Екатерина Юдина – Так обладает ужасное чудовище... (страница 19)

- Оказывается, шлепать тебя охрененно. Мне определенно нравится, - на месте укуса появился поцелуй. Отнюдь не мягкий. Скорее в каждом своем мгновении жаркий и напоминающий раскаленный метал. Меня от него мгновенно пронзило ознобом, который, сплетаясь с остатками боли от шлепков, ввергал меня в состояние миллиарда водоворотов, в которых меня швыряло из стороны в сторону, ни на мгновение не позволяя опуститься на землю.

- Вы сказали, что отдали себя мне в рабство. Так вот… из вас получается ужасный раб, - процедила сквозь плотно сжатые зубы, но ту злость, которая полыхнула у меня в голосе, я скорее изображала. В это мгновение не была способна ни на что, ведь тонула в собственных ощущениях. Ими захлебывалась.

- Почему же? Я целиком и полностью принадлежу тебе, моя госпожа полторашка.

- Тогда, почему у меня такое ощущение, что рабыня я?

- В спальне мне больше нравится такое распределение ролей.

Даглас опять шлепнул меня и уже теперь, вместо вскрика, с моих губ сорвался стон. Поняв это, я поспешила постыдно закрыть рот ладонью. Да что со мной происходило? Его шлепки были болезненными, но, естественно я понимала, что Тейлор не задействовал и десяти процентов своей силы. Более того, делал это так, что боль шла рябью и в последствии расцветала приятным покалыванием от того, как он тут же начинал поглаживать попу вместе с этим целуя шею. Медленно и тягуче, но с особым жаром. Проведя по ней языком. Спускаясь к лопаткам и опять оставляя укус на плече. Там уже все полыхало от его отметок. Не осталось и сантиметра кожи не тронутой им.

- Вы из тех, кого называют садистами? – хотела вложить в голос недовольство, но получился сдавленный шепот, прерываемый моими частыми вдохами.

- Не пытайся вешать на меня ярлыки, - мне показалось, что Даглас усмехнулся. – Хотя, ты забавная, когда предпринимаешь попытки это сделать.

- Просто я хочу вас понять, - я оторвала ладонь от подлокотника и убрала пряди упавшие на лицо. Животом я ощущала возбужденную плоть Тейлора. Скрытую брюками, но до предела твердую.

- Хочешь меня понять? Можно ли это считать сдвигом в наших отношениях? – Тейлор приподнял меня. Уже теперь усадил на свои колени. – Знал бы, что это поможет, уже давно отшлепал бы тебя.

Я хотела возразить, но не успела. Его губы накрыли мои в том поцелуе, который изначально был глубоким и забирающим дыхание. В этот же момент он взял мою ладонь в свою и положил на свою ширинку.

- Расстегни.

Я замерла, а его губы скользнули к моей щеке и сразу же к шее. По коже рассыпались мурашки, впиваясь в кожу и содрогаясь от каждого нового поцелуя Тейлора. От того, как он ладонями сжал мои ноги чуть выше коленок и ближе придвинул к себе. Так, что я грудью соприкоснулась с его обнаженным торсом, чувствуя жар этого чудовища, соизмеримый с лавой.

Моя ладонь на его возбужденной плоти, так отчетливо ощутимой даже несмотря на ткань брюк. Выпирающая и огромная. Я ранее уже прикасалась к ней, но сейчас даже пошевелить ладонью не могла.

- Чего замерла? – Тейлор оставил поцелуя на скуле, а потом и на подбородке. Вплетая пальцы в волосы и заставляя прогнуться. Раскрыться ему. – Ведешь себя так, будто боишься моего члена. Думаешь, я им сделаю тебе больно?

- Мало ли… на что вы способны, - я выдохнула. Немного сжала свою ладонь, короткими ногтями царапая брюки и более отчетливее ощущая его возбужденную плоть. Не просто каменную. Словно бы состоящую из раскаленного метала. И чувствуя то, как от этого моего движения тело Дагласа еще сильнее напряглось, а его учащенное, безумное сердцебиение вовсе отдалось у меня в груди. – Особенно, если учесть ваши садистские наклонности.

- Все-таки решила вешать ярлыки? – он усмехнулся. Коротко поцеловал в губы, а потом кончиком носа провел по шее, делая несколько глубоких вдохов. Отдающимися чем-то сродни жажды, которая пробудила во мне нечто судорожное.

- Вы же этим занимаетесь. Полторашкой меня называете.

Он наклонился и стоило его губам коснуться моей груди, как губ тут же сорвался стон. Громкий и надсадный. Вторящий тем уколам, которые пронзили низ живота, заставляя меня немного привстать. Задрожать и согнуться. Потерять себя в очередном вихре той болезни, которой для меня являлся Тейлор.

Его ладонь возникла на моем животе. Поднялась выше. К груди, а потом и к шее. Немного сжимая ее и уже теперь поцелуем набрасываясь на губы, проникая своим языком в мой рот. Делая это настолько порочно, что голова тут же пошла кругом, словно лишь одним этим поцелуем мы делали нечто сверх грязное и запретное, но уже теперь для нас доступное.

Муж и жена.

Даглас мой супруг. Единственный мужчина на всю жизнь…

От этих мыслей голова сильнее закружилась и тело внезапно перестало принадлежать мне. Вернее, оно все еще слушалось сознание, но далеко не разумную его часть, а ту, которая пыталась привыкнуть к жизненным обстоятельствам. К появлению «моего мужчины». Я даже не поняла того, как подняла ладони и положила их на плечи Дагласа, а потом провела ими по массивным рукам, которые в этот момент оказались под моими бедрами. Чуть ли не подбросили в воздухе, набрасывая меня на парня. Прижимая к нему, так что я теперь полулежала на нем, коленами упираясь в кресло.

Его губы вновь на моих. Дурманили, мучили и сводили с ума. Растаптывали мысли и оставляли лишь инстинкты, с которыми я, сама того не понимая, все так же трогала Дагласа. Изначально его руки и в основном предплечья и запястья, но потом опять переключаясь на плечи, а затем касаясь шеи. Совсем нерешительно водя пальцами по торсу. Затаивая дыхание, всякий раз понимая насколько он мощный. Гора мышц и сплошной адский огонь, бегущий под смуглой, грубой кожей.

Я трогала Тейлора не просто так. Я изучала своего мужчину, но до сих пор не могла понять, что именно чувствовала. Сходила с ума, забывала про существование всего мира и в эти мгновения видела лишь этого ненормального грубияна, вот только однозначных чувств во мне сейчас не было. Как и определенности, а от этого сознание рвалось в клочья, разлетаясь в разные стороны настолько масштабно, что сомнений в том, что я больше не соберу их воедино, не возникало. Вот только, насколько бы дико это не звучало, но я бы не сказала, что подобное не являлось приятным.

Каждая секунда наедине с Тейлором, как пытка. Близость с ним – сплошная боль, но не физическая и даже не душевная. Скорее, не объяснимая и неописуемая. Та, которой вовсе не должно было существовать, но благодаря Тейлору она появилась и являла собой разрушение моего внутреннего мира. Всех прежних мыслей и правил. Решений и взглядов на будущее. И вот это действительно было больно, но, в тот же момент так невыносимо приятно.

Почему?

Что приятного в том, что изнутри тебя разрушали?

Этого я не понимала. Хотела бы разобраться в себе, но не могла. Я осознавала лишь то, что рядом с Тейлорм и, тем более, в близости с ним, весь мир шел кругов, а каждое прикосновение ощущалось, как отдельная вселенная. Слишком острая, вспыхивающая. Размером с целую жизнь, а по впечатлениям, будто тысячи вдохов.

Для меня он в этом всем был единственным. Только рядом с ним и вместе с ним я сходила с ума. С тем, кто теперь был моим. Парнем, с которым я связана. В конце концов, с этого дня мы привязаны друг к другу.

Мысли, как крепкий алкоголь. Пьянили за считанные мгновения, но дело не только в них, но и в самом осознании, а еще в бесконечных прикосновениях Дагласа. В его поцелуях, которые никак не прекращались. От них ныли губы, обжигало грудь и внизу живота тянуло.

- Расстегни, - повторил Тейлор, вновь положив мою ладонь на ширинку. Я опять замерла, но судорожно выдохнув, потянула за ремень. Расстегивая его медленно, но рвано. Прерываясь на поцелуи, на которые даже не успевала отвечать, даже несмотря на то, что губы уже немели.

Змейку я расстегивала еще медленнее, так, словно вообще не знала, что это такое. Будто для меня перестало существовать само понятие каких-то обычных и даже банальных действий. Но я даже не успела до конца ее расстегнуть, как Тейлор рыкнул и, одной рукой придерживая меня под попу, поднялся на ноги, после чего отнес к кровати и положил на нее.

- То, как ты расстегиваешь ширинку, настоящая гребанная пытка, - одним коленом опираясь о кровать, Даглас расстегнул ширинку одним движением. В отличие от меня делая это быстро и просто.

- В следующий раз сами это делайте, раз не нравится.

- Почему же? Я просто предоставлю тебе больше возможностей, чтобы потренироваться и приноровиться, - подхватив мои ноги под коленками, он подтянул меня к краю кровати. Уперся руками в матрас, из-за чего он сильно прогнулся, после чего наклонился, оставляя на мне дорожку из поцелуев. От груди до пупка, который он обвел языком, срывая у меня очередной стон.

- И… Как вы себе это представляете? – я вплела пальцы в его волосы и разгорячено сжалась, когда Даглас раздвинул мои ноги. Я только сейчас поняла, что потеряла часть себя. Ту, которая стеснялась и смущалась. Предпочла бы попросить выключить свет и уж точно не позволила бы Тейлору так просто рассматривать меня в такой порочной позе. Куда она делась? Даглас будто бы отключил ее. Я бы не сказала, что мне стало все равно на то, что я теперь лежала перед ним полностью голая. Это точно не так, но мне было жарко и сознание плавилось я как-то даже и не задумывалась над тем, чтобы прикрыться.