Екатерина Юдина – Второй брак (страница 46)

Все же среди аристократии репутация значила слишком многое, а у меня она была подпорчена.

Теперь же ко мне подходили. Первыми начинали разговор. В основном речь шла о каких-нибудь ненавязчивых темах, но, учитывая то, что ко мне пока что лишь присматривались, можно было считать, что мои дела в среде аристократии идут очень хорошо. Даже лучше, чем я ожидала.

Прибытие Анаис я заметила сразу же. Она сама по себе привлекала очень много внимания, ведь в тот момент, когда аристократия из-за переживаний о самочувствии императора оделись в максимально сдержанную одежду, Анаис явилась в роскошном платье.

В моем. В том самом, в котором я была на дебюте.

Но портной действительно очень сильно постарался перешивая его. Теперь этот наряд так просто не узнать. Единственное — платье все же стало хуже. Оно само по себе являлось идеальным, а в процессе изменения потеряло всю свою изюминку. Теперь это был безликий наряд. Хоть и роскошный.

Анаис заходила в зал так, словно была готова сию секунду собирать множество восхищенных взглядов, но на нее посмотрели лишь с недоумением. Даже с осуждением, не понимая, как она посмела одеться настолько роскошно, когда правитель практически при смерти. Всех и каждого одолевал страх и переживания за его здоровье, а Анаис будто бы думала лишь о развлечениях.

Приподняв бровь, я задумалась о том, чего раньше не замечала. Анаис все же допускала ошибки, хоть и она была достаточно хитра и умна, чтобы сразу это понимать.

Так и сейчас она быстро осознала, что оделась неподобающе. Для этого ей хватило считанных мгновений и я, размышляя над тем, что Анаис предпримет, заметила, как на ее лице тут же вспыхивает грусть.

Подойдя к какой-то девушке, с которой сестра, судя по всему, общалась, она достаточно громко, чтобы это слышал чуть ли не весь зал, спросила:

— Уже что-нибудь известно о состоянии императора? Я так переживаю. Все последние дни не спала.

Дальше последовали слова о том, как она нервничала, что даже платье не смогла подобрать, из-за чего попросила это сделать свою горничную.

— Я была настолько не в себе, что лишь по дороге сюда поняла во что одета, — в ее глазах начали появляться слезы. Голос дрожал. — Как я могла одеться в такое платье? Я… Наверное, мне лучше уехать. Мое присутствие тут оскорбление для императора.

Тут же последовали слова утешения о том, что не стоит себя винить. Платье ведь выбирала не она, а горничная. Да и наряд не столь важен. Главное присутствие. И уж точно не нужно никуда уезжать.

Наблюдая за тем, как окружающие аристократы начали успокаивать Анаис, я поражалась тому, как быстро она меняла ситуацию в свою пользу. Буквально за считанные мгновение и лишь благодаря своим слезам, которые особенно сильно влияли на мужчин. Правда, ими проникались и женщины.

Анаис и правда была очень миловидна и нежна. Когда же она плакала, становилась той, которую окружающие невольно хотели защищать и успокаивать.

Прошло еще совсем немного времени, как ее наряд вовсе начали хвалить и уверять, что она в нем великолепно выглядит.

То есть, своего она добилась.

Даже больше.

То, что я отдала ту одежду в бордель, немного подпортило репутацию Анаис, но сейчас все шептались о том, что такая невинная и добрая девушка не могла никаким образом быть связанной с борделем. Наверное, это были лишь слухи, пущенные какими-то завистниками.

Я около часа наблюдала за Анаис, а потом решила, что мне пора уходить.

Я сожалела лишь об одном. О том, что мне не удалось увидеться с императрицей.

Я знала, что с императором все будет хорошо, но вот императрице об этом не было известно. Естественно, сказать ей правду я не могла, но понимая, как ее сердце сейчас разрывалось на части, хотела сказать хоть несколько слов поддержки.

Вот только, императрица не та, с кем можно так просто встретиться и поговорить. Даже на мероприятиях. Да и думаю, она сегодня и так услышала множество слов поддержки. Неизвестно вообще помогли ли они ей.

Что вообще может помочь, когда твой муж при смерти? Тем более, я была уверена, что для императрицы император был куда больше, чем то, что можно уместить в понятие слова «муж». Скорее он для нее являлся всем.

Я уже собиралась уходить, как все же увидела императрицу. Она поднялась на выступ, на котором стоял трон и в полностью возникшей тишине произнесла:

— Приветствую свет империи и приношу свои поздравления в честь Дня Солнца, — она была бледна и на лице женщины не появилось привычной для нее улыбки. Но в остальном она не показывала того, насколько ей тяжело. Императрица оставалась все такой же сильной и великолепной. Прекрасной. — Из года в год для нас это один из самых важных праздников.

Я прекрасно знала о том, что будет дальше.

Наступит время предсказания Дамы Кровей. Императрица произнесла вступительную речь, после чего отошла и села на престол.

Прошло еще несколько мгновений и на выступ, в сопровождении нескольких мужчин, вышла Дама Кровей. Это была старенькая бабушка. Низкая и покрытая глубокими морщинами. Еле идущая и одетая в алую накидку, капюшон которой частично закрывал лицо.

Я знала, что она скажет. Помнила это еще с прошлой жизни. В этом году предсказание Дамы Кровей будет касаться самочувствия императора. Она с точностью до дня и даже часа скажет, когда он выйдет из комы.

Поэтому само предсказание я могла не ждать, но и уйти в такой момент я не имела права. Иначе привлеку к себе слишком много внимания.

Возникла тишина. Все затаили дыхание в ожидании того, что скажет Дама Кровей. Ее предсказаний всегда ожидали с нетерпением, а потом еще месяцами обсуждали.

Она произнесла свои первые слова:

— Я чувствую великую и могущественную душу, которая совсем недавно появилась в нашем мире. Эта душа связана с императорской семьей. Она принадлежит сыну Его Высочества Кейла Крамера.

Я замерла. Даже дышать перестала, чувствуя, как сердце застучало быстро-быстро, а по коже скользнули вспыхивающие разряды тока, будоражащие разум и начинающие рвать душу.

Мне пришлось опереться пальцами о столик, чтобы успокоиться, пока я осознавала странный и пугающий факт.

Предсказание изменилось.

Что происходит?

Сын кронпринца? Как?! В прошлой жизни у него не было ни детей, ни жены. До момента моей смерти, он не был связан ни с одной девушкой. О каком же сыне говорила Дама Кровей?

— Это будет великий наследник, — продолжила Дама Кровей. — Достойный своего отца. Я приношу свои поздравления Его Высочеству Кейлу Крамеру и желаю ему счастливой, долгой жизни в браке с матерью своего сына. Но предупреждаю — брак с ней обязательно должен состояться. Немедленно. По всем традициям. Их сын должен родиться законно, а мать его - стать следующей императрицей. Иначе, впоследствии, империю будут ждать темные времена.

Дама Кровей закончила свое предсказание. Замолчала, но это ее предсказание произвело такой эффект, как ни одно из предыдущих.

Хотя бы потому, что у кронпринца не было даже невесты и новость о том, что какая-то девушка беременна от него, поразила многих. Своей неожиданностью и тем, что этот ребенок, а так же девушка, которая беременна им, очень важны.

Иначе бы этого предсказания не было.

Я далеко не сразу поняла, что до сих пор не дышала, но наконец-то делая вдох, никакого облегчения не почувствовала.

— Кто она?.. — слышалось со всех сторон. Зал гудел вопросами и взволнованными предположениями личности беременной от кронпринца девушки.

Многие взгляды были направлены на императрицу, в ожидании хотя бы какого-нибудь комментария с ее стороны, но, несмотря на то, что эта женщина никогда не позволяла себе лишних проявлений эмоций, все равно было ясно — новость о наследнике ее сына, даже для императрицы стала удивлением.

Ее лицо будто окаменело.

— Я… прошу вашего внимания… — раздался громкий, но взволнованный голос Анаис. Стоило мне его услышать, как сознание полоснуло острием ножа.

Обернувшись, я посмотрела на сестру. Она вышла из толпы и поднялась на выступ. К этому моменту Даму Кровей уже увели и Анаис заняла ее место. Ее ладони дрожали, а лицо, как никогда ранее, было бледным.

— Я… Это я беременна от Его Высочества, — стоило ей это произнести, как зал тут же взорвался оглушающим шепотом. Сестра вздрогнула и положила ладони на свой живот, после чего опустила взгляд и продолжила: — Срок еще не большой. Пока что я никому не рассказывала об этом. В том числе и Его Высочеству. Мне бы хотелось в первую очередь ему поведать про нашего общего ребенка. Про наше счастье. Поэтому я ждала его возвращения и…

Анаис всхлипнула. Одной рукой все так же придерживая живот, а второй вытирая слезы.

— Мне жаль, что все получилось именно так, — сипло сказала она. — Мне жаль, что мы с Его Высочеством не выдержали и переступили через традиции, позволив себе близость до брака, но… я не сожалею о том, что забеременела. Наш ребенок огромное счастье и я верила, что он будет великим…. Сын Его Высочества не может быть другим… Предсказание Дамы Кровей… Я лишь хотела все объяснить… Я не думала, что предсказание будет касаться нашего ребенка, но…

— Думаю, тебе стоит успокоиться, — императрица встала с престола и подошла к Анаис. — Беременной девушке не стоит так сильно переживать. Пойдем.

Императрица мягко взяла ее под руку, после чего повела к выходу из зала. Даже я поняла, почему она это сделала. Анаис сказала слишком много. Даже то, о чем следовало умолчать. Тем более, запись с предсказанием Дамы Кровей, а так же, судя по всему, со словами Анаис транслировалась на всю империю.