Екатерина Ведерникова – A&B. История двоих. Том 1 (страница 29)

Желая немного отдохнуть и спокойно посидеть, они зашли внутрь и расположились на скамейках. Себастьян и Хикари сели на одну скамейку, а Аня напротив них.

– А сейчас страшилки! – внезапно крикнула Хикари, подсветив лицо фонариком снизу. Желаемого эффекта она не добилась – ни Аня, ни Себастьян даже бровью не повели.

– Ну начинается, – измученно сказал Себастьян, откинувшись на спинку скамейки. Хикари сделала вид, что не услышала.

– Я первая буду рассказывать, а потом вы, – сказала она и, встав со скамейки, прошла на середину беседки, словно на сцену. – В чёрном-чёрном городе, на чёрной-чёрной улице был чёрный-чёрный….

– Ты серьёзно? – сказал Себастьян, перебив. – Глупее ничего не нашла?

– Какой же ты придурок! – крикнула Хикари и кинулась в него фонариком, который он с лёгкостью поймал.

– Уж извини, но я врать не собираюсь. И притворяться, что история интересная – тоже. Ну кого можно этим напугать? А потом ты начнёшь рассказывать про призраков и прочую нечисть, я угадал?

– Да, начну! Тебе что-то не нравится?

– Как можно бояться чего-то, что не существует? Ну, правда, это же глупо.

– Аня, ты тоже так считаешь? Считаешь, что призраков и всего такого не существует? – спросила Хикари, от чего Аня опешила. Она думала, что про неё забыли.

– Ну-у-у…, – протянула она неуверенно. – Я даже об этом не думала, если честно.

– Вот, Хики, нормальный человек. Она и не думала о такой ерунде, в отличие от тебя.

– И чего же, по-твоему, стоит бояться?

– Чего-то, что существует в реальности.

– И чего, например? Ну?

– Как будто в жизни страшилок мало, – сказал он и стал загибать пальцы. – Инфаркт, инсульт, аневризма, изнасилования, наркотическая зависимость, рабство, нищета, голод, твари всякие ядовитые, паразиты, агрессивные животные, сильный мороз или наоборот жара…. Тебе не кажется в реальной жизни и так ужасов достаточно без выдуманных призраков?

– Я всего лишь хотела рассказать страшилку, кретин! Почему ты так каждый раз?! Придурок! Глиста! – выкрикнула она, чуть ли не топая ногами от обиды.

– Ты куда? – спросил Себастьян, когда Хикари развернулась и выбежала из беседки.

– От тебя, дебила, подальше! – крикнула она, убежала и стала агрессивно пинать ракушки на берегу, выпуская пар.

Себастьян как сидел на скамейке, так и продолжил, не шелохнувшись, лишь проводив её взглядом. На минуту повисла неловкая пауза. Точнее, неловкой она была только для Ани, что совсем не знала, как поступить и что сказать. Кинуться за Хикари? Поддержать Себастьяна? Просто не встревать? Себастьян же никакой неловкости не ощущал, уйдя в свои мысли. Аня, не выдержав, решила нарушить молчание:

– Это… ничего, что она так разозлилась?

– Всё нормально, – спокойно сказал Себастьян, смотря на Хикари. – Сейчас попсихует, успокоится и вернётся.

– Вам не кажется…. Ну….

– Что я был резковат?

– Ну-у… да?

– Ненавижу из вежливости делать вид, что мне что-то нравится. Она моё отношение к подобному прекрасно знает и всё равно решила пичкать меня этими глупостями. Сама нарвалась.

– Она же, наверно, очень хотела рассказать….

– А я очень не хотел это слушать. Так почему её «хочу» важнее моего «не хочу»?

Аня сконфузилась и, опустив взгляд, на время замолчала, но позже, не выдержав, спросила:

– Так получается, вы больше не будете дружить?

– С чего вдруг? Как поругались, так и помиримся. Мы часто ругаемся. Пообижаемся немного и всё станет как раньше.

Последняя слабая надежда на их размолвку погасла. Казалось, никто и ничто не способно их рассорить. Как поругаются, так и помирятся. Ну почему именно Хики? Почему она? Почему эта взбалмошная неопрятная девчонка без намёка на манеры, а не она – воспитанная ухоженная девочка с покладистым характером и в придачу из богатой влиятельной семьи? В голову пришёл один ответ.

– Вам больше нравятся брюнетки?

Себастьян даже не сразу понял, о чём она спросила. Ему потребовалось секунд пять, чтобы осознать вопрос и убедиться, что он не ослышался.

– При чём тут цвет волос?

– Ну-у… Вы так с ней близки, вот я и предположила….

– Что мы с ней подружились, потому что мне нравится цвет её волос?

– Необязательно именно волосы…. Может, смуглая кожа или черты лица….

– Ты ошибаешься, – спокойно сказал он и, не став продолжать, вновь вернул свой взгляд на Хики, что всё ещё злобно ходила по пляжу, попинывая случайно подвернувшихся под ноги крабов. Руки скрещены на груди, походка быстрая, резкая из стороны в сторону, нахмуренное лицо и чуть слышное недовольное бурчание под нос.

– Но тогда почему? – с интересом спросила Аня, чуть погодя.

– Почему мы подружились? – вернул Себастьян внимание Ане. – А я и не знаю, если честно. Мы слишком разные, и по всем законам логики должны быть больше врагами, чем друзьями.

– А вас не смущает, что она… ну-у… не нашего круга?

– Она не Бета, Ань. Совсем не Бета.

– То есть… она в курсе про деление?

– Нет. Пока не в курсе. Так что будь осторожна, не заикайся о нём при ней.

– Пока?

– Она нашла книгу.

– Ясно…. А если… ну чисто теоретически, я перекрашу волосы в такой же цвет и загорю, мы сможем так же подружиться с вами?

– Опять. Причём тут внешность? Цвет волос, кожи, глаз, черты лица – лишь характеристики. По ним можно опознать труп, но вряд ли они сближают людей.

– Ну чем мы тогда различаемся? Неужели вам нравится её неопрятность?

– Нет, конечно. Терпеть в ней это не могу.

– Чем она тогда лучше меня? – сказала она и тут же сама сконфузилась.

– Кто тебе сказал, что она лучше тебя? Вы просто разные, – сказал спокойно Себастьян, пожав плечами.

– И чем же мы различаемся кроме как внешностью и воспитанием? – гораздо тише обычного спросила она. Она не могла упустить шанс расспросить об этом, но и говорить об этом ей было тяжело – обида, ревность, зависть так и норовили выйти наружу. Она сдерживала их как могла и вместе с тем боролась с робостью, что изо всех сил старалась заставить замолчать. Нельзя сейчас молчать или кричать. Надо проявить терпение и смекалку. Всё, чтобы стать к нему ближе.

– Да всем. Вы абсолютно разные.

– Единственное отличие между нами, которое, на мой взгляд, вам могло понравиться, это внешность. Я просто не нахожу других отличий….

– Чего ты так пристала к внешности? Дело, как я тебе уже говорил, совсем не в ней.

– В чём тогда?

– Это сложно объяснить…. М-м-м…. Знаешь, что я вижу, когда смотрю на неё?

– Что?

– Я вижу ни цвет волос или глаз, ни фигуру или белоснежную улыбку. Я вижу её характер, повадки, привычки, жесты, эмоции…. Мне не важно, в какой обёртке подаётся душа. Смотря на неё, я вижу не просто неопрятную агрессивную дурёху, я словно вижу львёнка, которого заковали в цепи, и которого заставляют притворяться зайцем. И мне жутко интересно, узнает ли этот львёнок когда-нибудь, что он на самом деле не заяц. И, если узнает, что же она сделает с теми, кто пытался убедить её в правильности заячьего поведения. Она страдает, пытаясь жевать траву вместо мяса, но изо всех сил старается, ведь так правильно. Однако, я вижу, она догадывается для чего нужны клыки. Знаешь, что самое в этом приятное?

– Что?

– Что эти клыки осознанно она показывает только мне.

– А я? Кого вы тогда видите во мне?

– Лягушку. Тихую и смирную. Ты проживаешь жизнь в тёплом и уютном водоёме, что создала бабушка, и беспрекословно следуешь её указаниям. Ты даже желаешь именно то, что она сказала тебе желать.