Эль Бланк – Его добыча 2 (СИ) (страница 32)

Что произошло?!

Я судорожно потёрла глаза, извернувшись в кольце рук монументом застывшего Кина, потрясла головой, принялась осматриваться… И обнаружила ещё одно изменение. Вернее, странное исчезновение. Ведь все, кто до этого шёл вместе с нами и находился рядом, – пропали. Испарились!

Вокруг больше никого не было. Ни-ко-го… Абсолютно! Остались только я, Кин и блёклое, словно калька прежней картины кристаллического леса, безликое и безмолвное окружение.

Ощущение, что кто-то нажал на кнопку «пауза»…

В голове возникла единственная ассоциация, способная объяснить, отчего кажется, что застыло время, изменился мир и жизнь в нём замерла. Хоть и оставалось непонятным, почему это не подействовало на нас?

– Что это? – просипела я, страшась всколыхнуть криком ватную удушливую тишину.

Кин ответил не сразу. Он всё так же безмолвствовал и, в отличие от меня, не проявлял признаков волнения. Но я уже достаточно наблюдала за амиотами, чтобы понять: мой спутник напряжённо прислушивается и присматривается ко всему вокруг. И то, как он сосредоточенно это делал, не сулило ничего хорошего. Кин даже хмурился, что для их обычно бесстрастных физиономий было уж совсем нехарактерно и однозначно свидетельствовало о настоящих проблемах.

– Мы провалились.

Вот так – лаконично и совершенно спокойно. Ещё бы понять, о чём он…

– Куда?

– В свечение. Так же пропал Щег.

Свечение? В памяти всплыл белёсо-жёлтый ореол окружившего нас сияния. Но почему Кин говорит о падении? Словно мы в какую-то яму провалились… Стоп! Пропал Щег?! Кажется, до меня дошло: амиот действительно подразумевал именно падение! Только вот «яма», что так неожиданно вспыхнула у нас под ногами, была чем-то невозможным в моём понимании…

Как про это пишут в научных статьях? Про черную дыру, про характеристики времени и пространства… Прежде я не придавала этому значения, но то, как Кин произнёс «провалились»… Ассоциация стала молниеносной и чёткой: зияние. Именно так на Земле принято называть места, где пропадают люди. Физически пропадают. Вроде как история знает такие случаи. Всякие там учёные-теоретики в своих бесконечных рассуждениях назвали их зияющими ранами в матрице пространства и времени.

Только вот кто бы относился к ним серьёзно?!

– То, где мы сейчас находимся, похоже на ваши… зияния, – подтвердил мою догадку Кин. – Пространство то же, я чувствую, но воспринимается иначе. Смазанно. Будто оно и мы в разных… – Кин задумался, видимо подыскивая правильное слово. Наконец нашёл: – Слоях времени.

Уж не знаю, насколько подобранное определение оказалось верным – я сути всё равно не поняла. Смысл его выводов настолько поразил, что я ушам не верила. Но внутренний голосок зудел интуитивным вопросом: кому, как не недавним нематериальным, быть сведущими в таких странностях бытия? Признание амиота, вопреки очевидному безумию сказанного, я приняла на веру.

Потому Кин продолжил:

– Я слышу собратьев, ощущаю их относительное присутствие. Но без всякой чёткости и конкретики. Не способен разобрать сути того, что они сообщают.

– А при чём тут… Щег?

– Сравниваю. Слишком быстрое звучание. Щега мы слышали иначе, растянутым звуком.

– Разная скорость течения времени? – пришло мне в голову единственно возможное объяснение. Тоже из пока ещё научных земных теорий.

– Да.

Ответ краткий, но ёмкий. И оттого страшный. Время ведь самое необъяснимое явление в нашем мире – сколько всяких теорий существует на его счёт! И к каким последствиям может привести вот такой временной провал, совершенно непонятно.

– Мы тут… навсегда? – Больше вопросы задавать некому, я надеялась, что чуждое, во многом пугающее, но точно познавшее многое из того, что мне неизвестно, существо сможет ответить. – Ладно, если мы тут застрянем на пару дней. А если на годы? Как тут выжить?

– Нестрашно, – в противовес моим опасениям спокойно парировал Кин. Его видение ситуации привычно оказалось иным. – Лес тот же, пусть и существующий в другом времени. Мы живы, остальные живы и смогут справиться и без нас. Выживем.

Мне бы такую уверенность! А ещё хоть крошечный намёк: сколько понадобится так… выживать?

– А что, если мы… никогда не воссоединимся с остальными? Если застряли здесь навсегда?

Несколько дней назад, когда я оказалась на звездолёте в окружении подопытных, того, кто сказал бы мне, что буду желать к ним вернуться, я сочла бы сумасшедшим. Сейчас всё перевернулось с ног на голову.

– Пока непонятно. Но если я правильно оценил произошедшее, то слой не может удерживать нас постоянно. Энергия, стабилизирующая «прокол», иссякнет, и мы вывалимся обратно. Вероятно, так.

– И как быстро она иссякнет? Энергия.

Паника никак не желала отступать, заставляя выяснять то, что амиот вряд ли мог знать. И действительно, в бесстрастном голосе Кина мне почудился укор:

– Зачем рассуждать о том, что невозможно прогнозировать?

Наконец-то ожив, Кин разжал руки, дав мне относительную свободу. Только у меня и мысли не возникло отступить. Наоборот, мир в очередной раз перевернулся. Больше всего я сейчас боялась остаться одна… совершенно одна! И потому из двух зол я без раздумий выбрала своего похитителя и уже сама прижалась к неизменно обнажённому и крепкому жилистому телу мужчины. И то, каким образом он обрёл это тело, как и то, насколько оно совершеннее моего, – всё это уже не волновало. Более того, на последнее я надеялась, связывая с неуязвимостью Кина наши шансы на выживание.

– Что делает Троя? – заинтересовался амиот. Очевидно, моя реакция ему тоже показалась нехарактерной.

– Мы не должны разлучаться, – нашлась я с ответом, решив приклеиться к амиоту. – Раз остались только вдвоём…

– Ааа… – На удивление Кин понятливо кивнул, не делая и попытки отпихнуть меня от себя, позволяя стоять, обхватив его за талию. – Мы же остались только вдвоём. – Он задумался, даже морщинка так по-человечески прорезала его лоб. – Я знаю, когда остаются мужчина и женщина, их задача спасти свой вид. Мы же стали последними?

Опешив, я уставилась на невозмутимое лицо амиота, не веря своим ушам. Он действительно это сказал? Смутно я помнила, что какие-то образы на этот счёт в голове всплывали… Но не всерьёз же!

– У нас нет на это времени! – выпалила скорее от шока.

– Мы никуда не спешим. – Кин чуть заметно пожал плечами, демонстрируя явно заимствованную от нас, материальных, черту.

– Разве нам не нужно идти? – я предприняла ещё одну попытку его отвлечь.

Кин наконец перестал пристально меня рассматривать и поднял взгляд, посмотрев куда-то вглубь леса. А затем просто уселся на песок, потянув меня за собой.

– Нет, – пояснил свой поступок. – Собратья будут нас ждать.

– Ждать?

Обрести ощущение реальности никак не получалось: внутренняя потребность забиться в истерике разбивалась о почти флегматичное спокойствие монстра. Рассудок требовал определённости: мы фатально влипли или нет? На волне этих метаний я послушно опустилась рядом с сидящим со скрещёнными ногами Кином и замерла, вдруг осознав, как изучающе он на меня смотрит.

Словно кот на сметану… На подобный взгляд любой женщине пришла бы в голову такая ассоциация. Только вот субъект напротив не был обычным мужчиной! А я меньше всего желала примерить на себя роль сметаны.

– Или искать, если почувствуют наше перемещение. Как и со Щегом…

– Но разве нам не надо… ну… – я запнулась, судорожно подыскивая предлог, чтобы занять амиота чем-то вселенским, уж больно мне не нравилась эта его расслабленность, – обосноваться на местности? Придумать, как защититься от… хищников? Как еды добыть? Не замерзнуть, если температура упадёт? – Переведя дыхание, уже чуть тише уточнила: – Здесь же есть какие-то… звери? И что насчёт еды?

– Судя по количеству провалов… – Он задумался и поправился: – светящихся пятен, сюда должны попадать и другие обитатели леса. Если они оказываются на этом же слое времени, то мы с ними встретимся. И съедим. Трое не о чём переживать.

Чудненько… Что может быть кошмарнее, чем оказаться неизвестно где с тем, кого опасаешься? Только оказаться там с ним наедине! Жуткое место эта планета, конечно.

– А как же Щег? – Всеми силами я старалась поддерживать отвлечённый диалог.

– Он не на этом слое, – уверенно заявил амиот, продолжая неотрывно наблюдать за мной.

Он догадывается о моих страхах? Мне смотреть ему в глаза было сложно.

– Ты уверен, что слои разные? Почему? – делано серьёзно продолжила расспросы, хотя участь пропавшего амиота меня мало занимала. Особенно в сравнении с собственной.

– Потому что пятна тоже были разными по интенсивности. Это я сейчас понял. Туманные, видимо, самые слабые и вызывают незначительное торможение процессов. Мы, возможно, в них попадали и этого даже не замечали. Искрящие и мерцающие сильнее. Но они тоже не могут быть одинаковыми. Нужно больше сравнительного опыта для анализа.

– Значит, мы просто будем сидеть здесь и ждать… – Старательно отводя взгляд от Кина, я задумалась, как сформулировать услышанное ранее. – Пока энергия, спровоцировавшая вспышку и временной разлом, иссякнет, а нас не выкинет назад? Кстати, а откуда здесь такие всплески энергии? Это особенность планеты? Как-то связано с газовым составом атмосферы?

– Трое стоит опустить свой взгляд на землю. Причина скорее в веществе под нами. – Амиот ритмично похлопал ладонью по песку. – Оно необычное.