Екатерина Васина – Спор не по правилам (страница 18)

Да и коты тоже эти.

Я сама не замечаю как вырубаюсь, обняв сразу и Груздь и Радоздь.

Глава 9

Неприятное царапанье в горле и легкая заложенность носа — вот что я чувствую, когда открываю глаза. Все же кто-то из студентов подлым образом на меня начихал в прямом смысле слова. Погода сейчас такая, что непонятно как одеваться. Днем солнце, а ночью раз и льдом лужи прихватывает. Конечно, как тут вирусам не разгуляться.

Ладно, благо Дарью вряд ли заражу. Она всегда держится минимум на расстоянии вытянутой руки.

Решено, буду чихать исключительно в сторону котов.

Так, на часах начало восьмого, в университет сегодня к десяти. Значит, контрастный душ и спокойный завтрак, который запью чем-нибудь, что позволит быть в тонусе, несмотря на начавшуюся простуду.

Так, я принюхиваюсь полузабитым носом.

Два вопроса, товарищи!

Где мои коты?

Почему в доме пахнет… едой?

И почему мне кажется, что эти две вещи связаны с нашей гостьей?

Но сначала душ и одежда. Никаких полотенец или трусов на кухне, пока Дарья тут.

По крайней мере пока.

Я готовить умею, но не люблю. Завтрак обычно либо яйца в различных видах, либо вообще кофе и протеиновый батончик.

Сегодня моя кухня кажется мне… другой.

Начнем с того, что мои женщины ни разу не готовили. Справедливости ради, в квартиру попадали далеко не все из них. Двое… максимум трое, с которыми у нас пытались образоваться какие-то отношения.

А теперь Дарья тут накрывает завтрак. И нет, не порхает по кухне, подсвеченная утренним солнцем. Тем более, за окном еще темно, хотя намеки на рассвет уже появляются.

Она опять во всем длинном и бесформенном. Ощущение, что этот спортивный костюм ей велик на пару размеров точно.

— Илья Романович. — я вижу, что с облегчением выдыхает, когда видит, что я в штанах и футболке. — Доброе утро. Я немного позанималась на ваших тренажерах, раз уж вы разрешили. Извините, но я не хотела заходить в вашу комнату, а вчера забыла спросить насчет завтрака. Поэтому решила, что приготовлю несколько блюд. Тем более, мужчины ведь любят много есть.

— Мать моя женщина! — сообщаю медленно, пока разглядываю заставленный стол у окна.

Дарья во сколько встала? Тут и омлет с зеленью, и сосиски, и маленькие бутерброды с творожным сыром и лососем, и порезанные красиво овощи и фрукты, и гренки. Не выдерживаю и хватаю одну. Мать моя женщина, эта девушка не только красивая и умная, но еще и готовит.

Кому ж такая красота достанется, когда перестанет шарахаться от мужского пола?

— Даже омлет не остыл!

— Илья Романович, вы сами сказали во сколько встаете.

— Я мог пойти заниматься.

— Вы шмыгаете носом и я слышала как несколько раз чихнули. Учитывая погоду и количество простуженных студентов, скорее всего, кто-то вам насопливил в иммунитет от души.

Нет, девочка, ну ты уж совсем леди Зоркий Глаз. Пощади меня, пожалуйста! Я ж еще плюну на твой возраст и влюблюсь.

Тогда попадос будет для обоих.

Для меня самое возбуждающее в женщине — ум.

Можно сказать, что мозги, но тогда выражение начинает отдавать историями о зомби. Так что — ум.

— И котов моих прикормила! — вижу Радоздь и Груздь, которые молотят корм из своих мисок.

— Вы сказали, что у них свой корм, я его нашла. Так как встала раньше вас, то решила, что выдам им порцию, а вас предупрежу. — она стоит, упираясь бедрами о край длинной рабочей столешницы.

— Кто ты, девочка? Если фея, но нафеячь мне такое вот триста шестьдесят пять дней в году!

— И вам приятного аппетита.

— Сядь. — командую, когда она делает шаг в сторону кофемашины. — Я сам сделаю.

Кофе это мой фетиш, если можно так сказать. Обожаю его делать сам, но когда нет времени то колдую с кофемашиной.

Сейчас время есть. Так что берем турку, и нежно любимый мной кофе сорта “Гешо” из Панамы. У него настолько богатый вкус, что я пью его без молока, сахара или других добавок.

Интересно, а Дарье понравится?

— Ты какой кофе предпочитаешь? — разворачиваюсь к ней с туркой.

Груздь и Радоздь уже доели и теперь сидят рядом с Дашей и умильно заглядывают ей в глаза. Намекают, что миски пусты и это непорядок. Но она молодец, держится. Упорно на них не смотрит, но уголок рта подрагивает так, точно с трудом удерживается от улыбки.

— Илья Романович, я предпочитаю горячий кофе с молоком и сахаром. Это все, что могу сказать. Я не разбираюсь в сортах, хотя, конечно, хреновый от хорошего отличу банально по вкусу. — она еще и честная как не знаю кто.

— Понял, понял, попробуй в чистом виде вот этот. Если что, молоко на столе, сама поставила.

Смотрю как она подносит тончайшую прозрачную чашку к губам и невольно замираю.

С какой радости мне интересно понравится ли ей?

Не могу отвести взгляда от того, как ее губы касаются края чашки. Они у нее красивого рисунка, смотрятся идеально.

Дарья делает первый глоток. Чуть наклоняет голову, точно прислушивается к себе.

И ее брови чуть приподнимаются.

— Прико-о-ольно. — тянет задумчиво. — Первый раз ничего добавлять не хочу. Он, кажется, медом отдает. Спасибо.

Молча киваю и принимаюсь за завтрак.

Дарья тоже не лезет с разговорами, целиком погружена в переписывание с кем-то. То хмурится, то прикусывает губу, а то ухмыляется. Я нет-нет да кошусь на нее.

Ну ведь картинка же!

Классические черты и огромные глазища разного цвета это просто бомбическое сочетание. А если учесть, что под этими всеми балахонами скрывается еще и шикарная фигура.

Если я сейчас башкой об стол приложусь меня не поймут, да?

Поэтому просто едва ли не залпом заливаю в себя любимый напиток и выдыхаю. Надеюсь, мерзкие вирусы в моем организме сейчас охреневают от горячего кофе.

Дарья Владимировна, ты уж не забывай носить свои балахоны, так нам обоим легче будет.

А то моя помощь тебе может зайти слишком далеко.

Вообще пора ехать. Я не идиот, чтобы пустить в дом просто так малознакомого человека. Так что вся подробная информация должна уже лежать у меня в почте. Не то, чтобы я не доверяю Еве в выборе подруг, да и за полгода моего пусть и шапочного знакомства с Дарьей, успел понять, что она не мошенница и не глупая куколка.

Но теперь хочу узнать, что такого произошло в жизнь Дарьи, после чего шарахается от таких красавцев, как я.

Убедившись, что Дарья не забудет свой комплект ключей, уезжаю в университет.

А там как всегда все наводят суету. Еще иногда непонятно кто больше: студенты или преподаватели.

До почты добираюсь только после обеда. Горло царапает все сильнее, капли для носа пришлось купить и прописать на столе.

Хочется самого себя обнять и плакать.

Я знаю себя. Из тех, кто болеет редко, чтоб его, но метко. Так что уже к вечеру придется пить что-то от температуры и стараться не ныть от чувства полнейшей слабости и разбитости.

Главное, предупредить Дарью, чтобы не приближалась, а еще лучше — уехала бы пока.