я наклоняю голову к ней. — Это было суждено?

— Суждено?

— Ага, типа судьба.

— Я не верю в судьбу.

— Правда. Итак. Шесть недель мы с тобой работали с другими напарниками и не обменялись ни словом. Затем мы, не зная друг о друге, совпадаем в приложении за несколько дней до того, как наши напарники пишут письмо, как Ромео и Джульетта, с требованием объединить их в пару. И теперь я твой напарник, и выясняется, что ты — та самая, с которой я совпал и которой мы с Беккетом одержимы.

Она моргает.

— Одержимы?

— Да. Чёрт. Возьми. Мы умирали от желания встретиться с тобой.

В её взгляде появляется настороженность.

— Почему?

— Потому что ты потрясающая. — Я наклоняюсь ближе, чтобы прошептать ей на ухо. — И ты чертовски сексуальна.

Я не упускаю того, как она дрожит.

— Ты понятия не имеешь, сколько раз мы дрочили на тебя.

Её голова резко поднимается, взгляд встречается с моим.

— Типа, вместе?

Я усмехаюсь.

— Нет, по отдельности. Мы не общаемся с тобой одновременно.

— И как это работает?

— Кингстон, Ларсен! — Моника упрекает нас от своего стола. — Меньше болтовни, больше работы.

Мы снова занимаемся своими результатами, только теперь роли поменялись. Шарлотта старательно всё записывает, а я не могу сосредоточиться ни на чём.

— Шарлотта, — шепчу я. — Давай. Поговори со мной.

Её язык тела выражает полное нежелание, когда она снова смотрит на меня.

— Ты всё ещё не пообещал, что никому не скажешь, что мы переписывались.

— Не скажу. Обещаю. Но… как насчёт того напитка?

Приглашение, которое мы с Беком отправили в приложении, так и висит между нами. Как запретный плод в Эдемском саду.

Я хочу, чтобы она откусила. Откусила большой, чёртов кусок.

Но она просто качает головой.