Екатерина Юдина – По праву вражды и истинности (страница 66)

— Разве заседание суда не на следующей неделе? — перевела взгляд с экрана на Тайлера.

— Они специально дали неверную информацию, чтобы не позволить людям начать забастовку под судом.

Я села рядом с Тайлером на кровати и перевела взгляд на экран.

Вздрогнула от неожиданности, когда Харис взял мою ладонь в свою и переплел наши пальцы. В ответ я сжала его руку крепче.

Заседание, вероятнее всего, уже подходило к концу.

Как и предполагалось, зал был пуст. Заседание являлось закрытым. Даже родителей Шейлы на него не пустили.

Она выглядела максимально разбитой. Уже теперь было видно, что она потеряла любую надежду на неожиданное спасение. Выглядела очень бледной, а взгляд был пустым.

Мне не стало её жаль. Ни капли. Казалось, что прямо сейчас я просто не ощущаю абсолютно никаких эмоций. Ни грусти, ни радость.

Она заслуживала всего, что с ней сейчас происходит и не заслуживала на сострадание.

Вонг совершила два безжалостных убийства. И при этом до самого конца не признала своих ошибок, обвиняя всех остальных вокруг себя в собственных грехах.

— Шейла Вонг приговаривается к пожизненному заключению в закрытой тюрьме Клюрсберга, — громко проговорил судья и стукнул своим молотком.

От этого звука все внутри сотряслось и я даже вздрогнула.

Тайлер поднес руку к своим губам и поцеловал тыльную сторону, будто дал понять, что он здесь. Рядом со мной.

После оглашения приговора камеру вновь перевели на Шейлу. С её глаз текли слезы и было очевидно, что сейчас её сломали полностью.

Раз и навсегда.

Буквально точно так же, как своими убийствами она сломала моих близких, и родителей Мелани, которая, к сожалению, лишена возможности, как я, вернуться к жизни.

— Тебе жаль её? — спросила у Тайлера, испытывая волнение от этого вопроса.

— Нет. Она сама привела себя в эту точку, — отстраненно проговорил Тайлер.

Он поцеловал меня в макушку, и встав и приоткрыв балконную дверь, закурил сигарету. — Мне жаль, что я не сдержал свое обещание перед её братом и не смог уберечь ее от таких поступков.

— Ты любил её? — задала вопрос, который очень сильно волновал меня всегда. — Глупо, но меня это тревожит даже сейчас, когда я прекрасно понимаю, что ты мой. В моей голове все равно не укладывается то, что Вонг была для тебя слишком важна.

— Я дружил с её братом с пеленок, Дженис, — будто нехотя, но, нахмурившись, Тайлер все-таки заговорил на эту тему. — Я уже говорил, что на территории Харисов ко мне всегда относились, как к потенциальному врагу и пытались уничтожить. Керо был моим единственным другом. Когда родилась Шейла и, соответственно, подросла, мы вдвоем заботились о ней, как о сестре. В детстве и подростковом возрасте её сердце было совсем слабое. Она могла несколько месяцев в год проводить в больнице.

Я сидела, внимательно слушая Тайлера и глубоко вдыхая. Воздуха в легких не хватало. Я понимала, что задела максимально сложную и болезненную для него тему.

— Когда Керо умер, у нас с Шейлой не осталось никого. Нам двоим была необходима поддержка и только мы могли предоставить её друг другу. Наши отношения с Шейлой начались уже после того, как ты брызнула мне в глаза из баллончика. Тогда рядом со мной снова же была только она. Любил ли я её? Нет. Просто так было привычно и понятно. Как и наш с ней брак. Я так считал до того, когда я узнал в тебе Луну и вспомнил, что значит, по-настоящему кого-то любить.

— Прости, что спросила, — я поджала губы и ощутила, как сердце сжимается в груди. — Я понимаю, что тебе сейчас тяжело.

— Вовсе нет, — он отрицательно качнул головой. — Я знал другую Шейлу. Явно не ту, которой сейчас вынесли пожизненный срок. Эту мне не жаль.

Я подошла к Тайлеру буквально на цыпочках и уткнулась лицом в его шею, вдыхая аромат парфюма и обнимая его.

Он еще не знал о том, что сегодня я перестала принимать подавители. Я не знала, когда именно их накопительный эффект в организме перестанет действовать, но было уверена, что это случится в ближайшие дни. Испытывала от этого сладкое и волнительное предвкушение. Мне чертовски сильно хотелось ощутить его запах. Хотелось, чтобы на моем запястье вновь появилась метка нашей истинности. Уже теперь я с нетерпением ждала этого момента и безумно желала увидеть, как отреагирует Харис.

Мое внимание вновь привлек диктор, голос которого раздался из телевизора:

— Уже через три часа состоится судебное заседание по делу Вансента Вонга. Предположительно, его срок ничем не будет уступать тому, который вынесли его племяннице.

— Речь о дяде Шейлы? — я ошарашено округлила глаза. — Впервые о нем слышу.

Тайлер лишь сухо кивнул головой, крепче прижав меня к себе.

Он уже не курил. Как только я встала с кровати, чтобы к нему подойти, он затушил сигарету.

— Не скрывай от меня, пожалуйста, — шепотом попросила я. — Расскажи все. Харис несколько минут сохранял молчание, но после все же произнёс:

— У Шейлы никогда не было влияния и способностей для того, чтобы решиться на то, что она сделала.

Я приподняла бровь, но возразить словам Тайлера не смогла. Возможно, я знала ее не так хорошо, как Тайлер, но все равно мне до сих пор было странно от того, что она десять лет назад, будучи лишь студенткой смогла продумать убийство, которое не смогли раскрыть ни Олсены, ни Харисы. Конечно, наша вражда сама по себе не давала этого сделать. Но именно ею и воспользовались.

— Хочешь сказать, что за Шейлой стоял ее дядя? — спросила, сжимая ладони в кулаки.

— Да. Он всегда действовал аккуратно, чтобы себя не выдать и его манипуляции никогда не касались территории Харисов. Но в нужные моменты он управлял Шейлой, что она воспринимала, как его помощь и покровительство. На допросе он сознался, что именно он подтолкнул ее к твоему убийству. Шейла сама этого хотела. Он дал возможность, — Тайлер оставался крайне серьезным и спокойным, но я все равно прижалась к нему ближе.

Холодные мурашки проняли все тело. Получается, что даже Шейла, преследуя свои цели, была глупой марионеткой в чужих руках, тянущихся к полноправной власти.

Все это было жутко.

— Он тоже знал о том, что мы истинные? — спросила, поднимая взгляд на Тайлера.

— Да. Десять лет назад, Шейла, в поисках поддержки сразу побежала к нему.

***

Следующие несколько дней выдались слишком насыщенными. Я пыталась балансировать между не самым лучшим самочувствием, неотложными делами в городе, и желании провести время с Тайлером.

Мы виделись с ним постоянно. И вчера даже остались ночевать в том самом доме у озера. Я впервые оказалась в самом доме, и интерьер и обстановка мне очень понравились. Сильнее всего остального цепляло то, что здесь практически все сделано руками самого Хариса.

Он показал мне комнату, рядом с спальней, которую освободил специально для малыша. Она была в приятных пастельных тонах. Мебели еще не было, так как Тайлер посчитал, что этим я бы захотела заняться сама, когда будет известен пол ребенка.

До этого было еще слишком долго, но его забота даже в таких мелочах, меня тронула.

Сегодня мне предстояла важная встреча в другом городе, после которой мы с Тайлером вновь договорились встретиться в том доме.

Встреча с мистером Клайсаном тянулась очень долго. Все-таки все эти дела, которые требовалось решать для управления городом, не были моим призванием. Лоренс - вот, у кого это было в крови.

И я наверняка знала, что как только он придет в себя и восстановиться, то вернется к власти, а я смогу спокойной поступить в университет на специальность, о которой мечтала всю жизнь.

Я так и не отступила от этой затеи. Она мелькала в моей голове постоянно и мне не терпелось дождаться, когда наступит этот момент.

Закончила я позднее, чем предполагалось, и выйдя из отеля, в ресторане которого проходила встреча, подождала пока парковщик подвезет мою машину к входу. Как только это произошло, я забрала у него ключи, растянула губы в благодарной улыбке и, распустив охрану, села в машину.

Выехав на трассу, я погромче включила музыку, подпевая любимую песню.

Сегодня, несмотря на все трудности, которые меня окружали, настроение было по-настоящему хорошим. Возможно, влияли гормоны. Я стала максимально эмоционально чувствительно и ощущала эти резкие скачки настроения в течение дня.

Я внимательно наблюдала за дорогой и совсем не успела среагировать, когда заметила резкую, странную тень сзади.

Кто-то одной рукой сжал мой рот, а вторую приставил к горлу. Я ощущала, как лезвие острого ножа коснулось кожи.

Из-за паники, я хотела резко закричать и ударить по тормозам, но голову пронзило осознание, что если я сделать так, то машину занесет на мокрой после дождя дороге. Тогда это лезвие однозначно в одно мгновение перережет мне горло.

Сердце стучало так сильно, что грозилось выбить грудную клетку.

Медленно притормаживая и сворачивая к обочине, я бросила взгляд в зеркало заднего вида. Нападавший был в маске, как в каких-то страшных боевиках, которые я терпеть не могла.

— Молодец, — холодный голос обжег нервные окончания. — Теперь выходи из машины. Будешь послушной девочкой - пострадаешь по-минимуму. Постараешься бежать - я перережу тебя этим самым ножом, — он сильнее приставил его к горлу.

Я оглядела салон быстро прикидывая в уме, что может меня защитить.

Но здесь не было ничего. Пневматический пистолет, который лежал в бардачке, не смог бы помочь мне от человека, вооруженного ножом. Да и я бы не смогла до него дотянуться, меня резанули бы раньше.