Екатерина Юдина – Единственный... (страница 44)

— Имя.

Я ладонями сжала рубашку Кириана и наклонилась к его уху:

— Его зовут Кириан Агеластос.

Отстраняясь я увидела, что взгляд Агеластоса стал другим. Я не могла понять каким именно, но сейчас брови парня были сдвинуты на переносице.

— Я беременна от тебя.

— Я не могу иметь детей.

— У меня не было никого кроме тебя и срок совпадает. Если сомневаешься — можно сделать тест ДНК.

Кириан еще сильнее свел брови. Опустил взгляд и посмотрел мне живот, а потом опять мне в глаза. Затем вновь на живот. Потерев лицо ладонью, кажется, проанализировал мои слова, но ничего сказать не успел. В этот момент приехала скорая и раздался дверной звонок.

Я попыталась встать с Кириана, но он не дал. Все еще молчал, но неотрывно смотрел на меня.

— Тебе нужно показаться врачам. Я и так заставила тебя понервничать. Думаю, это не пошло тебе на пользу, — я неловко опустила взгляд. — Прости.

В дверь продолжали настойчиво звонить и мой голос утонул в звоне, но, думаю, Кириан меня услышал.

— Я сейчас приду.

Я быстро накинула на себя халат и открыла дверь.

Был быстрый осмотр и врач то и дело задавал Кириану вопросы, на которые он отвечал однословно, все время не отрывая от меня взгляда. Я стояла намного в стороне, но, услышав, что у Агеластоса было несколько ножевых ранений, до боли прикусила кончик языка.

Врач настаивал на том, чтобы Кириан поехал в больницу, но он отказался. Даже меня не стал слушать. Поэтому, ему лишь обработали раны и перебинтовали. Сказали лежать и отдыхать. Проводив врачей, я вернулась в гостиную, но увидела, что Кириан не лежал. Он стоял около дивана. Сейчас без рубашки, но весь в бинтах.

— Тебе нужно было поехать в больницу.

— Ты действительно беременна моим ребенком? — он положил ладонь на мою щеку и заставил поднять голову. Оторвать взгляд от бинтов, которые я рассматривала и посмотреть ему в глаза.

— Хочешь сделать тест ДНК? — спросила, положив свою ладонь поверх его.

— Хочу.

— Хорошо, — я кивнула.

— Не злишься?

— На что?

— На то, что не верю и хочу тест.

Некоторое время я молчала, но все же почти сразу ответила:

— Злюсь. Часть меня даже хочет устроить тебе истерику, — я отвела взгляд в сторону. — Я сейчас вообще на все более эмоционально реагирую, поэтому, поверь я могла бы устроить тебе знатную истерику, но… раз ты считаешь, что ты бесплоден, значит, на это есть причины.

Я не хотела рассказывать о том, что мне сказал его отец. Как я поняла, у них не самые лучшие отношения и я не хотела их затрагивать.

— Я не хочу устраивать ссоры с тематикой «почему ты мне не веришь?». Ты же не просто сомневаешься. У тебя есть причина, а мне нечего скрывать. Поэтому я хочу, чтобы ты раз и навсегда убедился в том, что это твой ребенок и между нами больше не возникало недосказанности.

Несколько бесконечно долгих секунд Кириан смотрел мне в глаза, а потом вплел пальцы мне в волосы и, притянув к себе, поцеловал. Долго и медленно. Так, что у меня по телу скользнули искры и я невольно задрожала.

Я хотела, чтобы Кириан лег и отдыхал, но он сразу позвонил кому-то. Кажется, узнавал насчет частных лабораторий. Примерно через двадцать минут ему привезли новую одежду и, после того, как Агеластос переоделся, мы пошли к машине.

— Я надеюсь, что это не займет много времени, — буркнула, когда машина выехала на дорогу. — Тебе отдыхать нужно.

Кириан ничего не сказал. В это время неотрывно смотрел на мой живот. Он не отрывал от него взгляд вплоть до того, как мы приехали к лаборатории.

Сразу же у нас взяли анализы и в ближайшее время выдали результаты. Кириан несколько раз прочитал то, что там было написано, после чего отбросил бумаги на стол и обнял меня. Поцеловал в макушку и прижал к себе. Но делал это осторожно. Прикасался ко мне так, словно я состояла из хрупкого хрусталя.

Немного отстраняясь, наклонился и своими губами прикоснулся к моим. Потом к щеке и вновь к губам. Целовал коротко и в тот же момент долго. Безумно и нежно. Так, что у меня все тело заискрилось и в груди затрепетало.

— Черт. Это похоже на сон, — сказал он, вплетая пальцы мне в волосы и опять целуя.

В этот момент его ладонь легла на мой живот. На место, где был наш общий ребенок. Пока что еще совсем кроха. Казалось, что такое простое прикосновение, но я задрожала каждой частичкой тела, чувствуя, как все в груди заискрилось.

— Пол уже известен? — спросил он, проводя ладонью по животу. Его рука такая грубая, но прикосновение до невозможности нежное.

— Будет мальчик, — прошептала.

Кириано опять наклонился и своими губами прикоснулся к щеке. Ее обожгло, словно на коже вспыхнул огонек и в груди расплылось тепло, а он все так же продолжал целовать и, обняв, опять притянул к себе. Очень бережно. Словно хрупкое сокровище, но в тот же момент, будто говоря, что никогда не отпустит.

А мне опять захотелось плакать, но на этот раз не из-за горечи. Я была счастлива.

С огромным трудом, но мне все-таки удалось заставить Кириана пойти отдыхать. Надеясь, что он хоть немного поспит, я собиралась пойти на кухню и приготовить обед, но Агеласос не дал уйти. Взял за руку и притянул меня к себе.

— Тебе отдыхать нужно, — сказала, нахмурившись.

— Я именно этим и занимаюсь, — Кириан уложил меня на кровать рядом с собой и обнял, после чего притянул еще ближе.

Агеластос своими губами прикоснулся к моим. Недолгий и не глубокий поцелуй, но, несмотря на это, он был наполнен чем-то таким, от чего по всему телу пробежал жаркий озноб и сознание лишилось какого-либо напряжения. Я расслабилась и даже перестала пытаться встать с кровати, хотя до этого была очень решительно настроена пойти на кухню.

Ладонь Кириана опять легла на мой живот, практически невесомо прикасалась к нему, а я замерла, чувствуя, как по телу скользнули угольки и кожу защекотало искрами.

Я как-то необычно реагировала, когда Агеластос прикасался к моему животу. Сразу начинала млеть и замирала, ловя каждое движение его ладони, скользящей по животу. В эти мгновения забывала обо всем на свете, а Кириан постоянно прикасался ко мне так. В лаборатории, в машине и у меня в квартире.

— Я хочу поговорить с твоими родителями.

— Навряд ли они захотят тебя слушать.

— Все равно.

Я закрыла глаза и ладонью сжала рубашку Кириана, думая о том, что это и правда не самая лучшая идея, но так же я понимала, что нам с Агеластосом все-таки стоило поехать к моим родителям. Нужно было хотя бы попробовать поговорить с ними.

Некоторое время мы просто молча лежали. В полной тишине, ловили эти моменты, ведь в них так сильно нуждались. Дышали ими, словно воздухом и, чувствуя тепло друг друга, оживали в нем. Будто просыпались от долгого кошмара, в котором не было «нас». «Мы» были разрушены. Но все же мы вместе. Тут и сейчас. Навсегда.

Я почему-то в этом совершенно не сомневалась.

— Знаешь, о чем я думаю? — тихо спросила. — Когда я впервые увидела тебя, подумала о том, что только девушка без мозгов может в тебя влюбиться.

— Когда я впервые увидел тебя, сразу не мог понять, что ты вообще такое.

Я толкнула Кириана локтем в бок. Он улыбнулся и, поцеловав в щеку, прошептал на ухо:

— Я люблю тебя. Всю тебя. Ты лучшее, что было в моей жизни.

Я подняла голову и посмотрела Кириану в глаза. Замерла. Один его взгляд и душа затрепетала. Взлетела в небо и, оставаясь там парить, пропитывала меня невесомостью. Счастьем, которое можно ощутить только с рядом по-настоящему любимым человеком.

Тем единственным, который являлся частью меня самой.

Мы еще долго лежали на кровати. Мир сужался до пределов этой комнаты. Мы сами были целым миром. Одним на двоих. Буйствующим эмоциями и наполненным тем, что непередаваемо, но так ощутимо.

Впереди было еще так много всего, но я не сомневалась в том, что мы справимся. Кириан был тем, кто даже просто одним своим присутствием уничтожал все сомнения и рядом с ним, я, как никогда раньше, понимала, что преград не существует. Они разбиваемы.

Вечером этого дня мы вышли на прогулку. Ходили по Салоникам и встречали закат. Разговаривали обо всем и, в тот же момент, ни о чем конкретном. Будто все последние месяцы нам именно этого не хватало. Просто быть рядом друг с другом. Разговаривать и порой даже неважно о чем.

Ужинать пошли в небольшой, но уютный ресторан. К этому моменту на улице стемнело и с приходом ночи появились другие темы для разговоров. Более серьезные.

— Я хочу, чтобы ты переехала ко мне.

— Ты имеешь ввиду твою квартиру в Афинах?

— Да, но уже сейчас я буду просматривать другие варианты жилья. Нам нужна квартира больше. Еще лучше дом.

— Зачем? У тебя огромная квартира. Сколько там комнат? Пять?