Екатерина Юдина – Почувствуй (страница 16)

И сейчас я в этом более чем нуждалась.

Более того, на данный момент в квартире Картера находились еще какие-то люди. Три или четыре женщины. Они пришли примерно полчаса назад. Убирали, перестилали постельное белье. Но лишь сейчас я заметила то, что одной уборкой они не ограничивались. Эти женщины собирали кое-какие вещи и относили их в гардеробную рядом с входом.

Далеко не сразу я поняла, что это были вещи Кели.

Пока я была в этой квартире, заметила многое из того, что принадлежало ей. Ведь, если на кухне я вообще не ощутила присутствия Кели, то, например, в ванной, стояло много уходовых средств, гелей для душа, шампуней. В гардеробной уйма её одежды. В гостиной журналы и ароматические свечи.

То есть, более чем отчетливо ощущалось то, что это квартира именно альфы, но Кели уже начала приносить сюда свои вещи и теперь они были расположены по всей квартире.

Повернув голову, я кинула взгляд на Картера. Пока что я его совершенно не понимала. Даже, когда пыталась пристально отслеживать его эмоции, толком ничего не видела. Их будто бы вообще не было, но сейчас, когда альфа повернув голову, посмотрел на то, как одна из женщин заносила в гардеробную халат Кели, мне показалось, что в глазах альфы что-то промелькнуло. Вот только, я нутром ощущала то, что этого лучше вообще не касаться. Ничего хорошего там нет.

Поэтому, перерыв коробки, я нашла купальник. Пока Картер разговаривал с одной из горничных, я переоделась и сверху накинув огромную футболку, которая висела на мне, как платье, вышла к альфе.

— Всё. Пошли, — сказала, направляясь к двери.

Картер был во все тех же домашних штанах, но уже надел футболку и, когда мы спустились вниз, он лег на один из шезлонгов.

Я же сразу прыгнула в воду. С головой ушла под нее, чувствуя, как прохлада обожгла тело. Наполнила ее. Выныривать не хотелось, но, когда кислорода уже критически не хватало, я все же сделала это. Лежа на воде, посмотрела на черное, безоблачное небо. Считая звезды и медленно дыша.

Затем плавала. Долго. От одного края к другому и так раз за разом. До тех пор, пока руки не свело усталостью и я вновь не легла на воде.

— В этом ты не изменилась.

Проводя руками по воде, так, чтобы не уйти под нее, я повернула голову и посмотрела на Картера. Он сидел на краю шезлонга. Смотрел на меня.

— В чем именно? — спросила, пропуская воду между пальцами. Наслаждаясь этим.

— Все еще любишь плавать.

— Это да, — не стала спорить. — Ты вспомнил о том, как мы ходили в твой бассейн?

— Да.

Опускаясь, я встала на дно. В этой части бассейна не было глубоко. Вода доходила мне до груди.

— А как много ты вообще вспомнил? — заводя руки назад, я попыталась поправить застежку на лифчике. Этот купальник я купила в прошлом году. Можно сказать, что он еще новый, особенно, если учесть ту частоту, с которой я покупала себе одежду. Но, наверное, у меня грудь выросла, так как в этом лифчике было ощутимо тесно.

— Мне кажется, что все.

— Да ладно? — я растянула губы в улыбке. Наверное, в воде расслабилась. Она прохладная и приятная. Чуть что, тут и утопиться можно, поэтому все вообще отлично. — Даже у меня часть воспоминаний стерлась. Столько лет уже прошло и вот я не понимаю, как ты можешь говорить, что вспомнил всё.

— Раньше было ощущение, что чего-то остро не хватает. Теперь его нет, — голос Картера казался тяжелее, чем обычно. В одно из мгновений я даже ощутила то, что, несмотря на моё приподнятое настроение, он пробрался внутрь тела. Прошел по нервным окончаниям. — Воспоминания больше не обрывками. Они полные.

— И как это ощущается?

— Лучше, чем ты можешь представить.

— Значит, поздравляю тебя с этим, — вновь переворачиваясь, я легла на спину. Даже было немного странно от того, что мы с Картером практически нормально разговаривали. Но, кое-что вспомнив, я тут же вновь посмотрела на альфу. — Кстати, отдай мой дневник. Ну, я имею ввиду, когда мы вернемся в квартиру.

— Нет.

— В каком это смысле «нет»? Это моя вещь.

— Я могу дать тебе что-нибудь взамен его. Или выкупить. Но отдавать его не собираюсь.

Я прищурилась. Настроение тут же рухнуло вниз.

— Ты вообще в курсе, что личный дневник это неприкосновенная вещь?

— Ты сама его мне дала, — безразлично ответил Картер.

— Чтобы ты лишь посмотрел на него, а не забирал.

— Считай, что я это воспринял по своему, — Картер это произнес так, что сразу становилось ясно — я могу спорить, кричать, требовать, но на него это никак не повлияет. И зачем ему вообще этот дневник сдался? Чтобы проверить то, насколько вернулась память?

Задержав дыхание, я с головой ушла под воду. В принципе, мне плевать на дневник. Я его и выбросить могла. Волновало лишь то, что он находился у Картера, а как раз про него я там в основном и писала. Правда, уже не помнила, что именно.

Открывая глаза, я под водой посмотрела на плитку. Почему-то вспомнила про тот бассейн, который находился в доме Картера.

Альфа вообще был прав. Я любила плавать. Причем, с самого детства и началось все с того, что мама пыталась отдавать меня на самые разнообразные спортивные секции. Естественно, из-за отсутствия денег приходилось выбирать из того, что являлось бесплатным, но, поскольку диеты не помогали сбросить лишний вес, было принято решение заставить меня больше двигаться.

Изначально бассейны я терпеть не могла. С моим стотонным весом носить купальники, являлось чем-то похуже пытки. В городском бассейне в мою сторону тыкали пальцами и шептались о том, что, о, боже, как же это можно было так ребенка раскормить. И ведь не объяснишь всем, что дело не в еде. Даже врачи не понимали, что со мной не так. А тем временем каждое посещение в бассейн пропитывало нервозностью. Шатало психику и я благополучно получала еще больше комплексов.

То есть, было время, когда плаванье для меня являлось адом.

Изменилось это немного позже. Я тогда уже общалась с Картером. В один из дней случилась какая-то авария и в их районе на целый день отключили свет. А это было лето, невыносимая жара и отсутствие кондиционеров. Мы погибали.

Но, чтобы не изнывать от жары, пошли бродить. Так и оказались в главном здании их особняка. Естественно, тайно, так как мне все так же приходилось прятаться от родителей Картера.

В какой-то момент мы зашли в их крытый бассейн и, если рай на земле существует, то он точно находится там.

Жара и рядом прохладный бассейн. Естественно, так или иначе, но тянет искупаться. Тогда Картер и сказал, что, если я хочу этого, могу попросить своего отца, чтобы он привез мне купальник. Всё равно его родителей пока что не было дома.

Тогда во мне и возникла внутренняя, жестокая и кровавая борьба желания и комплексов. Последние выиграли. Всё-таки, они были мощнее. Проработанные годами.

И, возможно, бассейны так и оставались бы моим личным адом, если бы не Картер. Он тогда дал мне свои шорты и футболку. В них и толкнул в воду. Грубо, но с этого и началась моя любовь к плаванью.

В бассейн мы ходили пару раз в неделю. Пробирались туда, когда его родителей не было дома. Картер всегда давал мне свои шорты и футболки и ему было глубоко плевать на то, что я плавала в одежде. То, что это выглядело странно и даже ненормально. Вообще альфа ни разу не выказал того, что что-то не так.

А я, без всех этих осуждающих взглядов и перешептываний, чувствовала себя просто нормальным ребенком и наконец-то спокойно плавала. Испытывала умиротворение. Влюблялась в это.

Все-таки, как бы мне не хотелось этого признавать, но между мной и Картером, помимо грязи и унижений с его стороны, в прошлом и правда так же были хорошие моменты. В данном случае даже имелась наша общая уязвимость, которая перерастала в сокровенность.

С моей стороны это были комплексы по поводу тела. А со стороны Картера… Он не умел плавать. И это мягко сказано.

В те годы альфа вообще напоминал мне кота, которого бросают в ванну, а он вырывается, шипит, дерется, но обязательно выпрыгивает обратно. То есть, Картер не просто не любил плавать. Он это всей душой терпеть не мог.

И, если так подумать, это являлось единственной его слабостью. Родители Картера ведь стремились к тому, чтобы он во всем был лучшим. Подобное не являлось эгоистичным желанием похвастаться своим наследником. Они действительно любят сына, а это было лишь желанием вырастить на нем броню. Ведь, если ты во всем лучший, значит, ты сильнее.

И Картер с этим более чем отлично справлялся. Опять-таки, если не считать плаванья, а ведь оно даже входило в обязательную программу обучения в средней школе, из-за чего, чтобы подготовить своего сына и убрать этот изъян, Картеру даже нанимали личных тренеров.

Каковы были успехи? Ну.… их не было.

Откуда у него такая неприязнь к воде, я не имела ни малейшего понятия. Знала лишь то, что Картер ненавидел когда ее слишком много.

Но, там в крытом бассейне его особняка, я старалась научить его плавать. Иногда мы плавали наперегонки, правда, альфа тонул еще на самом старте.

Вспоминая об этом, я вынырнула из-под воды и засмеялась. Из-за того, что кислорода не хватало, делать это было тяжело, но все же, уже сейчас эти воспоминания казались чертовски смешными.

— И чего ты смеешься? — спросил Картер. Он лежал на шезлонге, заведя одну руку назад и подложив ее под голову.

— Вспомнила о том, как мы с тобой в детстве плавали наперегонки. Ты барахтался и шел ко дну, — произнесла сквозь смешки. — И как? У тебя с годами получилось научиться плавать?