Екатерина Юдина – Для него важнее другая (страница 37)

— Постараюсь, — ответила мирно. Будто сдаваясь и тоже садясь на скалу. Только я находилась в воде, а Тайлер полностью на суше.

Альфа до сих пор был практически полностью обнажен. Лишь в боксерах, но, в отличие от меня, своей наготы он не стеснялся. Словно ему вовсе целиком и полностью плевать.

А мне постоянно приходилось отводить взгляд, который невольно к нему притягивался.

Я сама предложила разговор, но толком не понимала, о чем должна говорить. Слишком нелепо.

— Кто-то из вашей стаи проник на нашу территорию, — нашла тему, чтобы заполнить эту напряженную тишину. — Вы решили этот конфликт?

— Почему ты это спрашиваешь у меня, а не у Лоренса? — я не видела его глаз, но чувствовала глубокое, медленное дыхание.

— Просто, — односложно ответила я.

Не хотелось говорить о том, что брат меня в подобные дела не посвящает да и вряд ли когда-нибудь начнет.

— Это не твои заботы, Дженис, — спокойно произнес Харис. — Можешь спать спокойно.

Меня аж передернуло. Тайлер меня только что впервые по имени назвал? Может, если и правда дикие звери покусали, пока он отходил?

— Ты об этом хотела поговорить? — краем глаза я заметила, что Тайлер поднес сигарету к губам.

— Нет, — качнув головой, я подтянула ноги к груди и прислонилась лбом к коленкам. — Знаешь, мы постоянно грыземся, а на самом деле ситуация у нас слишком жуткая. В тот момент, когда у нас появилась метка, я подумала о том, что это конец всего. Даже жизни. Мне и до сих пор так кажется. Вариантов снять метку, можно сказать, что нет. Но…

— Что «но»? — спросил Тайлер, когда я запнулась и слишком долго не продолжала.

— Что будет, если метку снять все же получится? — спросила совсем тихо. Вообще боясь это делать. — Я искала информацию про это, но не нашла ни одного факта разрушения истинности. Зато множество научных предположений касательно того, что истинные в любом случае не смогут быть друг без друга.

— Тебе не кажется, что мы наоборот не можем находиться рядом друг с другом? — Тайлер вопросительно изогнул бровь.

Вопрос Тайлера вызывал у меня внезапную улыбку. Пусть она и не была прямо веселой. Может, так влиял спокойный голоса Хариса, но в это мгновение я сама почувствовала себя чуточку легче. Оказывается, у нас и так может быть.

— Боишься? — спросил Тайлер. Я вздрогнула, ощутив, что он положил ладонь мне на голову. Изначально подумала, что альфа сейчас свернет мне шею. От него в первую очередь именно этого и ожидаешь, но Харис лишь провел свой грубой ладонью по моим волосам. Погладил по голове, а я замерла.

— Да, боюсь, — я выдохнула, признаваясь в том, о чем предпочла бы умолчать. Из-за этого сердце пропустило удар и мне стало невыносимо тяжело. Оказывается, раскрываться сложно. Даже в том, что касалось нас обоих. Но Хариса я понимала еще меньше. — А что, если в любом случае мы уже ничего не исправим? Может, лучше уже не станет и жизнь у нас к чертям разрушена?

— Ты казалась такой сильной, но готова так просто опустить руки? — пальцы Хариса вплелись в мои мокрые пряди. Очень бережно, а мне до сих пор не верилось в то, что Тайлер так может. И что он вообще делает нечто такое.

— Зачем ты гладишь меня по волосам? — спросила, немного поворачивая голову и смотря на альфу. Черты его лица были спокойными. Радужки глаз светлыми. Под светом луны практически такими же серебристыми, как и волосы.

— Пытаюсь успокоить.

— Зачем? — мой голос против воли дрогнул. Ответ Тайлера еще сильнее загнал в тупик.

— Потому, что, к сожалению, ты моя истинная.

Уголки губ дрогнули. Я опять улыбнулась, хоть и на душе все еще было до жжения грустно.

Но Тайлер прав. Я слишком рано опускаю руки. Следовало приободриться и искать варианты решения проблемы, а не раскисать.

— Давай попробуем больше не ругаться, — предложила, когда Тайлер убрал свою ладонь от моих волос. Все же мне действительно стало легче после этого разговора. — В нашей ситуации, нам этого не стоит делать.

— Да, не стоит, — Харис посмотрел на уже дотлевающую сигарету.

— А потом, после того, как разорвем истинность, оторвемся от всей души и разругаемся в пух и прах, — заявила я уже более торжественно.

— Звучит заманчиво, — он едва заметно улыбнулся, но голос звучал совершенно ровно.

Я поболтыхала ногами в воде, замечая на дне камушки. Тут же потянулась к ним и начала перебирать. Красивые.

Встав на колени, я начала выискивать новые экземпляры, думая о том, что парочку даже могу забрать домой. Памятный сувенир о том дне, когда мы с Тайлером впервые смогли спокойно поговорить, вместо того, чтобы рассориться или же наброситься друг на друга из-за метки.

К сожалению, ныряя за ними, я то и дело постоянно всплывала. Из-за этого становилась видна то моя попа, то ноги. И это могло бы меня не тревожить, но все же слишком волновало, так как я прекрасно ощущала на себе взгляд Тайлера.

— Почему ты так пялишься на меня? — в итоге, я не выдержала.

— Смотрю на твои трусы. Оказывается, у тебя есть нормальные. Без котов.

— Мы же договорились без конфликтов, — я поджала губы.

— Если упоминание твоих трусов с котами, слишком сильно задевает твои чувства, хорошо, я этого делать не буду.

Я немного прикрыла глаза. В принципе, как таковой обиды у меня не было. Целиком и полностью спокойных отношений между мной и Тайлером быть не может. Как минимум, мелких подколов не избежать. Мы с Ненси кидаем друг другу и не такие издевки. С учетом того, что они дружеские.

Но с Тайлером была проблема в другом.

— Дело не в том, что это задевает мои чувства, — я по подбородок опустилась в воду. — Разве ты не понимаешь, что это неправильно?

— Слишком дохрена происходит неправильного. Уточняй.

— У меня жених есть. И я его очень люблю. Думаю, у тебя к твоей невесте тоже сильные чувства, но, тем не менее… — я запнулась.

И как это все объяснить? Тем более, стоило упомянуть Черона, как в груди вновь заболело. Сильно. Так, что дышать стало трудно. Но не сказала бы, что до этого мне было легче. Чувство тревоги преследовало постоянно. Впрочем, как и стыд перед Чероном. Ощущение собственной никчемности.

— У тебя есть невеста, а у меня есть жених, — в итоге сказала кратко. — Пока что на время мы можем выбрать дружеские взаимоотношения, но все равно не очень хорошо то, что мы сейчас почти голые. Мне бы не понравилось если бы я узнала, что Черон полуголым купался с какой-нибудь омегой.

Я посмотрела на Тайлера. Телосложение у него было до безобразия безупречным. Разве что на смуглой коже виднелись шрамы. Еще я обратила внимание на дорожку светлых волос, ведущих от пупка до резинки боксеров.

Тут же отвернулась. Туда мне смотреть точно не стоит.

— Я правда очень люблю своего альфу, — я вновь начала перебирать камни. — Мы с ним уже давно вместе…

— Все равно мне ты принадлежала раньше, чем ему, — Тайлер меня перебил. Взял с камня пачку с сигаретами. Достал одну.

— Это ты к тому, что истинные принадлежат друг другу с самого рождения? — спросила, пытаясь понять его слова. — Глупо, Харис. Мы были рождены врагами.

— Я не про это, а про то, что ты в течение года была, блядь, моей девушкой, — щелкнула зажигалка. Тайлер подкурил сигарету.

Я обернулась и посмотрела на него, пытаясь понять, что это значит. Издевка? Какой ее смысл? Может, альфа ударился головой и бредил?

Будто прочитав мои мысли, а еще увидев глупую улыбку на моих губах, он сказал:

— Мы с тобой переписывались, — глаза Хариса потемнели. Резко. Словно по щелчку пальцев. — Не помнишь меня, Луна?

Губы дрогнули. Мне захотелось рассмеяться, ведь слова Хариса о том, что мы когда-то переписывались, выглядели не просто глупостью, а скорее полнейшим бредом.

Вот только, даже желая рассмеяться, я так и не смогла этого сделать. А все из-за его слов про год отношений и то, как он меня назвал… «Луна».

Горло сдавило и сердце забилось гулко. На разрыв.

— Откуда ты про это знаешь? — я не узнала собственный голос. Тайлер не может быть Им. Не может!

— Мне рассказать про все, что ты мне писала? — взгляд Хариса обдал тяжестью. Он выглядел настолько мрачным, как никогда раньше. — Знаешь, я тоже охренел, когда понял, что тогда это была ты. Сразу не поверил.

— Как?.. — мой голос все же сорвался. По коже скользнули мурашки.

Еще во времена моей учебы в колледже, мы с подругой, от скуки, придумали игру. Выдумываешь телефонный номер и пишешь на него сообщение. Если тебе отвечают — значит, ты выиграл.

Мендис, ответили почти сразу, а я, не желая проигрывать, пыталась хоть как-то вывести на диалог того человека, номер, которого придумала. Конечно, был шанс того, что такого номера просто не существовало и я писала в пустоту, но ставка спора была слишком высока — месяц убираться в общей комнате и я, надеясь хотя бы на ничью, отправила уже сообщений двадцать.

Чего я только не писала. И то, что влюблена в этого человека и то, что нашла его паспорт. Да вообще все, что угодно. Даже провокационное. Но реакции – ноль. Я прекрасно помнила, как тогда успела отчаяться. Мендис ведь всегда все хаотично разбрасывала и меня в дрожь бросало, что мне придется весь этот ужас убирать ровно тридцать дней.

Я даже почти смирилась со своим отчаянием, когда предприняла последнюю попытку. В следующем сообщении написала чистую правду — объяснила про спор и про то, что, если ответа не придет, я буду погребена под завалами уборки.