Эль Бланк – Первая императрица (страница 14)
Девушка вздрогнула, меняясь в лице и бледнея. Вряд ли от неожиданности – наверняка знала, что я понимаю и говорю на ультри. Скорее, из-за обвинения. Возможно, надеялась, что я проигнорирую её заявление. И, видимо, испугалась, что Лирьен всем рассказал о предсказании.
Зато её брат наконец спохватился:
– Что-то не так? – отец склонился к маме, озадаченный тем, что гости так долго стоят напротив и не отходят.
– Сами разберутся, – тихий ответ родительницы я так же хорошо расслышала, как и вопрос отца. И нотки недовольства в её голосе тоже ощутила – маму, прекрасно понимающую ультри, не меньше меня возмутила бесцеремонность иперианки. Да и мнение бабушки, наблюдающей за гостями со стороны, скрывшись под обликом всё той же придворной-тайанки, наверняка не отличалось от моего и маминого. По крайней мере, осуждающий взгляд я заметила.
Как заметила и неловкость в глазах остальных ипериан, остановившихся поодаль. Однако никто из них так ничего и не сказал присоединившимся к ним главам делегации. Если они и слышали наш диалог, то предпочли промолчать и не накалять обстановку своими комментариями.
Делегация с Ипера была последней. Завершая оглашение списка претендентов и приветствие правящей династии, через главный вход парадного зала торжественным шагом прошёл Лир. Кузен на правах хозяина встречал гостей на входе во дворец, теперь же его роль в происходящем изменилась. Он остановился в центре помещения, где сходились световые потоки, преломлённые гранями кристалла, раскинул руки и объявил:
– Совет империи принял судьбоносное решение, единственный шанс сохранить единство Объединённых территорий. У представителей тех планет, кто сегодня присутствует на Тае, есть уникальная возможность начать новый круг имперского правления. Это великая честь и большая ответственность, которые будут возложены на того, кто лучше прочих претендентов проявит себя и одержит победу в соревновании, тем самым завоевав благосклонность наследницы и уважение всех жителей империи. – Лирьен опустил руки, умолк и обвёл выразительным взглядом гостей, всматриваясь в лица. Выдержав драматическую паузу, воскликнул: – Смотр женихов объявляется открытым! Испытание начнётся через три дня. А пока вы все можете насладиться тайанским гостеприимством и дружеским общением!
На последних словах зал погрузился в переливы мелодии, торжественной, но ослабляющей то напряжение, что владело присутствующими. Толпа зашевелилась, приходя в движение, и загудела, получив возможность для свободных бесед.
Я присоединяться ни к кому не спешила, по-прежнему оставаясь рядом с родителями и своими стражницами, выстроившимися за нашими спинами. Предпочла наблюдать со стороны до тех пор, пока не придёт моя очередь действовать. Как сказал папа: «Инициатива наказуема. Кто проблему придумал, тот и несёт за неё ответственность». Поэтому через пару часов мне предстоит куда более обстоятельное общение с претендентами. Деловое, само собой, – оно будет касаться исключительно испытания, а не флирта. Но даже из него я хочу извлечь максимум пользы, получив первое представление о характерах претендентов. Сомневаюсь, что они будут молчать.
Пока же просто следила за гостями, отыскивая глазами своих кавалеров.
Вот двое из них отошли от остальных гостей. Оглианин – темноволосый, круглолицый, невысокий, коренастый, в бархатном сером костюме с серебряной отделкой. Лорепианин – на две головы выше него, изящнее и стройнее, в голубом, отливающем перламутром мундире. Однако, несмотря на кардинальную разницу во внешности, беседуют они явно дружески, весело и легко.
Вот беловолосый цессянин, принарядившийся в излюбленную этой расой белую с зелёной вышивкой форму, придирчиво-презрительно окинув взглядом присутствующих, отвернулся к своим спутникам. Вернее, к одной из них – миловидной блондиночке в платье сливочного оттенка, стеснительно опускающей глаза и явно чувствующей себя здесь лишней. Властным жестом поднял её подбородок, заставив на него посмотреть, что-то сказал, отчего на бледном лице девушки разлился румянец…
Похоже, это и есть та самая фаворитка, о которой говорила бабушка. Со стороны короля Цесса подобная демонстрация явной симпатии к своей официальной любовнице выглядит оскорбительно. Он словно ставит меня перед фактом – вот ты, вот она, и жить вам придётся вместе, когда я стану императором. Или же ли'Тон пытается вызвать у меня ревность? Не желая быть одним из множества претендентов, подчеркнул свою привлекательность наличием «соперницы», чтобы я почувствовала себя уязвлённой и бросилась завоёвывать красавчика? При любом раскладе я для него – личность ничего из себя не представляющая и права голоса не имеющая. И брак со мной – всего лишь способ получить власть.
Я вернулась к осмотру, прерванному размышлениями.
Вот уже знакомый мне рыжеволосый микрианин, прислушиваясь к тому, что шепчет ему на ухо Чийлит, прищурившись, не сводит глаз с рассматривающего резные узоры на стене торианина. Сероволосого, голубоглазого, настолько заинтересовавшегося рисунком, что по привычке приподнялся над полом, левитируя, чтобы увидеть то, что выше его роста.
Вот больше похожий на подростка, а на самом деле зрелый мужчина, король Шиана, внешне более ничем не примечательный – светлокожий, русоволосый с лёгкой рыжинкой и приятными салатового оттенка глазами, даже наряд у него скромный, бежевый, классического кроя костюм без каких-то особых изысков, – прислонился спиной к стене зала и с блуждающей на губах улыбкой неотрывно смотрит на меня.
Настолько пристальное внимание меня не столько смутило, сколько вызвало раздражение. Я даже не задумалась, а пальцы уже соединились и резко щёлкнули. В сторону нескромного претендента сорвался невидимый гравитационный импульс. Через мгновение шианин, ощутив удар, уже не меня прожигал взглядом, а потирал ушибленное плечо и с неудовольствием косился на мою стражницу лансианку Эвину. Ему и в голову не пришло, что это моих рук дело.
– Альма… – тут же упрекнула мама, заметившая мой поступок. – Могла бы и потерпеть. Это же неуважение к нашему гостю. Тебе сейчас следует терпимее относиться к любым знакам внимания, они неизбежны. И, в общем-то, ожидаемы.
– Но мера-то тоже должна быть, – не сдалась я. – Почему одни ведут себя деликатно и не навязываются, а другие позволяют себе вот такую бестактность?
– Потому что воспитание и понятия о приличиях у всех разные, – не выдержал и вмешался в наше обсуждение папа. – Но мама права, тебе не стоит так жёстко на это реагировать. Выбери иную тактику. Никто не должен ощущать себя бесполезной массовкой с самого начала. Нам нужен азарт, активность, атмосфера соперничества и при этом отсутствие конфликтов. Относись ко всему спокойнее.
– Но ты вправе защищать себя, если ситуация выйдет из-под контроля, – снизила уровень ограничений мама. – Надеюсь, до этого не дойдёт. На мой взгляд, неадекватных среди них нет.
Она оказалась права. Когда закончилось отведённое для общения гостей время и все сопровождающие покинули зал, претенденты устроились в принесённых для них креслах. Сели спокойно, без возмущений, провокаций и взаимных претензий. Я даже в смешанном фоне эмоций, который сейчас наполнял помещение, не чувствовала каких-то явных негативных нот. Лишь ожидаемое в таких условиях напряжение и внимание.
– Мне радостно видеть всех вас, – начала я, поскольку от меня ждали именно этого. – Для меня огромная честь принимать вас как гостей и как претендентов, готовых завоевать мою симпатию и любовь. Я осознаю, что в будущем один из вас станет для меня ближе остальных. И жду этого. Прошу прощения, что условия выбора меняются поспешно, но для этого есть объективные причины. Я – последняя наследница, и мне хочется быть уверенной, что рядом со мной самый достойный мужчина. Наша свадьба – судьбоносное для всей империи событие, наши дети станут наиболее одарёнными, обладая всеми расовыми способностями одновременно. Это большая ответственность, которая должна зависеть от доводов разума, а не от влечения тела. Для каждого из вас будет оскорбительным, если вы окажетесь отвергнутыми исключительно потому, что я почувствовала к кому-то желание.
Я сделала паузу, чтобы дать возможность женихам осмыслить сказанное, изменив видение ситуации, если оно у них было иным. И продолжила:
– Поэтому я останусь беспристрастной и буду следить за испытанием. За вами. Это залог справедливости и равных условий для каждого. Вы проявите свои личные качества: силу характера, терпение, умение быстро принимать решения. И лишь этим докажете силу своего стремления стать первым императором второго круга правления.
– Означает ли это, что первый, прошедший испытание и оказавшийся на финише, получит этот статус? – азартно поинтересовался цессянин, вмиг растеряв свою холодность и безразличие.