Екатерина Юша – Тот самый Дикий ангел (страница 21)
– А почему ты не придешь в мою спальню?
– Потому что! Давай ты придешь ко мне и точка. Я лягу в свою кровать и буду тебя ждать, а ты придешь и разбудишь меня.
– Поцелуем? – прервал Иво, улыбаясь.
– Да, – я невинно захлопала глазками, как маленькая девочка. – Ну что, тогда договорились?
– Договорились. Я приду к тебе, и мы прекрасно проведем время.
– Не сомневайся, – ответила я ему вслед.
На часах была половина второго ночи. В доме уже давным-давно все спят. Я уложила Каталину в свою постель и караулила Блондина в коридоре, вооружившись фотоаппаратом, который заранее одолжила у Лины.
Где его носит!
Наконец, два силуэта появились в коридоре.
Парни были навеселе. Рано радуешься, Иво, ох рано!
– Подожди меня здесь, я быстро с ней справлюсь, – сказал шепотом Блондин. – Заплатишь мне сразу, как только я выйду. Я же тебе говорил: она без ума от меня!
– Не спеши праздновать победу. Милли – еще та штучка. Никто не знает, что она опять выкинет.
Немного помешкав, Блондин зашел в нашу комнату, Бобби не стал стоять у дверей и ушел, в комнату друга.
Когда этот самец ляжет ко мне в постель, он обнаружит там не меня, а Толстушку. Надеюсь, она навешает ему, как следует!
Я стояла возле двери и прислушивалась к тому, что происходит за ней. Мне нужен был самый подходящий момент и, как только я услышала крик Толстушки, то поняла: пора!
Забежав в комнату, я включила свет.
Ошарашенные Иво и сестра Толстушка, смотрели на меня и ничего не понимали.
Сестра Толстушка сидела на кровати, прижимая к себе одеяло.
– Как Вы смеете появляться передо мной в таком виде? – кричала встревоженная монахиня, обращаясь к Иво, который стоял между кроватями в одних трусах-боксерах с подушкой в руках.
– Да, сеньор, как Вы смеете? – пародировала я Толстушку, фотографируя Блондинчика со всех сторон. – Как Вы смеете приставать к монахине, сеньор?! Вы хотели соблазнить ее? Какой стыд!
Иво стоял как, вкопанный и не мог сказать ни слова.
– Хочешь знать, что это? – спросила я у него, показывая фотоаппарат. – Ты проиграл пари, самец! Ты должен своему другу пятьсот долларов, потому что ты ничего от меня не получишь, и дашь мне столько же за то, чтобы твои фотографии не попали в другие руки!
– Н-н-н-о, откуда?
– Откуда я знаю? – ровным надменным голосом спросила я.
– Милли, что здесь происходит? Я требую объяснений! – закричала на меня сестра Толстушка.
– Я позже тебе объясню, – сказала я Каталине и продолжила разговор с Блондином.
– Я ничего не понимаю, Милагрос! Что это за цирк?
– Из нас клоун здесь только один. Это ты! А я жду свои пятьсот баксов! Или твоими фотографиями будет обклеен весь Буэнос-Айрес! Так что давай деньги прямо сейчас.
Дойдя до своих штанов, которые он бросил почти у дверей, Иво обшарил карманы.
– У меня только триста.
– Хорошо. Остальное передадите завтра утром. А теперь, уходите отсюда.
– Милагрос, я требую объяснений! – строго повторила Толстушка, когда Иво убрался из нашей комнаты, поджав хвост. – Ну, расскажи мне, что с тобой происходит, я ведь тебе не враг.
– Ничего не происходит, все нормально – отмахнулась я от монахини.
– Как это ничего, – удивилась Каталина. – К тебе в комнату заходит этот мужчина в трусах, которого ты фотографируешь, требуешь у него пятьсот долларов, а сейчас еле сдерживаешь слезы. Это ты называешь «ничего не происходит»? Очевидно, что-то произошло, но почему-то ты не хочешь поделиться со мной.
– Ничего не происходит, я хочу спать!
– Хватит, Милагрос. Я не дура. Ты не позволила мне пойти в комнату для гостей, а попросила лечь в твоей кровати. Скажи, ты специально это все подстроила?
Я старалась сделать вид, будто удивлена предположениям Толстушки, но она слишком хорошо меня знала и, судя по ее взгляду, не поверила.
– Ты права, Толстушка. Я это подстроила. У меня не было выбора.
Мы спустились на кухню, чтобы спокойно поговорить. «Спокойно», для Толстушки, означало – за едой. Обнаружив в холодильнике остатки торта, я поставила их на стол возле нее и налила два стакана молока. Сестра Толстушка слушала мой рассказ, поедая бисквитный торт.
Я рассказала, что тот парень, который пришел в комнату в трусах, это сын хозяина, который со своим другом поспорил, что затащит меня в постель. Победитель получает пятьсот баксов.
Каталина громко охала от моих рассказов, для нее это был шок.
В ее время таких интриг не было. Я попросила не рассказывать о происходящем в монастыре.
– Да чем хвастаться, конечно, не скажу, – наконец выговорила она. – Меня вот что интересует, как ты узнала о пари?
– Я нечаянно услышала разговор этих болванов. И да, я знаю, что подслушивать не хорошо и все такое, но, знаешь, хуже было бы, если бы я это не услышала. Прости меня, что я обманом привлекла и тебя в эту интригу. Я знала, что ты не одобришь мой план.
– Обман я тебе, конечно, не прощу. Но мне понравилось, как ты проучила этого парня. Я очень волнуюсь за тебя, Милли, мы все волнуемся. А то, что произошло сегодня, подтверждает, что ты не в безопасности.
– Не волнуйся за меня. Я умею за себя постоять. Тем более мне некуда больше идти.
Наутро, пока сестра Каталина прогуливалась в саду с Рамоном, который показывал ей свои владения, я решила отыскать Блондина и получить оставшуюся часть денег, которую он мне должен.
Хитро он вывернул ситуацию с бабулей. Думал, нажалуется на меня, наговорит гадостей – и та сразу меня уволит. Фиг! Конечно, то, что она предложила тоже не очень приятно, но, по крайней мере, так я останусь при работе.
Я постучала в комнату к Блондину, но там никого не было.
В доме стояла такая тишина, будто все куда-то провалились. От такой тишины мне стало не по себе. Я достала из кармана фартука плеер, который когда-то купила на вырученные от продажи открыток деньги, и включила музыку. Вот это музыка, а не та старушечья классика!
Поймав ритм, я стала подпевать Джильде и пританцовывать.
Эта моя любимая певица. Я восхищаюсь ей, ее песни потрясающие, в них столько смысла.
Закружившись в танце, я не заметила, как столкнулась с кем-то.
Подняв глаза, я увидела бродягу. Того самого бродягу, что следит за мной.
Стараясь не привлекать внимания, я шепотом спросила, что он здесь делает.
– Я пришел поздороваться с тобой, – ответил тот.
– Поздороваться со мной?! – удивленно переспросила я. – Как ты узнал, где я… А хотя. Если тебя кто-нибудь увидит – ты труп!
– Я знаю, но я не видел тебя уже несколько дней и стал волноваться.
– Ты сумасшедший! Но мне нравится эта черта в тебе. Ты такой же, как я – рискованный! И готов на все ради тех, кто дорог. Но мне нужно вывести тебя из дома, пока тебя никто не заметил. Здешние хозяева на дух не переносят прислугу и бедняков. Пошли, я проведу тебя через заднюю дверь.
Я схватила бродягу за его рваный рукав и потянула вниз.
Нам повезло, мы никого не встретили на пути.
Я оставила своего знакомого за дверью и попросила его не уходить сразу.
Забежав на кухню, я взяла со стола кекс и вынесла его своему знакомому.