Екатерина Юдина – Так обожает ужасное чудовище... (страница 26)

Я слышала о том, что королевский университет чтит старые традиции и частично разделил мужское и женское обучение, но я не думала, что это касалось целых частей здания. Из слов Тейлора следовало понимание того, что я зашла на запрещенную для девушки территорию.

Перед окончательным поступлением мне следовало более четко изучить местные правила. Я уже готовилась к обучающему материалу, а такую важную вещь упустила.

- Отвернитесь, - я не просила и даже не требовала. Приказывала. Под взглядом Тейлора хотелось сжаться, но я старалась вести себя достойно. Хоть и прикрывалась мокрой одеждой, но пыталась стоять ровно.

Хотя, учитывая то нападение на меня в лифте, по жилам пробежал страх.

- Было бы на что смотреть, - Даглас сказал это с небрежностью, но все же отвернулся. Встал ко мне спиной. Я лишь раз кинула на него взгляд, замечая то, насколько сильно его спина была напряжена. Мне это не нравилось.

- Вам нечего на меня смотреть и оценивать, - я очень быстро натянула на себя нижнее белье и принялась за платье. От соприкосновения с мокрым материалом, мгновенно стало холодно, но уже сейчас мне это было безразлично.

- Почему же? А если я хочу? Внешность у тебя посредственная. Не переживай, долго оценивать не буду. Лишь отмечу крошечную грудь.

Мои губы поджались так, что даже мимика лица задеревенела. Даглас Тейлор являлся первым парнем, который увидел меня полностью голой. Я понимала, что его слова не следовало воспринимать всерьез, но они все равно неприятно кольнули, заставляя нечто в груди едко зудеть.

- Вы все сказали? – я подрагивающими пальцами кое-как застегнула пуговицы на платье и начала натягивать кофту.

- Тебе мало? Хочешь услышать про кривые ноги и торчащие ребра? Еще, если не ошибаюсь, у тебя грудь кривая.

Так толком и не натянув кофту я пошла к выходу. Дальше слушать Тейлора не стала и, выйдя в коридор, пошла прочь.

Нелепая ситуация. Дурцкая. И уж кого, но Дагласа мне слушать не стоило.

Вот только, как девушке, которая и так постоянно сомневалась в себе, его фразы являлись настоящим ядом. Тем более, сделаны они были в момент моего невольного, первого оголения перед парнем, когда я была наиболее уязвимая. И это за собой понесло ядовитую цепочку.

Грудь у меня и правда маленькая, но не кривая. Или все же кривая? Может, я просто раньше этого не замечала? И ребра, наверное, торчат. Не просто же так Тейлор сказал про это. И, возможно, торчат они сильно. Так, что это даже через одежду видно. Боже, я уродливая и никчемная. Если я раньше этого не понимала то, что у меня в голове? Фальшивая уверенность, которая закрывает мои глаза на то, что я недоразвитый человек?

Звучит жалко. Очень. Но все же, к сожалению, это было моей неотъемлемой частичкой сознания – считать, что я куда хуже, чем мне казалось до этого.

Временами у меня бывало подобное. Менялась лишь глубина этих размышлений, но вот в это мгновение я падала прямо в пропасть. Даже странно, как Тейлору с такой легкостью удалось уничтожить меня.

Возможно, виной были напряжение от предстоящего бала, отсутствие нормального сна и то, что в тот момент я действительно была уязвима и оголена физически и от этого так же психологически.

Хотя, какая разница? Что бы не происходило, это не меняет того, что я маленький глупый урод.

- Мы можем ехать, - сказала, вернувшись к Жрецу. – Только я мокрая и могу своей одеждой намочить сиденья в машине.

В этот момент я думала о том, что своим существованием я могу испачкать весь мир. Не то, что намочить сиденья в машине.

- Почему ты мокрая?

- Упала в бассейн.

На это Жрец ничего не ответил, но, когда мы шли к выходу, он снял с себя кофту и протянул ее мне. Молча. Я так же ничего не говоря, взяла ее и накинула на себя. Теплая.

- Почему мне кажется, что ты сейчас разревешься?

- Вам кажется, - буркнула. Немного погодя, тихо спросила: - А, что если я не смогу быть Жрецом? Что, если у меня не получится выполнять обязанности?

- Опять сомневаешься в себе?

- Нет.

- А мне кажется, что да. Иначе не задавала бы таких вопросов.

- Просто пост Жреца это очень ответственно. Он второй по важности человек в королевстве после короля. А я нелепая восемнадцатилетняя девушка, которая толком ничего не умеет.

- Во-первых, ты очень достойный преемник. И ты уже сейчас многое можешь. Остальному научишься. Чтобы ты понимала, я, становясь Жрецом вообще почти ничего не мог. Во-вторых, прекрати себя оскорблять. Это мое развлечение.

Я фыркнула.

- Вы правда почти ничего не могли?

- Только частично чувствовал людей и немного мог двигать предметы. Еще чувствовал видения. Я уже говорил тебе – когда они придут, ты все поймешь.

Разговор с Жрецом частично помог мне. Как и кофе, который он купил мне, когда мы возвращались в поместье Леманов. Картонный стаканчик с теплым напитком и его небрежно сказанные слова «Согрейся, мокрица», которые сейчас совершенно не чувствовались, как оскорбление.

Жрец умел оскорблять, выказывая слова поддержки и поддерживать, высказывая оскорбления.

Очень странный человек. Будто бы находящийся за гранью этого мира и настолько недостижимый, что даже когда он сидел рядом, мне казалось, что нас разделяли тысячелетия.

А еще он ненормальный. И я тоже ненормальная. Хоть в чем-то мы были похожи.

Уже завтра будет бал и я думала, что этой ночью у нас пройдет окончательная подготовка, но Жрец сказал, что сегодня не приедет за мной.

- Тебе нужно выспаться.

Чтобы выспаться, нужно чувствовать хоть какое-то спокойствие, а у меня его не было. Меня продолжали грызть слова Тейлора. Они буквально въедались в сознание и копошились там. Дело не в том, что я переживаю о своей внешности. Просто, если я считаю себя «плохой», то это уже касается всей меня. И тела и души и разума.

Поэтому я долго копалась в своих мыслях. Смотрела на себя в зеркало. Думала. Хмурилась. Оценивала.

А потом, ближе к вечеру отпустила все это. У меня не кривые ноги и грудь нормальная. А даже, если это не так, я люблю себя такой, какая есть. И я не глупый человек. Своим разумом я занималась и им тоже была довольна.

Я терпеть не могла вот такие моменты самокопания, во время которых чувствовала себя ничтожеством, но в них тоже был огромный плюс – после их окончания, полностью разобравшись в себе, начинала себя ценить еще больше, чем раньше.

Поэтому, да, себя я любила.

А вот Дагласа Тейлора терпеть не могла.

***

Следующий день для меня являлся неким внутренним взрывом. Сегодня бал.

Было бы логично, если бы я испытывала волнение, но благодаря Тейлору, который вчера устроил мне эмоциональный ад, сегодня я была спокойной и даже собранной. Так, словно в груди расплылся метал, благодаря которому я и держалась.

С самого утра Хелен и Нати ездили на косметические процедуры и в салоны красоты. К вечеру они прямо блистали. В поместье приезжали и другие представители родов Три и Леманов. Каждый был занят подготовкой, которую я толком не застала, так как почти весь день просидела в библиотеке.

Вечером, к назначенному времени, я спустилась в холл и вместе с Джереоном села в машину. Все остальные ехали отдельно. Уже когда мы подъезжали к дворцу, я заметила суматоху начавшегося бала. Гости только собирались, но сколько же машин было на въезде, а людей около самого дворца.

Когда мы с Леманом вышли из машины я беглым взглядом окинула гостей. У девушек и женщин были настолько красивые платья, что в пору было бы восхищаться каждым по отдельности. Но другого и не ожидалось от высшей аристократии.

Когда мы с Джереоном поднимались по ступенькам, поняла одну вещь – это наш первый официальный выход, как пары. Леман придерживал меня за талию. Привычно холоден, но вот этим жестом он будто бы говорил «моя невеста» и, если к нам кто-то подходил, чтобы поприветствовать Джереона, он представлял меня.

Временами я видела на себе заинтересованные взгляды и слышала шепот в котором улавливала обрывки обсуждения того, что я та, которая выздоровела несмотря на то, что мое состояние уже считалось гиблым делом. Меня тут действительно обсуждали, но не больше, чем иные события, происшедшие в королевстве. Например, то, что один из портных, испортил одной придворной платье, которое шилось для бала.

Мы с Леманом вошли в главный зал. Краем глаза я уловила Нати, которая, при виде меня фыркнула и отвернулась. Еще я заметила маму Джереона. Она стояла в компании девушек и женщин. Более внимательно посмотрев на них, я поняла, что это представительницы и наследницы высших родов. У них, судя по всему, образовалась отдельная каста. И я сомневалась, что в эту компанию пускали всех подряд.

К Джереону подошло несколько мужчин и они разговорились. Как всегда, деловой разговор, в который я даже вникнуть не успела, так как кто-то тронул меня за руку.

Обернувшись, я увидела Изабель и она мягким жестом попросила пойти за ней.

- Я ненадолго отойду, - сказала Джереону.

- Хорошо, - он кивнул и опять повернулся к тем мужчинам, с которыми разговаривал.

Я за Изабель прошла через зал, после чего поднялась по ступенькам и вошла в комнату, в которой уже находился Розен и Жрец.

Розен одет официально. Жрец – в джинсы и толстовку.

- Вам нужно переодеться, - Изабель потянула меня в отдельную комнату, в которой я поменяла платье, а потом вернулась к Розену и Жрецу.