Екатерина Юдина – Больше, чем ничего (страница 14)

— В университете. Мы столкнулись в коридоре и я случайно разлила на него йогурт, — когда речь шла о Дар-Мортере, а, вернее, о романтических отношениях с ним, мой мозг отказывался работать и, тем более, что-то придумывать. Поэтому я решила вспомнить про книгу.

— Я так рада, что ты встретила человека, с которым счастлива, — мама улыбнулась мне. — Ты очень похорошела. Правда. Я же тебя не сразу узнала. Представляешь? Ты прямо расцвела.

В принципе, я уже даже была рада тому, что мы с Этьеном притворяемся парой и перед моей мамой. Так есть оправдание моему изменившемуся внешнему виду и наличию новой одежды.

— А ведь я раньше думала, что ты ни на кого кроме Астора не посмотришь. Думала, что для тебя только он существует.… - мама резко запнулась и, будто осознав, что сказала, широко раскрыла глаза и прикрыла рот ладонью, после чего встревожено посмотрела на Этьена.

Меня передернуло от слов мамы. Они будто острием ножа прошли по нервам. Краем глаза я заметила, что Дар-Мортер застыл, так и не донеся чашку к губам, но в итоге так и не посмотрела на него. Продолжила нарезать овощи, а мама, почему-то поспешила сказать:

— Я немного не это хотела сказать. Просто Астор друг детства Вивьен и они очень много времени проводили вместе. Вернее, почти все. Не было ни дня, чтобы они провели его друг без друга. Иногда мне казалось, что они вот-вот начнут встречаться. Или уже встречаются…

— Мам, а где лежит соль? — я прекрасно знала, где эта чёртова соль. Просто пыталась перевести тему разговора. Меньше всего на свете мне хотелось даже просто слышать имя этого ублюдка.

Но тот вопрос, который задал Этьен, заставил меня вздрогнуть:

— Начнут встречаться или уже встречались? — впервые с тех пор, как мы оказались в моей квартире, голос Этьена стал прежним. Даже более жутким. — У них настолько близкие отношения?

— Нет, — мама тут же качнула головой. — Раз вы с Вивьен встречаетесь, значит, я ошибалась.

Мама шумно выдохнула, затем взяла меня за руку и, под предлогом, что ей срочно нужно мне что-то показать, вывела меня из кухни. Когда же мы оказались в коридоре, она тихо произнесла:

— Прости, я сказала лишнего. Я не хотела. Просто немного волнуюсь.

— Ничего страшного, — я качнула головой. Наверное, мама считала, что сказала то, из-за чего Этьен, как мой парень, может начать ревновать. Вот только, мы с ним не встречалась. — Но про Астора лучше больше не говорить.

Мне правда не хотелось про него слышать. Вообще. Но, когда я уже собралась идти обратно на кухню, мама меня остановила:

— Точно? — спросила она. — Просто, вы ведь с Астором точно встретитесь. Вы же столько не виделись. И, когда ты познакомишь своего парня с ним, Этьен уже преждевременно может относиться к Астору негативно из-за моих слов. Я боюсь, что могла все испортить.

— Ничего страшного. Этьен совершенно не ревнивый.

— Правда? — мама с облегчением выдохнула. — Кстати, не знаю рассказывал ли тебе Астор, но он часто приходил в пекарню.

Я, до этого поправляя пальцами рукав блузки, так и замерла. Лишь спустя несколько секунд подняла на маму взгляд.

— Зачем он приходил? — спросила.

— Покупал имбирное печенье. И о тебе спрашивал. Но, навряд ли ты ему рассказывала о себе меньше, чем мне, поэтому я просто говорила, что у тебя все хорошо и ты загружена учебой. Понимаешь, я не хочу вторгаться в ваши с Кларис взаимоотношения с друзьями. Я поняла, что ты, судя по всему, не рассказала Астору о том, в каком университете учишься, так как он у меня несколько раз об этом спрашивал. Но, раз ты не рассказала, я тоже не стала этого делать. Может, я что-то не понимаю. Я этого не исключаю. Но.… Может, вы поссорились?

Ответить я не успела. В дверь постучали и мама пошла открывать. Я же решила зайти в ванную и умыться. Когда же я вернулась на кухню, там была лишь мама.

— А где Этьен? — спросила, посмотрев на стул, на котором он до этого сидел.

— К нему друг пришел. Они сейчас разговаривают в подъезде.

Я удивленно приподняла бровь. Это ещё какой друг мог сюда прийти к Этьену?

Меня настолько встревожил этот вопрос, что я даже пошла в прихожую и, приоткрыв дверь, выглянула в подъезд.

Увидела Девять. Причем, он был растрепан. Явно в домашней одежде и даже в домашних тапочках.

— Ты знаешь, что я обязан быть рядом с тобой, — Девять оскалился. — Так какого, блядь, чёрта ты пишешь мне присмотреть за Ромом, а потом уезжаешь непонятно куда? И ещё нихрена не отвечаешь. Мне пришлось отслеживать тебя по машине.

— Если я не отвечаю, значит, нехрен меня тревожить.

Девять хотел ещё что-то сказать, но заметил меня, выглядывающую в подъезд. В принципе, я и не скрывалась.

— Привет, — я помахала ему рукой.

— Бертье? — Девять, приподняв бровь, окинул меня взглядом. Правда, почти сразу перед нами встал Этьен.

— Ты можешь свалить. У меня все отлично.

— Ты знаешь, что я не могу, — произнес Девять. — И когда ты собирался мне сказать, что она жива и вернулась?

Разговор был прерван тем, что к нам вышла мама. Она спросила все ли хорошо, после чего сказала, что ужин готов.

— Зайдешь к нам? — все ещё находясь около двери, я спросила это у Девять. — Ужин будет очень вкусным. И ты, наверное, после дороги устал.

Я почувствовала то, как Этьен повернулся и посмотрел на меня, но предпочла не обращать на него внимания. Правда, все же кожу как-то нехорошо закололо.

— Конечно, — Девять опершись рукой о перила, наклонился и, заглянув за Этьена, так что теперь ему было видно меня, сказал: — Только я приехал вместе с Матиасом. Он сейчас в машине. Его пригласишь?

— Да, — я кивнула. Еды мы приготовили много. И, я не знала, почему Девять с Матиасом приехали к Этьену, но, раз так получилось, следовало их хотя бы накормить. Они ведь друзья человека, согласившегося мне помочь.

Ужин прошел вполне нормально. Правда, было немного непривычно видеть у себя на кухне трех главных ублюдков нашего университета. Но, как показал опыт, они могут быть вполне себе неплохими.

— Пока ты будешь в городе, мы тоже будем тут, — я услышала эти слова Девять, когда он и Матиас уже собирались уходить. Они с Этьеном стояли около двери. Ещё о чем-то разговаривали. Я же пошла мыть посуду.

На самом деле, я хотела спросить у Девять, что означало «обязан быть рядом» и «отследил по машине», но решила этого не делать. Во-первых, не было возможности. Во-вторых, мы с ним не в настолько близких отношениях, чтобы что-то такое спрашивать. В-третьих, я, наверное, просто что-то не так поняла. Это же были фразы вырванные из диалога.

Но я не могла понять, они действительно будут тут, пока в этом городе Этьен? Становилось немного не по себе. Может, для них нормально пропускать учебу, чтобы просто куда-нибудь съездить, но в данном случае, причиной этого была я. Следовало поскорее закончить со своими делами, чтобы Дар-Мортер смог уехать.

Домыв посуду, я решила наконец-то поговорить с мамой. Нашла ее в гостиной и постаралась, как можно осторожнее спросить про проблемы. Как и ожидалось, она тут же ответила, что у нее все замечательно.

Учитывая это, я прямо сказала, что знаю о том, что к ней приходят какие-то верзилы и что-то вымогают. Реакция не заставила себя ждать. Мама дернулась. Значит, что-то действительно есть. Вот только, на словах она вновь ответила, что у нее все отлично и то, что я все это надумала.

Да и мама тут же попыталась перевести тему разговора:

— Пойдем, я дам тебе свежее постельное белье. Его нужно сменить на твоей кровати. Надеюсь, вам с Этьеном будет удобно спать. Все-таки, она у тебя небольшая.

Я только хотела сказать, что у нас с Дар-Мортером отношения ещё не зашли на такой уровень, чтобы спать вместе, а, значит, ему следует постелить на диване, как мама продолжила:

— Этьен сказал, что ты часто ночуешь у него. У вас зашли отношения уже на такой уровень, а ты не рассказывала мне про него. Хоть я и правда рада, что ты встретила хорошего парня. Но…. Милая, не забывайте, про презервативы. Я знаю, что вы не глупые и сами знаете про них. Просто я переживаю. Это же у тебя первые отношения. А вы ещё молодые. Только учитесь.

Я молча стояла и смотрела на маму. Даже не зная, что ответить и на что первым реагировать. На неловкость этого разговора, от которого щеки запылали или на то, что Дар-Мортер перекрыл мне единственный путь отправить его спать на диван. Зачем он вообще это сказал?

Раздражение, нахлынувшее на меня было трудно описать словами. Хуже стало, когда я вошла в свою комнату. Мама этого не замечала, а я, лишь раз скользнув взглядом по спальне, увидела, что Кларис тут все перерыла. Хоть и попыталась скрыть следы.

Уже сейчас замечая пропавшие вещи и одежду, я запылала тем гневом, от которого мысли разорвались на части и я, схватив свою пижаму, пошла в душ. Там, включив холодную воду, долго под ней стояла. А, вернувшись в свою спальню, с раздражением начала менять постельное.

Я уже почти закончила, когда дверь открылась и я, даже не оборачиваясь, поняла, что в комнату вошел Этьен.

Но все же я посмотрела на него. Гневно. Тут же замирая. Ведь, несмотря на то, что на лице Дар-Мортера не было ни одной эмоции, одного лишь его взгляда хватало, чтобы чувство самосохранения проснулось и тут же тревожно задребезжало.

Он же опустил взгляд и посмотрел на пол. Вернее, на одеяло и на подушку, лежащие на нём.