Екатерина Юдина – Почти прекрасное чудовище (страница 22)

На этом моменте наш разговор был закончен, но, прежде чем я вышла в коридор, Тернер сказал:

- Все равно ты скоро прибежишь ко мне.

Я не обернулась и, тем более, останавливаться не стала. Просто вышла. В этом он ошибался. Никогда и ни за что я больше не окажусь рядом с ним.

Поднявшись на третий этаж, я вошла в нужную аудиторию. Скоро должна была начаться лекция и уже все были на месте. В первую очередь я отметила то, что группа не большая. Всего двенадцать студентов. Абсолютно все альфы. Даже ни одного человека. Это слегка полоснуло по сознанию. Мне казалось, что меня переведут туда, где есть люди.

Но, с первого мгновения, как я вошла сюда. Не ощутила тяжести в атмосфере. Наоборот, все были расслабленными. Шумными. Пара парней перебрасывалась бейсбольным мячом. Кто-то разговаривал. Кто-то просто вальяжно сидел за своим столом.

И, естественно, меня тут же заметили. Кто-то из парней громко сказал: «Ну, привет, омега. Добро пожаловать к нам». Но в этом не было ничего плохого. Обычное приветствие. Даже вполне себе дружеское.

Учитывая то, что омег воспринимали лишь, как игрушек для альф, я опасалась того, как ко мне отнесутся одногруппники. Как оказалось, зря. Для них я была чем-то сродни диковинки, но первая встреча прошла вполне себе нормально. Единственное, проходя по аудитории, я почувствовала себя гномом в стране великанов. Еще тут воздух будто бы был пропитан тестостероном. Чем-то животным.

Но, делая еще несколько шагов, замерла. За последней партой сидел мой брат – Лукас. Одетый в серую толстовку. Держащий ладони в карманах штанов и смотрящий в окно.

Постоянно общаясь с братьями в нашем чате, я иногда видела их снимки. Они вообще не из тех, кто любит фотографироваться, но я все же просила их это делать. Чтобы хоть иногда их видеть. Но все-таки, с тем, чтобы увидеть вживую ничто не сравнится.

За последние два года он стал еще выше. Мощнее. Это ведь тот период у альф, когда они физически максимально развиваются и даже жутковато стало от того, как Лукас изменился. По фотографиям это было не настолько явно. Волосы все так же очень коротко стрижены и на правой стороне лица шрам.

Но почему-то он выглядел куда мрачнее, нежели обычно. Что-то едко жженное и даже раздирающее, ощущалось на расстоянии.

Затаив дыхание, я понимала, что мне следует сесть где-нибудь в другой стороне аудитории, но, чувствуя, как сердце разбивалось в осколки, пошла к нему.

Место рядом с Лукасом было свободно и я спросила:

- Могу ли я сесть тут?

Он медленно перевел на меня безразличный взгляд. Посмотрел на меня без особого интереса, но коротко кивнул и отвернулся обратно в сторону окна.

Я же, делая глубокий вдох, села рядом с ним. Я не набросилась на Лукаса с объятиями и для меня это уже было огромной победой. Кое-как, но мне удалось сдержать себя, хоть и сердце билось гулко, рвано. И я лишь совсем немного посижу рядом с ним. Затем пересяду. Но буду очень ценить эти мгновения.

Глава 20 Брат

Я так и не отсела от Лукаса. Несколько раз решительно пыталась это сделать. Даже собирала свои учебники в рюкзак, но постоянно в груди все сжималось с такой силой, что дышать было трудно и где-то в сердце ныло от боли. В итоге я смирилась с этим и хотя бы на сегодня осталась рядом с ним. Иногда украдкой посматривала на альфу, замечая то, в чем брат действительно изменился. Он и правда стал значительно выше и больше. Как гора из мышц. У него появился новый шрам на левой ладони. И черты лица стали более жесткими. Мрачными. Взгляд безразличный, пустой.

Из всех моих братьев Лукас всегда был самым молчаливым. С детства рассудительным. В отличие от него, два остальные мои брата – Гарс и Каин являлись более податливыми своим животным инстинктам. Поэтому, в некоторые моменты именно Лукас их сдерживал, из-за чего он уже давно ассоциировался у меня со спокойствием, устойчивостью и умиротворением рядом с ним.

И сейчас я пыталась собрать осколки того, что было, с болью понимая, что так, как раньше больше никогда не будет.

Изначально Лукас не обращал на меня никакого внимания. Смотрел в окно, из-за чего я могла бросать в его сторону аккуратные взгляды. Было странно чувствовать себя пустым местом для него, но уже таковыми являлись новые реалии моего мира. С этим следовало смириться.

Когда началась первая лекция, я отвернулась от альфы и попыталась полностью сосредоточиться на учебе. Со всем вниманием уйти в слова преподавателя, но все-таки, краем глаза я заметила то, что Лукас начал смотреть на меня. Причем, он это делал не так осторожно, как я. Скорее, альфа рассматривал меня так, что это уже было неприлично. Затем вообще наклонился и сделал глубоких вдох.

- Что ты делаешь? – я тут же наклонилась вбок, отстраняясь от него.

Лукас ничего не ответил. Молча отстранился от меня. Теперь казался еще более мрачным и время от времени вновь меня рассматривал.

От этого я ощутила нотки тревоги. Он, конечно, мог измениться за два последние года, но все равно как минимум раньше, для него было крайне не типично обнюхивать девушек. Что это на него нашло?

Если не считать этого, первая лекция прошла хорошо. Меня вызывали к голографической доске. Точно так же, как и других альф. А на перемене я опять побежала в библиотеку. Проходя мимо экрана рейтинга, я попыталась найти там своих братьев, с радостью осознавая, что в своих группах они были на первых местах. Причем, с огромным отрывом.

Позже я поняла, что в университете о них знали все. Даже за полгода учебы братья уже успели навести тут шума. Так, что никто не смел им переходить дорогу. Даже те, кто был значительно старше. Еще и за Гарсом убивалась большая часть девушек. Но так было еще со времен детдома. Он всегда нравился девчонкам, но подойти к нему они боялись, из-за чего любовные послания передавали через меня. И каждый день, после уроков, я заходила к ним в комнату и из своего рюкзака на кровать Гарса вытрушивала сложенные листочки с сердечками. Даже если он в тот момент лежал на ней.

Но так же я узнала, что какое-то время альфы отсутствовали на учебе. И в последнее время стали сами на себя не похожими. Более агрессивные. Отстраненные. Жуткие.

И, узнав о периоде, когда это произошло, я с болью задавалась вопросом – не из-за меня ли это?

Я не знала, как они отнеслись к моей смерти, но, если бы не стало кого-нибудь из них, для меня это было бы концом всему. Тем, о чем я даже думать боялась и при таких мыслях не только телом, но и душой содрогалась. И меня грызло то, что я подвела их. Возможно, своей смертью доставила проблем и, единственное, на что я сейчас могла надеяться, так лишь на то, что они не сильно переживали.

Выходя из библиотеки, я на мгновение замерла. По коже пробежалось ледяное жжение и в тело вонзились иглы. Даже атмосфера изменилась. Стала давить настолько, что следующий вдох я сделала с трудом.

Услышав какой-то шум, я обернулась. Заметила, что девушки как-то странно оживились. Начали перешептываться. Пальцами поправлять волосы.

И уже в следующее мгновение я увидела Дана. Он проходил мимо коридора и, прежде, чем я поняла, что делаю – побежала к нему.

Между нами было еще много расстояния, когда альфа, почему-то остановился. Кажется, сделал глубокий вдох и обернулся, в настолько людном коридоре, посмотрев именно на меня. Причем, сделал это так, словно мне к нему было небезопасно приближаться. Словно он убить меня был готов.

И это было явным признаком того, что мне стоит остановиться. Не приближаться к нему. Во всяком случае, именно об этом завопило чувство самосохранения. Но, я, наоборот ускорилась.

- Привет.

- Уйди.

Это мы одновременно произнесли друг другу. Я с улыбкой. Он – с жесткой грубостью.

- Чего это ты ведешь себя так, будто я тебе что-то плохое сделала? – положив ладони в карманы джинсов, я обошла альфу. – Я вот просто подошла к тебе поздороваться. Мы же с тобой теперь друг другу не чужие. Вместе пойдем на бал.

К сожалению, я не могла убрать со своего лица улыбки. Старая привычка. В прошлом мы с Даном время от времени спорили. В девяносто пяти процентах случаев побеждал он, но, когда победу все-таки, одерживала я, ничто не могло унять моего ликования. Ну, конечно. Это ведь победа над самим чудовищем.

После моих слов у альфы черты лица перекосило чем-то жестоким, но он ничего не сказал. Развернулся и пошел дальше.

- Подожди. Дай мне свой номер телефона, - я вновь обошла его и преградила путь. – Раз ты проиграл в споре, то нам уже скоро следует начать готовиться. Я не буду тревожить тебя по мелочам. Лишь, если нужно будет сообщить что-то серьезное.

Взгляд Дана стал еще хуже. Словно меня и боль уже теперь отделяла лишь хрупкая черта.

- Не хочешь выполнять условия спора? – спросила, приподнимая уголки губ. – Дан Бронте слово не держит? Или ты хочешь оспорить то, что я в университете именно из-за учебы?

Черта стала еще тоньше, хотя казалось уже некуда, но альфа взял мой телефон. Записал в него свой номер. И, когда он это делал, я увидела, что рукав его рубашки слегка приподнялся и стала видна метка Жажды.

- У тебя еще на какую-то омегу появилась метка? – спросила, забирая свой телефон. – Да ты, оказывается, любвеобильный.

Метка Жажды была огромной редкостью, а у Дана оказывается, она за два дня появилась на двух омег. Или это ему так секса не хватает, что организм уже так реагирует?