Екатерина Юдина – По праву вражды и истинности (страница 37)

— Почему я должна доверять тебе? — спросила, поджимая губы. Мне хотелось отвернуться. Посмотреть куда-нибудь в сторону.

— Во время войны на меня не единожды покушались, — подул сильный ветер, растрепав белоснежные волосы Тайлера. — И этот врач боролся за мою жизнь, даже когда шансов не было. Как видишь, удачно. Но только от тебя зависит примешь ты эту помощь от меня или нет.

Мне было сложно дать ответ. Мне не хотелось быть чем-то обязанной Тайлеру. Я прекрасно понимала, что сам Лоренс, который после выздоровления узнает об этом, будет в ярости.

Но все же, хотя бы малейший шанс на то, что это поможет, заставлял трепетать в сомнениях.

— Я подумаю.

— Не затягивай с этим, — Тайлер достал из кармана какую-то коробочку и протянул ее мне. — Я хочу, чтобы ты это взяла.

— Снова? — я не спешила брать ничего из его рук. — Достаточно. И домой мне больше ничего не присылай.

Все, что Тайлер мне отправлял, невыносимо напоминало о нем. И мне было сложно находится дома, когда все завалено его подарками. Хоть и практически сразу их вывозили на свалку.

— Все же тебе стоит принять эту вещь, — Харис посмотрел мне в глаза и его собственные в этот момент взбудоражили.

Тяжело вздохнув и немного подумав, я все-таки взяла коробочку, едва уловимо коснувшись горячей руки Хариса.

Открыв ее, я увидела камень с фиолетовыми вкраплениями.

Он был небольшим, но я ощущала мощную энергетику, исходящую от него. И взгляд приковывало то, как красиво он переливался.

— Что это? — нахмурилась, не понимая, что мне с этим делать.

— Мой милтар, — Харис произнес лишь это, а у меня по коже тут же скользнул холодок.

Так вот почему от этого камня исходила такая энергетика. Милтар… Он часть альфы. Разбиваешь камень и альфа умирает. Это если коротко. Но, на самом деле, милтары являлись очень сложной техникой. Их использовали в правительстве.

— Для чего он мне? — спросила, чувствуя, что ладонь дрогнула. – Зачем ты вообще создал для себя милтар?

— Чтобы ты понимала, насколько сильно я тебе доверяю. Я буквально дарю тебе свою жизнь и ты вправе распоряжаться, что с ней делать. И, тем более, я хочу, чтобы ты понимала – я не представляю для тебя угрозы.

Холодок, бегущий по коже, стал сильнее, уже теперь превращаясь в острое покалывание. Я не знала, что ответить. Мысли слишком сильно путались.

— Я... Я не могу принять это, — отказалась я, пытаясь вернуть ему коробочку. — Это слишком для меня.

— Я хочу, чтобы ты приняла это, Дженис, — сказал Тайлер, не отступая. — Я знаю, что мы только начали наше новое знакомство, но чувствую, что между нами есть что-то особенное. Всегда было. И я хочу, чтобы ты понимала, что для меня ты очень важна.

Я смотрела на него, вновь не в состоянии произнести ни слова. В это мгновение я в груди сильно обожгло. Затем затрепетало. Но также я боялась принять такой ответственный подарок.

— Я... Я не знаю, что сказать, — говорила я, продолжая держать коробочку. — Я не могу просто так принять это. Ты же понимаешь, что я тебя ненавижу?

— Понимаю, — сказал Тайлер, вновь положив ладони в карманы брюк. — Но хочу, чтобы этот камень принадлежал тебе.

Я вздохнула и наконец решила принять подарок. Хоть и сердце все еще грохотало.

— Хорошо, — согласилась. — Но знай, что даришь той, которая способна его уничтожить.

— Я знаю. И это прямой показатель того, что я к тебе чувствую, если готов идти на такое.

41

Поздно вечером от Тайлера вновь пришло сообщение. Он писал о том, чтобы я через двадцать минут вышла к воротам. К назначенному времени, я подошла к ним и забрала у курьера посылку от Хариса. В ней оказалось несколько бутылочек с успокаивающим чаем для беременных омег.

Судя по упаковке, это продукт фирмы «Тиро». Компании, которая работала лишь с высокопоставленными особами. Хотя, насколько я слышала, изначально они вообще начинали с того, что предоставляли чаи только правящей семье соседнего королевства. Судя по всему, у Хариса уже чрезмерно высокое положение в нашей стране.

Находясь в саду, я еще некоторое время смотрела на эти бутылочки. Думала о том, что после нашей с Харисом последней встречи, которая прошла более-менее нормально, мы начали поддерживать хоть какое-то подобие связи.

Уже теперь я отвечала на его сообщения.

И я все-таки дала свое согласие на то, чтобы врач, которого предложил Харис, занялся лечением Лоренса. Но сделала это с осторожностью. В первую очередь, я выслала ему информацию о состоянии моего брата. Хотела узнать, что этот врач скажет.

Открыв одну из бутылочек, я сделала несколько глотков и сразу же поняла, почему продукция «Тиро» так ценится. По телу прошло тепло и сознание будто бы по крупицам исцелялось. Нервы разглаживались.

А ведь в последние дни они у меня к чертям рвались так, что, казалось, еще немного и я с ума сойду.

Я все еще до безумия боялась за Лоренса. Так, что по ночам спать не могла и в эмоциональном плане больше была похожа на выжженный уголек.

Да и во всем остальном на данный момент жила в том ритме, в котором сама себе напоминала медведя, бегущего в колесе, у которого нет возможности из него выбраться.

Вот только, очередной апокалипсис случился на следующий день, когда по новостям начали говорить о предстоящей свадьбе.

Моей свадьбе с Дараном.

Этот ублюдок уже таким образом пытался на меня давить. Загонять в тупик.

Ведь в новостях активно обсуждали то, что все уже решено и свадьба вот-вот случится. Даже порой объявляли даты, отчего в городе поднялась очередная волна паники и доверие горожан ко мне ощутимо снизилось.

Я старалась удерживать равновесие. Даже несколько раз делала заявления, чтобы убедить жителей территории Олсен в том, что это всего лишь слухи, которые специально распустил Даран.

Вот только, он сам действовал слишком тонко, безжалостно желая выбить почву у меня из-под ног. Никакими заявлениями тут не помочь.

— Это безумие, — устало произнесла, когда мы с Чероном днем вернулись в особняк. До этого мы находились в офисе. И я слышала те слухи, которые там начали разноситься. — Мне кажется, что скоро из-за Дарана по отношению ко мне начнется отторжение.

— Не волнуйся, Дженис, — Черон, взяв меня за ладонь, помог подняться по ступенькам.— Их можно понять. Лоренс в больнице, а от проверенных источников дают информацию о твоей свадьбе с Дараном. У них есть повод переживать и не доверять.

— Но я ведь… — хотела возмутиться, что все на самом деле глупая ложь, но обратила внимание на телевизор.

Добавила звук. Очередная программа новостей.

— Поэтому мы приносим свои извинения за введение в заблуждение. Наши источники… оказались недостаточно компетентными. По новым данным никакой брак мисс Олсен не планируется, — говорил ведущий, растянув губы в широкой улыбке.

— Ты это слышал? — тут же взглянула на Черона.

— Это странно, — он свел брови на переносице. — Это центральный канал. Подобное жестко ударит по их репутации. Даже под страшными угрозами они бы не решились дать опровержение.

— Репутация? — я кончиками пальцев потерла виски. — Не нужно было подобное начинать распускать.

— Ты же понимаешь, что если эта информация от самого Дарана у них нет повода ему не доверять.

В эту минуту мой телефон зажужжал. Оказалось, что пришло сообщение от Тайлера:

«Встретимся? Я хочу увидеть тебя прямо сейчас»

Читая эти слова, я невольно провела пальцем по экрану. Затем, прикусила губу и написала:

«Можем встретиться вечером»

Мне казалось, что я начинала привыкать к Тайлеру. К его ежедневной поддержке и к присутствию в моей жизни. Хоть и глубоко в душе понимала, что рано или поздно пожалею об этом.

— Что-то случилось? — Черон заметил, что я гипнотизирую взглядом телефон.

— Нет, — я тут же заблокировала его и положила в карман.

— Не хочешь вечером куда-нибудь сходить? Думаю, тебе стоит немного развеяться от всего, что навалилось, — говоря это, он убрал несколько выбившихся прядей волос мне за ухо.

— Прости, — поджала губы. — Сегодня точно нет.

***

Вечером начался сильный ливень, поэтому у меня из вариантов было лишь отказаться от встречи с Тайлером, или согласиться увидеться в закрытом помещении.

Я прекрасно понимала, какое решение будет верным, но вопреки этому приехала к особняку, адрес которого дал Тайлер.

Я остановилась перед входом, замерзая на ветру. Время от времени молния освещала небо, заставляя меня дрожать еще сильнее.

— Черт, Дженис. Что же ты творишь? — отчитывала саму себя в тот момент, когда решительно открывала дверь и вошла в особняк.