Эль Бланк – На грани вызова (страница 81)
А ведь мы даже не думали, что обретем такое беспокойное счастье в двойном размере. Честно говоря, вообще не надеялись на потомство. Очень уж долго у меня не получалось забеременеть, а потом еще и Дьер, который хоть и не избавился от дагонства, но все равно находил время для своего увлечения, провел тесты и пришел к выводу, что естественное зачатие невозможно. Разной оказалась генетика у рарков и землян.
Но Дьер, во-первых, помнил, что обязан компенсировать то самое «давление», которое на меня оказал, когда выяснял мою личность, и тем самым нарушил условие брата. А во-вторых, он был истинным ученым. Практически фанатиком. И даже опытами с мриссой действительно втайне занимался. Правда, неудачно. Просто выяснил, что его идея о телепатическом общении с помощью концентрата из ягод – утопия. Но отрицательный результат – тоже результат и никогда не заставит настоящего исследователя опустить руки. Особенно если тот сталкивается с новой проблемой.
«Искусственное оплодотворение! Вот что вам нужно, – уверенно убеждал Дьер, уговаривая на эксперимент. – В конце концов, на то и наука, чтобы соединять несоединимое».
Согласились мы не сразу. Сомневались, ждали… Но желаемого результата так и не было. А время шло. Пусть и насыщенное событиями, работой, заботами друг о друге… Но так хотелось видеть рядом частичку себя!
Мы рискнули. Я не биолог и потому так и не поняла, что послужило стимулятором, чтобы хромосомы правильно соединились, но главное – зародыш сформировался. Начал развиваться. А потом еще и на два разделился…
И теперь итоги «эксперимента» сидели на кроватях и строили друг другу гримасы: то ли дразнясь, то ли подначивая.
Второе вероятнее, потому что не успела я закончить с уборкой, как услышала:
– Светло еще! Зачем так рано ложиться?
– Вовсе не рано. Уже закат. Разве не видишь? – я подошла к окну, где, окруженное радужным ореолом, коснулось горизонта белое светило. Над ним совсем маленьким спутником горело другое, розовое, но и оно скоро скроется, погрузив Ракис в ночной сумрак.
Лидвот и Дэйци… С тех пор, как выполнившую свое предназначение хроноустановку выключили, они снова образовали звездную пару, а источник опасного излучения, на который не распространялось временное поле торможения, «убежал» далеко вперед по своей космической траектории. Теперь все четыре планеты рарков обрели устойчивые орбиты, начав обращаться вокруг своих родных звезд. Все стало так, как было когда-то, до прыжка в будущее. И так отрадно было осознавать, что именно наша с Ньером совместная работа и вовремя внесенные изменения в проект помогли избежать еще одной ошибки, которая могла бы привести к катастрофе…
Я задернула шторы.
– Теперь точно не вижу! – подпрыгивая на пружинящем матрасе, тут же радостно засмеялся Лидьер.
Он у нас неуемный. И в фантазиях, и в поведении. Возможно, имя наложило свой отпечаток? Ведь мы его назвали в честь моей мамы, а она в детстве была крайне активным ребенком. Впрочем, это была не моя идея. Ньер сам заявил, что мои родители, пожертвовавшие, собой спасая меня, заслуживают долгой памяти. Да, имена пришлось видоизменить, зато Эдьер хоть и подражает иногда поведению брата, но, как мне кажется, многое взял от моего отца – более спокойный, рассудительный, даже в чем-то уже сейчас прагматично-рациональный.
И потому меня ничуть не удивило, когда именно он первым пошел на компромисс:
– А что взамен? Если мы обещаем, что заснем.
Вот… почти взрослый вызов на детский манер.
– Я расскажу кое-что интересное.
– Страшную сказку! – округлив глаза, восторженно выдохнул Лидьер.
– Но чтобы все закончилось хорошо! – важным тоном внес свое условие Эдьер.
– Договорились, – пообещала я.
Настрой изменился мгновенно. Секунда, и оба сына уже лежат, натянув на себя одеяла и закрыв глаза. Демонстративно, конечно. Ясно, что от первого до последнего слова будут слушать, навострив свои островерхие ушки. Но, по крайней мере, успокоились.
Поправив смятую простыню под Лидьером и пригладив темные кудряшки Эдьера, я присела в кресло. Выключив основное освещение и оставив только подсветку на полу, перешла к выполнению обещания.
– Давным-давно, когда все цивилизации в нашей галактике жили мирно, в глубоком космосе была планета Раминар. Обитали на ней призрачные существа, не имеющие тел. Жили они в кристаллах и питались энергией своей планеты. А однажды на Раминар прилетели инопланетяне. Это были не рарки, какая-то другая раса. Их интересовали кристаллы, которые хранили в себе огромные запасы энергии…
Ох, да… Энергия реатов – именно так назвали эти кристаллы. Она действительно огромна. Одного такого камушка размером с ноготь большого пальца, встроенного в систему хрономодуля, хватило, чтобы на два земных года затормозить ход времени вокруг Ракиса и Лидвот! Рарки ведь, как и земляне, побывали на Раминаре и успели прихватить с собой немалый запас. И корпорация «Звездные камни», деятельность которой теперь курировал мой муж, именно реаты бережно хранила, изучала и имела право использовать.
Спохватившись, что увлеклась своими мыслями, я продолжила:
– Инопланетяне не видели местных жителей и думали, что планета безжизненна. А обитателям Раминара не нравились воры, и они злились, но ничего сделать не могли, потому что жили внутри кристаллов. Но случилось так, что некоторые кристаллы разбились, и призрачные существа, оставшиеся без дома, напали на незваных гостей. Инопланетяне испугались. Они обстреляли Раминар, думая, что убьют своих противников. Но лишь разрушили еще больше кристаллов. И врагов тоже стало больше. Не разобравшись, инопланетяне взорвали Раминар.
– Они думали, что сущности погибнут, – громким шепотом сделал вывод Эдьер.
– Верно, – улыбнулась я. – А они не погибли. Зато стали еще злее. Кому же понравится, если в его дом сначала пришли без спроса, а потом еще и уничтожили? Даже у нас за такое положена смерть. Вот и сущности стали мстить всем без разбора. Бестелесным, им было все равно. Они не видели разницы между теми, у кого были тела, и не понимали, что убивают и виновных, и невиновных. Не зная жалости, как огонь по сухой траве прошлись по всей Галактике, поглощая звезды, разрушая планеты и забирая жизни их обитателей. Пришли они и к нам, раркам.
– Надо было их остановить! Сделать самое страшное оружие и уничтожить! – не сдержался и присел на кровати Лидьер. Воинственно взмахнул рукой, увидел мой укоряющий взгляд и лег обратно.
– Так рарки и поступили. То есть пытались. Амиоты – так назвали призрачного врага – оказались сильнее и неуязвимее. Лишь шоши могли им противостоять. И убивать… Правда, после этого они сами умирали. Но, несмотря на потери, рарки не сдавались. И вот так уж вышло, что четверо таких отважных молодых рарков попали в плен. Амиоты сохранили им жизнь и поместили в особые оболочки как живые консервы, на тот случай, когда энергии-пищи не останется.
– Б-р-р… – поежился Эдьер. – Это страшно – стать едой.
– Да, – согласилась я. – Но трое из них смогли разрушить оболочки и выбраться, а четвертый отдал свою жизнь, чтобы добыть секрет, который стал оружием против амиотов.
– Мы обязаны отомстить! – рычал Шерьерон. – Земляне убили моего сына! Я этого безнаказанным не оставлю!
– Что ты предлагаешь, Крет? – сочувственно, но без особого энтузиазма поинтересовался Иатл. – Напасть на Землю? Не в том мы сейчас… положении.
Положение в тот момент действительно было сложным. Ракис и Лидвот только-только вышли из поля торможения. Из-за изменения гравитационных полей другие планеты начали менять орбиты. Космические перелеты стали занятием опасным. Впрочем, это не помешало тетраде собраться по требованию Шерьерона на совет. Вероятно, он состоялся бы сразу, как только было получено известие о гибели Лаита, рванувшего в погоню за шпионкой, – его тело нашли на разрушенном корабле примерно через два земных года. Но на Ракисе время шло с другой скоростью, и это мешало принимать сигналы с других планет. Он оказался в своеобразной изоляции.
– Земляне сняли с руки Лаита кольцо с реатом и забрали с собой! – воинственно потрясал кулаками Шерьерон. – А в кольце был маячок. По нему мы определили, где они находятся. И я требую, слышите? Требую снарядить боевые крейсеры и отправить штурмовать их базу! Там виновница его смерти и те, кто ей помогал!
Я была на этом совете. Незримо. Ньер попросил Таша сделать для нас связь. Видя его глазами происходящее, я ужасалась и… радовалась тому, что мы оказались в курсе! Тому, что хоть как-то можем повлиять, раз мой муж – дагоден научный консультант, и его обязанность присутствовать на каждом заседании.
Тетрада признала его равным по заслугам – ведь именно он исправил их собственную оплошность. Он выиграл свой вызов. Деверьен Шайхот официально объявил об этом и о том, что Ньевор Хот это Ньер Шайхот. Достойная победа, которая сделала честь и сыну, и отцу: в этом мире самая высокая заслуга – воспитать достойного рарка, который превзошел своего родителя.