Эль Бланк – Её монстр (страница 34)

– Забрал энергию. Ты не можешь. Трое нужно другое.

Голос эдаити звучал мягче обычного, и смотрел он пристально, не отводя взгляда. А мои глаза бегали по блеклой округе, избегая зрительного контакта со спутником.

Уж точно не могу. А вот получу ли «другое»? Мы, кажется, бесконечно долго бредем, а никого так больше и не встретили. Во рту пересохло, жажда все сильнее давала о себе знать; голова кружилась, но я старалась держаться. Выбора, по сути, не остается: либо мы хоть что-то найдем, и я съем и выпью что угодно, мало-мальски пригодное в пищу, либо…

– Стой.

Кин решительно меня придержал, так как последние часы вел за руку. Перехватив за плечи, чтобы не рухнула, аккуратно усадил на землю и отступил, развернувшись спиной. А потом и вовсе зашагал вперед, оставив одну.

Я потянулась было следом, но осела обратно. Сил не осталось, казалось, мы сутки бродим в этом туманном лесу. Меня хватало лишь на то, чтобы наблюдать за непонятными действиями эдаити.

Выйдя на открытое пространство небольшой поляны, которая в нормальном лесу была бы заполнена зеркальным озером, а здесь оказалась пуста, Кин потоптался в ее центре. Как-то по-звериному пригнул голову к плечу. Прислушивался?

Подпрыгнул, с силой ударив ступнями в землю. Присел, всматриваясь. Встал, снова прыгнул… А через мгновение провалился по пояс.

Ахнув, я вздрогнула, инстинктивно дернулась на помощь… и с облегченным вздохом опустилась обратно. Тихо засмеялась. Вот глупая! За кого перепугалась? За сверхсущество, которое даже этой жуткой планете не по зубам?

Кин легко и спокойно выбрался из ямы, подошел ближе, и я увидела в его руках нечто серебристое, похожее на мешок.

– Это что? – одновременно с подозрением уставилась на добычу.

– Точно не знаю. Но оно съедобно.

Эдаити опустился рядом на песок, помял «мешок» в ладонях, изучая. А потом раскрыл, рванув за узкое горлышко. Внутри оказалась белесая полупрозрачная мякоть, напоминающая протеиновое желе с фруктовым вкусом. В нос ударила смесь запахов смолы и клубники. Именно такие образы возникли в памяти.

Странный тяжелый аромат. Одновременно притягивающий и отталкивающий. Клубнику я любила, но смола ассоциировалась с хвойным гелем, стандартным для душевых кабин на станции. И ощущение, что я сейчас хлебну моющего средства, заставляло морщиться и мешкать.

Кин долго раздумывать не стал.

– Трое можно есть, – сообщил, демонстративно окунув палец в массу, и запихнул его в рот, смачно посасывая.

Невольно сглотнув, решилась. Один вид вероятной еды придал сил. Антисанитария? О ней не думала, возможность насытиться стерла остатки налета цивилизованности. По примеру эдаити поначалу обмакнула в массу палец. Вкус продукта оказался сносным. Распробовав, принялась ладошкой, горсть за горстью, черпать питательное желе, в меру сладкое, водянистое, неплохо утоляющее и жажду и голод. Измазалась, но наелась.

Когда «мешок» опустел, а чувство сытости накатило сонной ленью, я наконец-то озадачилась: что же такое съела? Или кого? Гладкая на ощупь поверхность опустевшей и сжавшейся емкости навевала какие-то знакомые ассоциации. И этот серебристый цвет…

– Может, возьмем эту штуку с собой? – предложила Кину.

Использовать ее в качестве сумки? Или подушки, если скомкать и подложить под голову? Он наверняка увидит эти образы в моей голове.

Эдаити, устроившись на песке, никак не отреагировал, продолжая рассматривать меня с задумчивым видом. Строил какие-то планы? Искренне недоумевал, к чему какие-то подушки, если с его телом и на камне поспать не проблема? Одно точно: спешить нам некуда, цели достигли – наелись. Или?.. От догадки прошибло испариной, неужели он вновь решил заняться самообразованием по взаимоотношениям полов?

– А ты? – опомнившись, что проглотила практически все содержимое «мешка», резко подалась к мужчине.

– Пока сыт, – лаконично бросил Кин.

В смущении от своего неуместного беспокойства опустила взгляд на серебристый обвисший пузырь в руках, прикидывая, можно ли высушить и очистить от липкого содержимого его поверхность. Вывернув «мешок», заметила на самом дне крошечную шишечку с дюжиной мелких выростов. Словно…

– Зеркальное озеро! Это его… зародыш?

Все части ассоциаций сложились в одно целое: цвет, выросты и полянка подходящая – со временем по ее поверхности растеклась бы ловушка-хищник.

– Да, – подтвердил спутник.

– Откуда оно здесь? – спросила, борясь с подступившей дурнотой, со всей отчетливостью осознав – я тоже хищник, пусть и уровнем попроще.

– Как знать, – неспешно осматривая окружающие нас блеклые кристаллы, пожал плечами Кин. – Тоже могло провалиться. Или это такой способ самосохранения, и оно ждало, пока погибнет родительская особь… Зародыш, значит? Понравилось?

Я снова сглотнула, признав, что без малейших угрызений совести уничтожила то, что, возможно, предназначалось для первоначального питания для зародыша. Ну как белок в яйце. Брр…

Однако эдаити сейчас намекнул именно на это. Что не так уж отличаюсь от них. Разве что с поражающим уровнем возможностей у меня попроще. Ради спасения или выживания все мы способны уничтожить другую жизнь. Еще и оправдываем себя убеждениями в ее неразумности.

Неужели так заведено в природе?..

– Что будем делать дальше?

Мой голос звучал уныло – я запуталась в своих же принципах, устремлениях и намерениях. Одно ясно: чтобы выжить, мне придется оставить привычную Трою в прошлом.

– Отдыхать, – откликнулся Кин. – Трое необходим отдых.

– Как долго мы шли? – Попыталась рассмотреть хоть что-то над вершинами тусклых сероватых кристаллов, но ничего, кроме туманной мути, не увидела. – Местных солнц не видно.

– По моим ощущениям, уже наступила ночь. Здесь стало немного сумрачнее.

Мне тоже показалось, что слегка потемнело, будто небо над нами накрыло грозовой тучей; глаза приходилось напрягать сильнее, чтобы видеть окружающее пространство.

– Отдыхай.

Поразив неимоверно, Кин вдруг похлопал ладонью по своим расслабленно вытянутым ногам, очевидно, предлагая устроиться на них.

– Ах, да, ультразвук, – со вздохом пробормотала уже привычную мантру и двинулась к мужчине с чувством полной предопределенности.

– Здесь его нет.

Замерев, не сразу осознала смысл сказанного. Убийственного звука нет? Страшиться мучительной смерти не надо? А значит, нет необходимости и спать рядом…

В душе, к моему удивлению, промелькнула досада на такую несвоевременную честность. И тут же одернула себя: так размякла от пережитого, что уже осознанно и целенаправленно ищу защиты у ами… эдаити?! Троя Флэш, это – позор!

Решительно отстранившись, села с Кином рядом. Стараясь делать это не слишком явно, заерзала на песке, отдаляясь. Лягу тут! Совсем уж отходить неразумно, угрозу нападения кого-нибудь непонятного никто не отменял. Бродя целый день в поисках хоть какой-то живности, встретили всего одну тварь, но по закону подлости…

Потерла ладони, непроизвольно пытаясь очистить их от песчинок, налипших, как на клей, на слой протеинового желе, оставшегося на руках после еды. Да и лицо я основательно измазала, вынужденная загребать еду руками. Вздохнув, одернула себя: отныне я дикарка. И благоухаю наверняка соответственно, с момента посадки пригодная для умывания вода нигде не попадалась. Водоемы на этой планете нам не встретились – вязкая грязь болота не в счет.

– Мыться, как в душе? – переспросил Кин, продолжая наблюдать за каждым моим движением.

Стоило услышать вопрос, сразу вспомнила, как в первый раз уснула с ним рядом мокрая. Тогда совместный душ был вынужденным и нежданным, сейчас куда более желанным, но… Как подобное осуществить, когда душевая зона звездолета отсутствует? И все же коротко кивнула, не поднимая глаз, хватило и ощущения заалевших щек. Почему мне во всем видится чувственный подтекст?..

– В кристаллах есть жидкость, – неожиданно поделился наблюдением мужчина. Немного подумав, добавил: – В больших ее должно быть много. Трое хватит.

– Для чего? – насторожилась.

– Помыться.

Озадаченно, но преисполнившись надежд, замерла, разрываясь между радостью и страхом. Даже просто обтереться стало бы благословением, но я отдавала себе отчет – для этого придется раздеться. А как поведет себя Кин, предположить не могла…

– Подойди.

Я раздумывала, а эдаити действовал. Потому я проморгала момент, когда он сорвался с места, а отыскав глазами, обнаружила его возле мощнейшего кристалла в три обхвата.

– И как?..

Неуверенно теребя магнитные застежки куртки, опасливо двинулась к нему. Пока шла, Кин вдумчиво осматривал кристалл, медленно водил рукой вверх и вниз по гладкой поверхности высоченной, будто каменной глыбы. Огладил ствол, перешел на боковое ответвление-ветку. Замер, словно прислушиваясь, отвел руку, развернув ладонь ребром, готовясь нанести рубящий удар. Отставил ногу, присел, вдохнул, выдохнул…

Что он собирается сделать, догадалась моментально. Но выбранный кристалл выглядел неприступным колоссом! Даже эдаити не под силу его сокрушить. И такие отчаянные маневры без травм не обходятся. Кин просто не понимает, что физическое тело, даже совершенное, имеет свой предел прочности. И его можно повредить. Теоретически.

Пока я судорожно ловила ртом воздух, собираясь остановить эдаити, его рука смазанным движением впечаталась в ветку. Звонкий хруст вспорол окружающую тишину, когда появившаяся от удара трещина разделила кристалл на две части. Завороженная узором разбегающихся паутиной трещин, в ступоре смотрела на откалывающуюся вершину окаменелого великана. Она рухнула бы прямо на меня, если бы Кин вовремя не перехватил ветку, аккуратно опустив на песок чуть в стороне. Но благодарности за очередное спасение эдаити не дождался – мое внимание переключилось на куда более значимое событие: из нижнего обрубка кристалла рванул вверх столб фонтанирующей жидкости.