Екатерина Юдина – Так целует ужасное чудовище... (страница 11)

- Девочка? – в голосе служанки я услышала удивление. Она быстро подошла ко мне и посмотрела на малышку. – О, боже, почему вы не у себя в спальне?

Служанка обращалась к девочке на «вы». Значит, она из знати. Я это отметила, но особое значение подобному не предала. Меня больше зацепило то, как служанка распереживалась. Начала что-то взволнованно говорить о том, что отец девочки будет в ярости из-за того, что за ней не уследили.

Уже в следующее мгновение прибежало еще несколько служанок и та первая все же забрала у меня Венди. Девочка опять начала плакать, но ее отнесли в особняк и, как я поняла, скоро она увидит своего папу. Это уже хорошо.

Когда я уходила, услышала голос Евы. Кажется, она тоже вышла на шум. Но, даже обернувшись, я в этой темноте ее не увидела.

Обратно в домик Эрин я возвращалась долго, так как только теперь, когда спало напряжение, поняла, что порезала ногу, пока несла девчонку в главный особняк. Я же, выбегая на ее крики, даже обуться не успела. Неподалеку от домика меня встретил Рабан. Осветив меня фонариком, увидел кровь. Несмотря на мои возмущения, поднял на руки и отнес в дом.

Мили помогла мне обработать ступню. Пока она это делала, я спросила, кем являлась Венди.

- Она племянница вашего мужа. То есть, дочь его старшего брата – Гарета Тейлора. И я представляю, какой завтра поднимется шум. Вернее, уже сегодня. Господин Гарет очень любит свою дочь. Вы даже представить не можете насколько сильно. И то, что с ней произошло… Чувствую, охране, которая не уследила за ней хорошо влетит. Мне даже страшно за них.

На этот счет у меня были другие мысли. В первую очередь виноватым был именно отец. Если он так любил свою дочь, мог бы потратить полчаса и зайти к ней перед сном.

Про Гарета Тейлора я почти ничего не слышала и фотографий его не видела. Знала, что он влиятельный человек, но в основном находился в тени.

Единственное, что мне было известно, это то, что он был рожден не в браке и простой женщиной. Титул у него имелся, но про его «не чистую» кровь знали абсолютно все.

- Что Гарет Тейлор делает тут? Он же не живет в этом особняке? – Мили уже перебинтовывала мне ногу. Она болела, но я надеялась на то, что завтра смогу нормально ходить.

- Нет. Он сегодня вечером с дочерью приехал сюда, чтобы повидаться с братом. Возможно, он тут пробудет несколько дней.

- А где мама Венди?

- Она умерла несколько лет назад.

Дальше мы этот разговор продолжать не стали. На самом деле уже теперь, когда я смогла расслабиться, на меня волной накатила усталость и я почти сразу заснула.

А проснулась от того, что рано утром в мою спальню, после короткого стука в дверь, зашла возмущенная Мили.

- Госпожа, просыпайтесь, вы должны знать, что происходит.

- Рассказывай, - я вяло села на кровати и сонно потерла глаза.

- Я сегодня от садовника узнала о том, что это господа Ева спасла Венди от сторожевых псов. То есть, она забрала себе вашу заслугу.

- Ну, во-первых, никакой заслуги в этом нет, - я убрала одеяло и посмотрела на свою ступню. Бинт был в крови, но сильной боли я не чувствовала. Правда, от туфель сегодня придется отказаться. Лучше более удобная обувь. – С каких пор помощь другому человеку считается заслугой? Во-вторых, сначала скажи мне, как Венди. С ней все хорошо?

- Я лично ее не видела, - Мили покачала головой. – Но садовник сказал, что с маленькой госпожой все хорошо. Ей даже врача вызывали ночью. То есть, на всякий случай проверили нет ли ушибов. У нее оказалось только несколько небольших царапин.

Я кивнула. Эти новости радовали.

- А теперь рассказывай, что с Евой.

- Она всем рассказывает, что это она спасла Венди. Говорит, что ночью решила прогуляться по саду и увидела ее там. Отогнала собак и забрала маленькую госпожу. Понимаете, у нее напряженные отношения с господином Гаретом, а он и ваш муж очень близки. Мне кажется, что таким образом она попыталась выслужиться перед господином Гаретом и добиться еще большего расположения вашего мужа, так как он тоже очень любит свою племянницу. И у нее получилось. Я слышала, что господин Гарет уже отдал приказ по которому госпоже Еве сегодня утром доставили какой-то подарок в знак благодарности за ее поступок.

- Как чудесно, - ответила с безразличием.

- Но я не понимаю, почему она так себя повела. Вы же можете рассказать, как было на самом деле.

- Меня вчера приняли за служанку и я не думаю, что Ева считает, что кто-то поверит словам горничной. Ну или, что вообще служанка попытается возразить и очернить ее слова.

- Так вы, тем более, должны пойти и рассказать, как все было на самом деле.

- Я не буду этого делать.

- Почему?

- Потому, что, во-первых, когда Ева решилась на подобное, думаю, она приготовилась. Она считает, что Венди принесла служанка, но не знает какая именно. Скорее всего, если поднимется разговор о том, что она лжет, найдется дюжина очевидцев того, что это сделала именно Ева, а не кто-то другой.

Мили нахмурилась и поджала губы, после чего пробормотала:

- Да, садовник сказал, что служанки госпожи Евы, помогали ей, когда она уже принесла Венди в особняк.

- Думаю, «очевидцев» будет куда больше. Во-вторых, Венди, конечно, меня не видела, так как было очень темно, но, возможно, узнает по голосу. Или не узнает. Но для меня это будет такой цирк и мерзость, если я из-за чего-то подобного пойду в особняк. А еще это будет издевательством над ребенком. Она и так ночью пережила настоящий ужас и ввязывать ее в разборки я не собираюсь. Ей сейчас нужен покой.

Мили опустила взгляд, но кивнула.

- Я это понимаю, но меня злит то, что госпожа Ева так себя повела. Она воспользовалась вами.

- В данном случае – мне без разницы, - я пожала плечами и встала с кровати.

Уже сегодня у меня был рабочий день. Следовало собираться.

Нога болела достаточно сильно, но в кроссовках я хоть как-то могла ходить. Правда, сегодня вместо обычной строгой юбки пришлось надеть джинсы. Неизменной осталась только блузка.

Пока я собиралась, Рабан ездил заправлять машину и я написала ему, что сама подойду к главным воротам. Подожду его там.

Пока я туда направлялась, в обрывках разговоров прислуги слышала о том, как Ева спасла Венди. Судя по всему, это была самая обсуждаемая новость.

Остановившись, чтобы написать еще одно сообщение Рабану, я краем глаза увидела горничную Евы и еще нескольких женщин.

- Да, госпожа Ева принесла малышку в дом. Обнимала ее и успокаивала. Мне трудно представить, что было бы с Венди, если бы не наша госпожа, - восхищенно рассказывала горничная, слыша в ответ такие же восхищения касающиеся Евы.

Боже, этой горничной нужно дать приз за актерское мастерство. Если честно, меня эта ситуация даже забавляла.

Я пошла дальше. Около главных ворот переходила дорогу, как из-за угла выехала машина. Скорость была не большая и, к счастью, обошлось тем, что меня лишь немного зацепило бампером, из-за чего я пошатнулась и чуть не упала. Вообще, я могла бы отскочить в сторону и ничего бы не было, но с порезом на ступне я и так еле ковыляла.

Из машины вышел парень лет двадцати восьми. Высокий, темноволосый. Одетый в легкий свитер, поверх которого было серое пальто.

Волосы темные и слегка вьющиеся. Черты лица прямые. Я бы сказала, что идеальные, а сама внешность именно строгая. Холодная.

Стоило посмотреть на него, как у меня тут же пришло понимание – это было Гарет Тейлор. Они с Дагласом прямо очень похожи. Правда, нечто подсказывало мне, что только внешне. Даже глаза у Гарета отдавали льдом, а у Дагласа огнем.

- Тебе нравится стоять посередине дороги? – спросил он, мрачно.

- А тебе нравится терять свою дочь? – я спросила это прежде чем поняла, что говорю, но, в принципе, не сожалела. Стоило вспомнить всхлипы Венди, как в груди просыпалась злость.

Гарет слегка опустил веки. Это веяло внутренней чернотой. Чем-то нехорошим, но он лишь сухо сказал:

- Впервые слышу, как ты разговариваешь, но лучше бы ты следила за языком. У меня нет намерения хоть как-то затрагивать жену своего брата. Сделай так, чтобы это намерение сохранилось.

Я вопросительно приподняла бровь. Гарет явно был старомоден в плане отношений. Даже консервативен. Меня тут никто не считал женой Дагласа. Вернее, никто кроме него.

- Я сказала лишь то, что есть на самом деле. Этой ночью твоя дочь сбежала. Ты паршивый отец и, вместо того, чтобы сейчас быть с ней, ты опять куда-то уезжаешь, - мысленно я себя отдернула, после чего шумно выдохнула. Ладно, вот теперь я точно переходила черту. – Нам лучше остановить этот разговор. У меня тоже нет никаких намерений затрагивать тебя, хоть и, честно, я не сожалею о том, что сказала. Если нет времени на то, чтобы смотреть за дочерью, найди себе жену, которая сможет уделять ей внимание.

К воротам как раз подъехал Рабан. Я развернулась и быстро пошла к нему. Вернее, поковыляла. Нога начала еще сильнее болеть.

Сказать, что я все еще чувствовала взгляд Гарета на себе, значит, ничего не сказать. Наверное, последние слова мне не следовало произносить.

Глава 9 Безразличие

- У вас все еще болит нога? – Рабан опустил взгляд, наблюдая за тем, как я, очень сильно хромая, спускалась по ступенькам.

К этому моменту рабочий день уже был завершен. В офисе я старалась ходить ровно, но уже теперь у меня на это не было сил. Обезболивающие больше не держали.