Эль Дар – Сплетая судьбы (страница 8)

– Боишься меня Айлин? – спрашивает хрипло.

– Что ты сделал со мной Рорин? Это приворот, магия, какие-то ваши Древние штучки? – я понимала, что если он дотронется сейчас до меня или не дай богиня поцелует, то я не смогу контролировать тело, потому что оно хочет этого мужчину, реакции таки острые, что в животе, там, где зарождается жизнь все горит огнём.

Сжимаю кулаки, чтоб не потянуться к нему сама.

– Я не хочу играть в твои игры, если ты можешь так воздействовать на любую, то не смей, слышишь, не смей манипулировать мной. Выбери ту, кто и так захочет, думаю недостатка в них у тебя нет.

– А что именно ты чувствуешь, Айлин? – обволакивал его голос.

Я покраснела до кончиков ушей, несносный тип, ну как можно ответить на такой провокационный вопрос.

– Я боюсь, что ты можешь внушить мне то, что я на самом деле не чувствую, не хочу быть игрушкой, которой попользуются, а потом и лица не вспомнят, – честно ответила ему

– Ложись спать Айлин, – его голос был таким довольным, будто услышанное его очень обрадовало, – мне нужно проверить хорошо ли охраняется постоялый двор и дать свои указания. Дверь никому не открывай, посуду я унесу сам.

Он вышел и стало словно легче дышать. Выглянув в окно, я увидела людей, которые разжигали факелы и расставляли вокруг, чтоб осветить весь периметр. Чем больше вглядывалась в темноту за частоколом, тем больше мне казалось, что вижу движение, тьма колышется. Или это разыгралось воображение.

Спустя время раздался рык такой силы, что вибрация звука прошла по комнате будто это материальная волна. Но страха не было, этот рык был хоть и угрожающий, но свой. Что же ты такое Рорин из Древних.

Глава 8. Рорин

Страшны потери, которых не замечаем, Легко смотреть, но не видеть, и терять, не успев обрести, Она придет из-за Грани, где будет без Жизни, Но принесет тебе Жизнь, возрождая … если узнаешь, если поверишь

Я чувствовал себя не просто уставшим, я чувствовал себя не живым. Я не могу позволить себе расслабиться, напиться или пожаловаться, потому что я Глава Рода Древних. Каждое мое решение – это очередной камень, который я вешаю себе на шею.

Решение послать людей в дозор, решение наказать или даже казнить, решение добить умирающего, взять на себя ответственность за вдов и детей, неурожай, болезни. Мои руки по локти в крови, в крови, которая не смывается, я чувствую ее запах и привкус. Вкус каждой жизни, которую забрал, на моих плечах столько груза. Тяжесть так давит, что я чувствую ее почти физически.

Как часто я видел смерть, которая заволакивает глаза стеклянной пеленой, и они приобретают бездонную прозрачность, от которой я никогда не отвожу взгляд. Сколько боли я впитал в себя и нет ничего, что ее облегчает. Моя мягкость покрылась броней, я не мог позволить себе проявить такую слабость.

Боль, злость, безысходность они проросли через меня и стали мной. Жестокость – это не данность, это медленное отвердение души, как мозоли на моих ладонях. Я так давно притворяюсь, что я ничего не чувствую, что я холодный, отрешенный и я стал таким на самом деле. Мое тело как доспех, который я забыл снять много лет назад.

Но Айлин, когда она дотронулась до меня я почувствовал всю ее боль как свою, и не только боль. Ее Свет был таким родным, я знал его, потому что он был моим. Я напугал ее, не поверил. И сидя в темноте княжеской библиотеки меня шокировали осознания, которые сыпались, как острые копья и ранили, рвали мне душу. Я нашел ее в тот день мертвую! В ней не было ни капли Света, ни капли Жизни.

Но Единый вернул ее, через меня. Потому.Что.Она.Моя!!! Айлин моя жизнь, моя пара, моя предсказанная. Древние всегда делят свою Жизнь с парой. Я был тогда слеп, а не она. Эта смелая отважная девочка, сделала все сама. Я не помог, я отвернулся, не понял, бросил ее, когда она тянулась ко мне. Сглатываю комок вины.

Она, такая юная, но такая сильная, ей столько всего уже пришлось пережить и по моей вине в том числе. Если бы я узнал ее сразу, то она ничего бы больше не боялась, не было стольких лет ее личного ада, я бы помог, забрал ее боль и страх, она выросла бы моей невестой.

Почему я не зашел ней тогда, ведь приезжал к матушке Агате пять лет назад, когда она вынесла мне, как тогда казалось, приговор своим пророчеством. Я помню как меня тянуло увидеть еще раз эту девочку, что я с такой заботой принес к ним на своих руках, которую хотелось уже тогда оберегать.

Такая красивая, от глаз невозможно оторваться, необычные, таких не бывает. Когда она положила свою хрупкую ладошку на мою щеку весь мир словно перевернулся, произошло узнавание, если б она так резко не сбежала от меня, то я бы прижал ее к себе так крепко, и не отпустил, уже не смог бы.

Но теперь я знал. Она отныне моя слабость, я не могу подставить ее под удар, пусть лучше никто не знает, пусть она ненавидит. Я смогу выдержать ее ненависть, но не смогу оставить ее, теперь не смогу.

В комнату ко мне тогда тихо вошел Ивор, мой брат, моя правая рука. Молча подошел и насвистывая легкую мелодию ждал. Так же он мог насвистывать, пытая врага или после любовных утех, будто не было для него разницы.

Многие боялись его мелодичного свиста больше, чем Теней. Ивор был моей семьей. Я мог передать ему информацию без слов, но мне хотелось произнести это вслух, чтоб звуки прошли вибрацией по воздуху, чтоб услышать самому.

– Я нашел ее Ив.

– Да, я вижу восторг на твоей роже, – Ив, единственный кто мог наедине со мной быть самим собой, – я так понимаю ее ты пока не осчастливил этой новостью?

– Нет. Сколько попыток меня убить было совершено за последние пару месяцев? Пять? Семь? Слишком большой риск. Надо найти этого неудачливого убийцу.

Я понимал, что пытаюсь обмануть самого себя, в полной безопасности я не буду никогда, а признаваться Айлин сейчас мне было просто страшно. Она с такой ненавистью крикнула мне в лицо, что хотела бы никогда меня не встречать, столько в ее словах было силы, что я боялся.

Пусть она привыкнет ко мне, узнает лучше, хотя я и не знаю, чем мне ее покорять. Я никогда не ухаживал за девушками, не умел этого делать, ведь всё, что мне от них было нужно я получал сполна и так. И еще я понимал, что вряд ли смогу измениться, я такой какой есть и ей придется принять меня.

– Он развоплотился, Рорин. Малькома, которого мы знали, больше нет. Он стал просто Волей, разлитой в грёбаной лесной глуши, он не сможет обернуться в человека, слишком долго был без тела. Он просто Хозяин этих, чтоб их Теней, они его марионетки. И почему-то его Воля тянется к этой Айлин. Мы проверили слова старухи, за ними действительно шли, наблюдали. И ребята говорят, что Тени от монастыря отступили. Как только она уехала, им там стало неинтересно.

– Ивор, ты помнишь, когда мы прочесывали лес в поисках его логова, то находили Ярких, их тела. Пока мы наверняка не знаем зачем он их похищал, и сколько их еще в плену. Но они сидели на цепи, значит нужны были ему живыми. Он будто научился тянуть энергию через них, поэтому ищет Ярких. Высасывать Жизнь простых людей ему уже мало. Но чтоб похитить человека нужен человек, не Тень! Ты понимаешь, что это значит?

– Это дрянные новости Ро, – Ивор запрокинул голову назад и глубоко вздохнул.

– Там был какой-то заброшенный храм рядом с местом, где нашли последних Ярких, надо проверить. Выезжаем с рассветом, – хмуро бросаю слова брату, – А к Айлин приставь Адама, его надо проучить, такая сила и досталась шуту. Иногда мне кажется у него такая тактика – сбить всех с толку видимым отсутствием мозгов, чтоб его приняли за недостойного соперника. Утром я переговорю с князем, Айлин нужно забрать в замок, она должна быть рядом.

До рассвета оставалось несколько часов, которые я не мог сомкнуть глаз. Ко мне вернулось давно забытое чувство беспокойства. Я боялся потерять ее, боялся, что она не почувствует те хрупкие нити, что связали нас и захочет их не укрепить, а разорвать.

Я боролся со своим желанием пойти к ней прямо сейчас. Для нас, Древних, пара эта не просто совместимая с нашей душой женщина, способная подарить детей. Все было намного глубже.

На рассвете я не сказал Дивику правду, но он всегда был чересчур проницательным, а еще тактичным, поэтому не стал расспрашивать, но видно, что не хотел отпускать Айлин. Она талантливый юный целитель, бриллиант, требующий огранки. Но не отдать ее он не мог, никто не в силах встать между Древним и его истинной.

А я должен был заманить ее к себе в замок под любым предлогом, поэтому выбрал беспроигрышный вариант, сыграл на ее даре, я обеспечу ее самым лучшим учителем из ныне живущих, она не сможет отказаться от такого предложения.

Когда ребята вывезли ее из замка, я не удержался и, отменив часть своих планов, скакал чтоб сопроводить свое сокровище лично, но увидев ее, не смог отказаться от искушения прижать к себе, поэтому усадил на своего коня, впервые засомневавшись в правильности принимаемого решения, ведь так сложно было сдерживать себя, чтоб не зайти слишком далеко.

В комнате постоялого двора все же не удержался, показал ей свое желание обладать ею. Моя девочка такая открытая, он не понимает, как работает наша связь и даже не пыталась закрыться и я мог бы воспользоваться этим.

Конец ознакомительного фрагмента.