Екатерина Владимировна – Божественные неприятности, или Полцарства за лопату! (страница 8)

– Все. Раны больше нет.

– Да ладно?

Недоверчиво прислушалась к ощущениям: вроде как действительно дергало и щипало меньше… Или не щипало уже совсем? Может, привыкла? Осторожно попыталась прикоснуться к следу от стрелы другой рукой, готовая в любой момент отдернуть при болезненных ощущениях, и пораженно выдохнула. Только гладкая, абсолютно целая кожа!

– Здорово! А можешь еще царапины залечить вот тут… – начала я, переместив пальцы ниже, где на меня выплеснула свое негодование Фанька, но и там ничего не ощутила. – Ты и их уже вылечил? Моя ты прелесть! И у меня еще ожоги были на бедрах… – спохватилась я, но, не договорив, осеклась.

Достаточно было представить, как полукровка в темноте касается своей горячей ладонью нежной кожи моих бедер, особенно учитывая, что ожоги очень высоко… Нет уж! Сначала капюшон сними, я тобой полюбуюсь, а там уже подумаю, что тебе стоит у меня щупать, в смысле лечить, а что нет.

– Да, для меня не проблема залечить ожоги.

– Я тебе верю, но, знаешь, не так уж сильно я и обожглась, сами заживут… – пробормотала несколько смущенно, радуясь, что в темноте не видно, как я покраснела… Глючный ворд! Вот как раз ему и видно все, в отличие от меня.

– Хорошо. Я могу чем-то еще вам помочь? – поинтересовался он невозмутимым тоном.

– Да нет. Хотя… А тебе, случайно, в туалет не хочется? – выдала я. И, не дождавшись ответа от притихшего оборотня, явно пытающегося понять, не послышалось ли ему, продолжила: – А мне вот хочется. Посторожишь? Я быстро…

Утро началось рано. Поспать я так толком и не смогла, но, справившись с естественными надобностями организма, пока Тайрин охранял меня и следил, чтобы нежить не подкралась откуда-то вероломно, лежать и ждать утра стало проще.

Не став отказываться от сухарика, первая скомандовала всем на выход, бодро заявив, что они тоже могут перекусить на ходу своей простоквашей. А нам уж в путь пора. К счастью, мне хватило ума все же уточнить наши дальнейшие планы.

– То есть сейчас мы топаем через Гиблый лес, делаем привал под дубом в обычном, – насколько поняла, все равно этого избежать не удастся, заодно сама послушаю их откровения, у меня-то в блокноте эта сцена лишь в виде набросков, – после приходим в город, где лошади, и останавливаемся в таверне.

– Зачем? Заберем лошадей, возьмем припасы, которые нам к тому моменту уже должны будут собрать, и отправимся за первой частью артефакта. К Ргырше, как вы и сказали, – бесхитростно отозвался Ронан.

Я же живо так представила сумку, набитую сухарями с простоквашей, а также очередное путешествие через лес, где мы будем потные, грязные, вонючие… Серьезно, я с прошлого утра голову не мыла! И расчесок у меня нет! И нижнего белья запасного! А фумигаторы от комаров? Влажные салфетки… Что-нибудь на замену в этом относительно средневековом мире!

– Не-не-не! Ргырша никуда не денется, правду говорю. Сначала мы отдохнем хорошенько в таверне, выспимся, поедим нормально, воспользуемся всеми доступными здесь благами цивилизации, а уж потом можно и в путь! – уперлась я, усилием воли задавливая вновь подступающую истерику, на этот раз спровоцированную отсутствием нормальной ванной в обозримом будущем.

– Простите, но у нас все оплачено только до завтрашнего дня, – развела руками Элайза, разбив все мои надежды вдребезги.

– Он же наследный принц! – воскликнула я, обвиняюще ткнув рукой в сторону Ронана.

– Негоже наследному принцу обирать свой народ… Да и дядя сказал, что я должен закалиться в пути, что надо – судьба и так преподнесет в мои руки, – тут же завел он высокопарно.

– Короче, денег тебе не дали. Я поняла. А ты? Неужто бросилась в бега без гроша в кармане? – не поверила, обернувшись к Элайзе.

– Меня замуж хотели выдать против моей воли, не до денег. Оружие схватила и убежала, – поморщилась она.

– Хм… Ну да, было дело, прости, – несколько смутилась я, вспомнив подробности, в особенности мерзкого старикана, у которого к тому же плохо пахло изо рта, а я все же вынудила его поцеловать прекрасную эльфийскую деву. Аж совестно теперь немного.

– За что? – удивилась она.

– Да так, неважно. Ладно они, Тайрин, но ты? Ты же… ты же… – завелась я, собираясь огласить все его достижения на воровском поприще, но вспомнила начало книги и сдулась, добавив убитым тоном: – Ты же должен был отправиться на казнь, когда проезжавший через площадь Ронан решил, что ты идеально подходишь на роль избранного. Ладно, вопросов больше нет. Как и по-прежнему денег.

Члены моего отряда лишь развели руками, подтверждая сей грустный факт. Вот так и начинаешь замечать косяки и провисания своего сюжета, взгляд прямо-таки изнутри!

Глава 10

Поморщившись, я осмотрелась в храме, прикидывая, не обчистить ли его и не заложить ли чего ценного в местный аналог ломбарда. Но ни икон тебе золотых, ни инкрустации фресок драгоценными камнями, даже картин никаких толком, так, мазня какая-то на стенах. И трупы вражеских воинов свалены друг на друга в кучу.

– А если у них поискать? У злодеев всегда есть чем поживиться! – озарило меня.

– Обирать воинов, павших в честном бою? – ужаснулся Ронан, в то время как Тайрин заинтересованно повернулся в их сторону.

– Святые блокнотики, скажешь тоже! Вот я их на бой звала? Нет. А ты? Или, может, Элайза? Так с какого перепугу он честный, а? – всплеснула я руками.

Принц явно был со мной не согласен, но в это время из того угла донесся довольный возглас Тайрина:

– О, один кошель нашел! Правда, тут одни медяшки.

– Серьезно? Да ну, это у хороших героев вечно за душой ни гроша, у подлецов золота всегда пруд пруди, ищи лучше! – скомандовала я и повернулась к эльфийке. – Элайза, помоги ему. Может, перстни у них какие драгоценные, кулоны…

– Светоносная, я тоже не уверена, что мародерство хорошая идея. Не по-геройски это – отнимать деньги у…

– Отнимать деньги у бедных – плохо. А они богатые засранцы, которые пытались нас убить. И вообще, ты когда-нибудь слышала о великом герое Робин Гуде? Вот, ты не слышала, а он есть! Отнимал деньги у богатых, отдавал их бедным. Так что все в порядке, не мы первые придумали, – подбодрила ее, умолчав, что преимущественно Робин отнимал деньги все же у живых.

– Так мы их потом отдадим бедным? – воодушевился Ронан.

– Ага, мне. Я бедная-несчастная, даже штанов своих нет. Куда уж беднее?

Вообще, это был сарказм, но Ронана неожиданно проняло, и он вскоре присоединился к Элайзе и Тайрину в поисках кошельков, которые нападающим уже все равно без надобности. Я тоже было рыпнулась за ними, но пусть было не жарко, а все же какой-никакой запашок уже начал исходить, а тут я еще увидела у ближайшего тела запекшуюся кровь на виске…

– Я на улице подожду! – только и сумела выдавить сдавленным голосом и пулей вылетела из храма.

Так что мой позор видели лишь кусты, куда отправился толком недожеванный и непереваренный сухарь. Нет, пусть я полночи и убеждала себя, что все вокруг лишь плод моей фантазии, кое-как начерканный мажущей ручкой в блокноте, вот только реализм зашкаливал.

И все же отряд, с моей легкой руки обретший звание мародеров, нашел чем меня порадовать. Вскоре, когда я в буквальном смысле прекратила изливать душу, оскверняя «святую» землю вокруг храма, и просто полувисела, обняв какое-то чахлое деревце, они присоединились ко мне. И почетно вручили восемь кошелей.

Позабыв о собственном плохом самочувствии, я тут же развязала тесемки на каждом из них и… озадаченно уставилась на тускло поблескивавшие кругляши. Причем, если присмотреться, они были даже не одинаковой формы. Так, срочно вспоминаем, что там по местной валюте… А не продумывала я ее еще.

– Больше всего медяшек, но сребреников тоже немало. И даже несколько золотых, – пришел мне на выручку Ронан, указав на названные монетки.

Ага… Так, ну это логично. Циферок никаких нет, значит, так понимаю, номинал одной монетки один и есть. Пять медяков – пять монеток… Вроде все просто. А много это или мало – потом разберусь. По крайней мере, если бы тут были сущие гроши, Ронан, да и Элайза не выглядели бы такими довольными. А что Тайрину все до едрени фени, я уже и так поняла. И вообще, нас дорога зовет.

Что я могу сказать о путешествии через лес? Во-первых, не зря я не особо жалую природу. Во-вторых, я ее явно недооценивала в плане всяческих пакостей и нежданчиков, что она способна подсунуть. В-третьих, оттого, что днем нежити не было, мне путь легче не давался. В-четвертых, сорванные по пути заманчиво поблескивавшие красные ягодки, похожие на малину, Элайза безжалостно выбила у меня из ладони и следующие полчаса читала мне лекцию на тему: как именно умирает живое существо, скушавшее одну такую…

Но были и плюсы: после подробного рассказа, что чувствует человек, гниющий заживо, начиная с желудка, я поняла, что есть не хочу вообще. А после описания, как он при этом выглядит, порадовалась, что и вчера вечером не ела, а остатки сухаря еще утром остались в кустах у храма.

Меня пока не донимали вопросами, сама я поболтать тоже не торопилась, просто топала за ними, куда вели. Ронан, бодро шагая впереди, то и дело оглядывался, глядя на меня со смесью обожания и благоговения. Вот у него, чувствую, как пиетет перед богиней пройдет, будет немало тем для разговоров. Хотя какой там пиетет? Думаю, от него и следа уже не осталось, и на привале, где планировались «откровения отряда», на меня все и выплеснется.