Екатерина Верхова – Город Левиафанов (страница 32)

– Поэтому вы меня посадили в комнату, провонявшую собачатиной?

– Что ты сказал?! – мужчина внезапно обозлился и с силой толкнул Ваньку о стену, нависнув напротив. Ванька обратил внимание на то, что противник на голову выше и примерно вдвое шире. Но едва заметил, как зрачок мужчины расширяется, а радужка наполняется кровью, вздрогнул. Нет, это не человек! Это… оборотень!

– … вот такие вот дела, – я кратко рассказала суккубке, как протекала моя жизнь после ее ухода. Особенно Марина интересовалась времяпрепровождением в Меределе и о том, где можно раздобыть этих самых жуков забвения. Сообщила, что ей бы пригодились такие в работе. – А ты сама? Какими судьбами?

– Если честно, я периодически сюда захаживаю, – улыбнулась Марина. – Не знаю почему, но тут мне очень спокойно. Даже спокойнее, чем в магазине Альвины, там уж слишком бешенный ритм. А тут… – суккубка потянулась, – благодать! Самое то отдохнуть после кровопролитной работы.

Я поморщилась. Даже думать не хочу, насколько ее «работа» кровопролитна. Впрочем, сама Марина не раз говорила, что ее жертвами становятся только отбитые засранцы: маньяки, педофилы, барыги – сразу начинаешь думать о великой чистке руками суккубов. Причем последние, по идее, не должны отличаться особой добротой.

– МАРИНА! – на меня снизошло озарение. – Ты же можешь мне помочь! Очень сильно!

Я едва ли не кричала. Ешкин-кошкин, это же надо так удачно попасть! Для этого дела, конечно, мог бы и Ракх сгодиться, но его я уже давненько не видела, а Марина – отзывчивый суккуб – вот она!

– Чем? – настороженно поинтересовалась девушка, бросая на меня взгляд исподлобья.

– Можешь… кхм… понюхать одну вещь. Будет очень здорово, если ты поймешь, кто именно был рядом с владельцем этой сумки.

– Хар Дарсан, – выругалась Марина, и я порадовалась, что не только я использую это имя вместо популярного «черт». – Ты что, смеешься?

– Ну у вас же нюх как у ищеек, – как можно мягче произнесла я. – Потому твоя помощь будет просто неоценимой!

– Суккубы не оказывают помощь просто так, – мрачно заметила Марина. – За услугу. От тебя лично.

– А какого характера будет услуга? – на всякий случай уточнила я.

– Не боись, ни о чем пошлом просить не буду. О душе тоже. Только в рамках твоих новых ведьмовских способностей. Согласна?

– По рукам! – я протянула пятерню, запоздало ловя мысль о том, что пожалею, за хвост. Стоило все же, наверное, поискать Ракха.

– Я верно понимаю, что придется идти к Альвине? – поинтересовалась Марина после того, как мы пожали друг другу руки.

– Прости, – кашлянула я. – Но не волнуйся, я не дам больше Дэму над тобой издеваться. А Альвина в прошлый раз говорила, что будет даже рада тебя видеть!

– Не дашь, значит, Дэму надо мной издеваться, – хмыкнув, передразнила меня девушка. – Ну пошли…

Ванька шел по коридору за предполагаемым похитителем и пытался осознать, НАСКОЛЬКО он влип. Но никак не мог взять в толк, что оборотням могло от него, обычного человека, понадобиться.

Но спрашивать не спешил – читал про эту расу, знал, насколько те вспыльчивы.

Вновь чихнул. До сегодняшнего дня он и не знал, что на оборотней у него тоже аллергия, даже когда те в человеческом обличии. Или так бьет по носу из-за того, что они частенько тут и в облике собаки блуждают?

– Ээм, тут такое дело, – отважился парень. – Не хочу никого обидеть, но у меня аллергия на животных.

Вжал голову в плечи, вспомнив прошлую оплеуху, после упоминания собак. На этот раз оборотень никак не отреагировал, и даже ничего не сказал. Лестница, к которой они подошли, была высокой – по расчётам Ваньки примерно на сотню ступенек. Кое-как взяв волю в кулак, превозмогая отдышку и постоянный чих, Ванька шел за мужчиной. Тот даже не чертыхнулся – перескакивал ступеньки с такой легкостью, словно шел по прямой дороге. К концу пути лоб парня покрылся испариной, дыхание сбилось, а к чиху прибавился еще и кашель.

– Слабак, – выплюнул оборотень, нажимая кнопки на кодовом замке подле двери, которая ждала в конце пути.

Иван же мог думать только о свежем воздухе, глаза слезились, чесались уже не только руки и ноги, но и лицо.

– Выходи, – вновь грубый тычок. Парень послушался.

Абсолютно пустая комната с бежевыми обоями в цветочек и коричневым паркетом, направо и налево вел извилистый коридор. Ванька замер, ожидая, пока похититель закроет дверь. Он хорошо понимал, что против оборотня ему пока нечего противопоставить. И в то же время надеялся, что Алина с Дэмом найдет его раньше отца (силы последнего были бы слишком малы против такого серьезного соперника). Черт, да даже Лерии в этот момент Ванька был бы рад!

Однако даже тут по носу парня все еще бил нестерпимая вонь мокрой псины. Он пытался зажимать нос рукавом, краем рубашки, ничего не помогало. Казалось, что вся одежда юноши пропиталась уже ненавистным запахом. В какой-то момент это даже показалось Ваньке странным – на кота Алины у того аллергии не было, даже легкого чиха. Наоборот, рядом с фамильяром Ванька чувствовал себя более, чем комфортно. С другой стороны, Бегемот был духом, скованным в оболочку из плоти. А вот оборотни обращались в самых настоящих зверей, меняя свою внутреннюю физиологию почти полностью. Ваньке всегда было интересно, как это происходит с точки зрения биологии – сама смена формы. Еще более любопытным представлялась разница между обратимыми оборотнями и врожденными, в них парень не видел никакой разницы, хотя Алина как-то пыталась объяснить, насколько она существенна. Единственное, что Иван понял: обращенные это те, что стали такими после укусов. Врожденные, соответственно, те, кто родились с геном оборотня.

– Мне бы гипоаллергенное, – вновь набравшись смелости произнес Ванька, – иначе я сдохну даже раньше того срока, что запланировали вы.

Оборотень бросил на парня внимательный оценивающий взгляд:

– Еще потерпишь, – вынес вердикт.

Парень замолчал. Они шли по одному из пустынных коридоров. Тишина, отсутствие окон и дверей действовали удручающе, порождая в Ваньке все новые приступы паники.

Внезапно впереди показался тупик, однако мужчина продолжил идти уверенно, словно не видел стену. Остановился возле нее, нажал на несколько цветков. Скрипнул механизм и дверь отъехала наверх, словно вход в гараж.

Перед взглядом Ваньки предстала большая просторная зала с деревянным светильником под потолком. По бокам располагались длинные низкие лавки, на которых сидело около пятидесяти оборотней, хранящих полное молчание и смотрящих прямо перед собой. С противоположной от входа стороны стоял высокий трон с резной спинкой, на котором сидел грузный мужчина в рваной майке, облегающей тело, и широких джинсах.

«Хорош король», – мысленно усмехнулся Ванька.

– Что она тут делает? – взвился Дэм, едва мы с Мариной перешагнули через порог магазина.

– Она может нам помочь, – пояснила я, интуитивно заслоняя Марину собой. Хотелось верить, что мне Дэм не станет вредить из-за общей неприязни к расе Марины.

– Позволь уточнить, это как же? – голос Дэма фактически сквозил желчью. Альвина же напротив, улыбнулась и поздоровалась. Правда обниматься не спешила.

– Тебе хорошо известно, что у суккубов и инкубов хорошо развит нюх. Намного лучше, чем у Воинов Духа, – начала я. – Если дать Марине сумку Ваньки, то она сможет понять, кто именно на него напал. А это существенно сузит круг наших подозреваемых и облегчит сами поиски.

Дэм задумался. Также не говоря ни слова встал, взял Ванькину сумку и подошел к нам, протягивая ее на вытянутой руке.

– Что, даже чаю не предложишь? – усмехнулась Марина.

– Нет, – буркнул он.

– Фи, как не гостеприимно, – нервно хихикнула в ответ суккуб.

– Дэм, успокойся, – слово взяла Альвина. И, выйдя из-за прилавка пошла к чайному столику. – Марина, проходи. Я рада тебя видеть.

После этих слов Дэм сунул сумку мне и вернулся на свое место, демонстративно не замечая нас. Марина вышла из-за моей спины и направилась к центру комнаты, оглядывая помещение с ностальгической улыбкой. На секунду даже стало ее жаль – было заметно, что это место Марина любила, и из-за этой любви отказалась от него. Я много думала по поводу суккуба и поняла, что такую жизнь она выбрала лишь для того, чтобы не быть слабым человеком в мире, наполненным сильными «чудовищами». Вот только почему Альвина, просчитывающая подобные исходы событий наперед, не предложила Марине роль ведьмы? По сути, не выбери Марина путь суккуба, то и я не появилась бы в этом магазине, не стала бы ведьмой, не узнала бы, что мой дедушка заложил душу Хару Дарсану. Хотя почему не узнала бы? Узнала. Но пост-фактум. И явно ничего бы с этим сделать не смогла.

– Эх, ностальгия, – выдохнула Марина, подтверждая мои мысли – скучает. – Ладно, давайте к делу. Это вот это нюхать надо?

Я кивнула. Марина, присев на краешек кресла, поднесла ее к носу. Вдохнула. Нахмурилась. Все внимательно наблюдали за каждым изменением в мимике суккубки. Вдохнула еще раз. Глаза расширились от удивления, а радужка налилась чуть светящимся зеленоватым светом.

– Что?.. – не выдержала я.

– Ну и коктейль, – саркастично протянула Марина. – У меня для вас две новости. Плохая и… очень плохая.

– Ну, – мне не терпелось.

– Похоже, вашего этого друга украло целое полчище разной нежити, – хихикнула.