Екатерина Юдина – Расплачивайся. Сейчас. (страница 83)

И словно в подтверждение этих ощущений, я уловила шорох одежды, после чего Лонго приставил к моему лону возбужденный, раскаленный член. Уже этого хватило, чтобы я громко простонала. Практически закричала. Запрокинула голову и прогнулась в спине. Как же это было сильно. По ощущениям и эмоциям. Что же со мной произойдет, когда он полностью окажется во мне? Выживу ли я после такого? Сейчас казалось, что нет.

И, когда Лонго сделал первый толчок, это подтвердилось. Внизу живота все обожгло. Я закричала, практически отчаянно хватаясь за Матео. Ногтями до царапин впиваясь в его плечи. Чувствуя следующее движение. То, как Лонго постепенно заполнял меня собой. Пока что медленно, но настолько ощутимо, что, казалось, я чувствовала каждый его миллиметр. И это не просто сводило с ума. Я будто насквозь, до пепла сгорала. Опять стонала, лбом прикоснувшись к груди Матео. Чувствуя, как быстро билось его сердце.

Иногда Лонго останавливался. Казалось, вновь давал привыкнуть к нему, а я не была уверена в том, что смогу это сделать. Размер Матео всегда был для меня слишком большим. И сейчас, после долгого отсутствия близости, это особенно ощущалось. В том, как у меня внизу живота жгло и болело. Но я терпела. С жадностью ловила даже это. До тех пор, пока Матео полностью не оказался во мне. Опять останавливаясь. Наклоняясь и целуя. Долго. Жадно и в тот же момент именно этим поцелуем расслабляя. Заставляя считать, что во всем мире есть только он.

Лонго положил ладони на мои бедра. Сжал их.

- Если будет больно – скажи, - произнес он, когда наши губы практически соприкасались.

Растерянная и, не уверенная, что правильно услышала, я кивнула.

Лонго сделал первое движение. Медленное. Сопровождающие неотрывным взглядом на мое лицо. Практически полностью выходя из меня и затем заново, до основания наполняя собой. Делая это, как сладкую, особенно безжалостную пытку. Ловя мои губы своими. Целуя. Еще сильнее сжимая мои бедра, напряженными до предела руками. Я запрокинула голову. Кажется, простонала имя Лонго, чувствуя, как он, кажется, оскалился и на этот раз сделал уже более резкое движение. Это было, как начало срыва. Беспрерывных, особенно безумных поцелуев, ускоряющихся толчков. Доходящих до сумасшествия и моего особенно мощного оргазма. Того, как Лонго заставил меня лечь на стол и сжал мои ноги под коленками. Удерживая так, как ему было удобно. Уже теперь буквально вколачиваясь. Доводя меня до следующего оргазма, и того, как Матео следующими, особенно глубокими движениями, излился внутрь меня. Еще долго нависая надо мной. Одной рукой опираясь о стол и целуя настолько нежно, что душа трепетала.

***

Лежа с закрытыми глазами и уже практически засыпая, я почувствовала, как матрас сильно прогнулся, затем кто-то стянул с меня одеяло и прохладный воздух коснулся обнажившегося тела.

Я хотела открыть глаза, но была настолько сонной и вялой, что не нашла в себе сил это сделать и, лишь почувствовав, как огромная, горячая ладонь раздвинула мне ноги, я все-таки открыла глаза.

- Ты опять хочешь? – спросила, в полумраке смотря на Матео. Он нависал надо мной. Одной рукой опираясь о кровать, а второй проводя от моей коленки, до внутренней стороны бедра.

- Да, хочу, - он наклонился, целуя мою грудь и я тут же простонала, прогибаясь в спине.

После того, как Матео взял меня на столе, еще один раз у нас был на диване в его кабинете. На том самом, на котором я совсем недавно сидела, во время своих ночных визитов к Лонго. Тогда я прекрасно чувствовала, как сердце сжималось, кожу сковывало льдом и абсолютно все вопило о стене находящейся между мной и Лонго.

Но этой ночью мы на том диване делали то, от чего до сих пор щек касался румянец и сердце сильно учащало биение. Многое, казавшееся запретным, но доводящим до такого состояния, что я уже саму себя переставала понимать.

Этого было достаточно, чтобы я уже была не в себе, но когда Лонго поднял меня на руки, намереваясь отнести в спальню, я почему-то решила, что лучше пойду сама. Вот только, стоило мне оказаться на ногах, как Матео прижал меня к стене и следующий раз у нас случился прямо в коридоре. Так, что будучи в спальне, я просто упала на кровать. Даже отказалась идти с Матео в душ. Была готова заснуть, но сейчас, когда Лонго вновь раздвинул мне ноги и горячей головкой провел по лону, я громко застонала, содрогаясь от толчка, которым он полностью вошел в меня.

- Тебе больно? – спросил он, ладонью сжимая мою талию. Но двигаясь медленно. Нежно.

- Нет, - я отрицательно качнула головой. Вновь ногтями впиваясь в его плечи, боясь представить насколько сильно расцарапала Матео спину.

Он поцеловал. Сначала в губы, затем шею. Проводя рукой по животу, затем сжимая грудь. Подушечкой большого пальца обводя сосок, все так же осторожно двигаясь во мне. Наполняя собой до окончания, но каждый толчок делая таким, что все внутри меня содрогалось, горело.

***

Выходя из душа, я увидела, что Матео стоял около открытого окна. Курил. Он уже принял душ раньше меня. Был одет в домашние штаны и кофту. Волосы мокрые и растрепанные.

На несколько мгновений замирая, я засмотрелась на него. Сердце вновь ускорило биение и по коже скользнуло острое покалывание.

Уже сейчас, осознавая, что наши отношения возобновились, я чувствовала себя необычайно легко. Словно наконец-то от меня отстало то, что все последнее время заживо загрызало.

Но все же имелось то, что мне хотелось для себя затронуть. Или же я понимала, что пожалею, если этого не сделаю. И лучше растормошить это сейчас. Казалось, что позже я по многим причинам так и не решусь на это, а оно продолжит грызть.

- Я хотела с тобой кое о чем поговорить, - завязывая пояс шелкового халата, я села на край кресла.

Выдыхая дым, Матео перевел на меня взгляд. Под ним стало еще тяжелее собраться с мыслями, но я все же попыталась это сделать.

- Я много раз спрашивала у тебя были ли мы с тобой в детстве знакомы. Ты говорил, что нет, но это ведь не так, - я поправила низ халата, им прикрывая колени. Почему-то почувствовала сильную нервозность. – Ты же уже тогда был частью моей жизни. Верно?

Что-то изменилось в атмосфере. Я не могла понять, что именно. Как и не осознавала ни одной эмоции на лице Матео. Казалось, что оно совершенно не изменилось. Разве что Лонго еле заметно наклонил голову набок, убирая сигарету от губ.

- Неужели сеньора Верди наконец-то соизволила вспомнить мою никчемную персону?

Матео задал этот вопрос так, что мне даже стало стыдно признаваться, что, нет, не вспомнила. Во всяком случае, если бы не бывший начальник охраны и человек моего отца, которого я встретила на выставке Джиозу, я бы до сих пор ничего не знала.

Теперь у меня были кое-какие обрывки воспоминаний, которые я с трудом достала из своей головы. Но… неужели тем чудовищем и правда был Матео?

По спине пробежал холодок. Может, мне не стоило затрагивать эту тему? Какое значение имеет то, что было в детстве?

Что-то внутри меня начало бороться, но все же я произнесла:

- Так ты действительно ненавидел меня в детстве?

Глава 71 Моя

- Допустим, ненавидел, - не отрывая от меня того взгляда, от которого по коже бежали мурашки, Матео лениво протянул руку в сторону и сбил пепел с сигареты в пепельницу. Обычно он не курил в квартире и, возможно, принес ее из балкона, пока я была в душе. – Сейчас это что-то меняет?

Воздух в комнате потяжелел и порывы ветра, врывающиеся в спальню через открытое окно, обдали кожу царапающим покалыванием. Оно словно бы проходило через все тело.

- Нет, не меняет, - я одной ладонью оперлась о диван рядом с собой, короткими ногтями царапая мягкую обивку. – Чтобы не происходило в прошлом, особенно в настолько далеком, когда мы с тобой еще были детьми, у меня нет желания переносить это на те отношения, которые у нас есть сейчас.

- Значит, можно считать эту тему закрытой, - Лонго медленно повернул голову к окну. Этим движением давая понять, что разговор окончен.

- Нет, нельзя, - я резко качнула головой, после чего помедлила, чувствуя, как начинаю утопать в возникшей тишине. Опуская взгляд, я посмотрела на ножку деревянного стола. На ней была небольшая царапина. Я не знала, откуда она взялась, но часто возвращалась к ней взглядом. – Последнее время было достаточно тяжелым, но, знаешь, в нем тоже были плюсы. Я для себя очень многое осмыслила. Самое главное – я действительно хочу быть с тобой. Не просто возобновление отношений, а так, чтобы… на всю жизнь.

Я замолчала. Говорила правду, но ужасалась от того, насколько кричаще могли прозвучать мои слова. Может, следовало бы подобрать другие фразы, но мне и так было тяжело хоть как-то выразить то, что творилось внутри меня.

Взгляд Лонго вновь замер на мне. На этот раз слишком долго и не так, как обычно. Мне даже показалось, что, несмотря на удушающую тяжесть атмосферы, по телу прошел трепет.

- Мирела…

- Я просто хочу, чтобы уже сейчас между нами точно не осталось никакой недосказанности, - я перебила Матео. Наверное, мне очень хотелось узнать, что он собирался мне сказать, но боялась, что мы отойдем от той темы, которую я затронула. Может, действительно вот так просто ее закроем и на этом все. – Понимаешь, то, что было в детстве уже сейчас действительно никакого значения не имеет. Но все же у меня есть к тебе несколько вопросов. И они касаются не только нашего прошлого. Может, они для тебя не покажутся существенными, а я… Я просто больше не хочу себя накручивать и пытаться надумывать. Я просто хочу знать, как все есть на самом деле.