Екатерина Васина – Сорви с меня маску (СИ) (страница 17)

Молодец. Не подвел.

Не прошло и минуты, как мимо меня прошел Хан, при виде которого мое сердце замерло, а потом начало стучать раза в три сильнее обычного. В этот раз он обошелся без делового костюма. Идеально отглаженные брюки, темно-желтая рубашка и шейный платок… ммм, мое либидо подскочило до небес.

Эй, Ева, приди в себя. И помни, что с ним нельзя. Иначе потом будет больно, обидно и вообще плохо.

А вот пофлиртовать — пожалуйста.

Я не спеша направилась следом, делая вид, что разговариваю с кем-то по мобильнику. Если где-то здесь и бродили папарацци, то они явно меня не узнали. Ну а даже если узнают… удерем закоулками и запрыгнем в автобус.

Я вышла из отеля, завернула за угол, и меня почти сразу же схватили за локоть.

— Ну и что это за шпионские игры? — послышался заинтересованный голос. Хан не выглядел раздраженным или сердитым, скорее — любопытствующим. С таким лицом дети в зоопарк заходят, ага.

— Я все пояснила в записке.

— Ты сказала, что в отеле папарацци, которым донесли о нашем ужине. И они не дадут спокойно пообщаться. Поэтому мне надо выйти из отеля и зайти за угол, при этом проверяя, не идет ли кто следом. Ты в последнее время не пересматриваешь шпионские боевики?

— В последнее время моя жизнь — сплошной боевик, — парировала я, высвобождая локоть из хватки. — Значит, так, у тебя два варианта: идешь со мной, и мы ужинаем в другом месте, или возвращаешься к себе.

— В отеле скучно, — подмигнул Хан, вызывая у меня непроизвольный ответный тик. — А ты меня интригуешь. Кстати, слежки за нами нет, так что твой маневр удался. Но тебе не идет светлый цвет волос.

Я едва не стянула с головы злосчастный парик. Мысленно дала сама себе по рукам и проговорила:

— Это сугубо твое мнение, и оно имеет право на существование. Только, думаю, и ты в роли блондина не фонтан. А теперь, если решил продолжить вечер, то поехали.

— Сто лет не ездил на автобусе, — пробормотал мой спутник, залезая в этот вид транспорта. Мы устроились на свободных местах, благо их было полно. В этот час автобусы ходили полупустые.

— А на вид вам больше тридцати не дашь.

— Я люблю уколы ботокса.

— Врешь, — хмыкнула я. — Поверь, у тех, кто любит ботокс, лицо напоминает маску пришельца. Может, тебя заморозили лет сто назад, потом нашли ученые и…

— Ты меня раскусила, и я теперь буду вынужден убить тебя. Но только после ужина. — Зегерс набросил на плечи короткое и до ужаса стильное пальто темно-серого цвета. — А если серьезно, откуда такой интерес папарацци к твоей персоне? Из-за матери? Жаждут подробностей?

— И это тоже. Плюс сегодня утром убили ее агента. — Я поежилась, в груди снова поселилось холодное чувство потери. — Меня уже расспрашивали в полиции.

— Именно убили? — переспросил Хан странным голосом.

— Застрелили. Переворошили все в доме, но ничего не украли. В полиции думают, что это связано с нападением на маму.

— Но твою мать же избили фанаты?

— Мою мать избили уроды! — разозлилась я. — Требуя какую-то тряпку. Избивать человека за платок! А вдруг Джуди тоже попала под раздачу? Вдруг они решили допросить всех, кто близок к маме?

— Ты сказала полиции о подозрениях?

— Они и сами так думают.

— И тоже считают, что можно творить такое ради… чего, ты сказала… ради платка? — с легким любопытством спросил Хан. — Самой не кажется, что это глупость?

— Это тупость! Но у мамы требовали рассказать, где она держит какой-то платок. У Джуди тоже все платки разбросали, но ничего не сперли.

— А что говорят в полиции насчет тебя?

Я пожала плечами:

— На меня не нападали. Многие считают, что я паршивая овца в семействе. Так что если преступник и решит напасть, то явно в последнюю очередь. Вероятнее, он решит присмотреться к маминому бойфренду.

Да, разговорчик прямо самое то для первого свидания. Преступление, убийства, полиция. Но как ни странно, Зегерс слушал с интересом. И даже в конце разговора посоветовал все же пообщаться с полицейскими насчет безопасности.

— Может, они решат поймать его на «живца»? — вдруг дошло до меня. — Ну… в смысле на меня.

— На подобное необходимо разрешение «живца», — серьезно ответил Хан. — Слушай, а куда мы едем?

Мы уже выехали из центра и приближались к району, где я жила. Весьма оживленному и полному ресторанчиков, магазинов и парков.

— О, мы едем в интересное место. — Я встала и добавила: — Точнее — приехали.

За то время, пока добирались, погода успела испортиться. Набежали тучи, и полил мелкий противный дождь. Тот, что навевает осеннюю хандру, когда стучит в окна.

— Бегом марш! — скомандовала я, хватая Хана за руку и увлекая в сторону низкого длинного строения. Оно спряталось между двумя трехэтажными офисными зданиями, прикрывшись небольшой стоянкой. Тут разместились рыбный магазин, крохотный китайский ресторанчик и моя любимая закусочная.

— Мы идем туда? — поинтересовался спутник, легко подстраиваясь под мой шаг. Я же думала, стоит отпускать его руку или нет. Попыталась, но теперь Зегерс сам сжал мне пальцы. Мол, куда собралась?

— Туда. Это самая лучшая бургерная в городе. И самое безопасное место, где мы можем поболтать.

— А ты не адепт здорового питания, как я посмотрю.

— О нет, — застонала я наигранно, — только не говори, что питаешься овсянкой, морской капустой и делаешь клизмы.

Хан закашлялся и заверил сдавленным голосом, что нет, такого он себе не позволяет.

— Ну тогда к чему эти разговоры на тему правильного питания? — поинтересовалась я и потянула его к стеклянной двери заведения. — Я тут не питаюсь каждый день, но порой находит что-то. Для меня это особое место.

— Хм, место, где вся диета летит к чертям? — с ухмылкой спросил Хан, послушно входя следом и с любопытством оглядываясь. Ну да, заведение выглядело колоритно. Ярко-желтые стены, увешанные плакатами про рок-н-ролл и компьютерные игры, такого же бешеного оттенка стойка, высокие красные стулья возле нее. Несколько квадратных, тоже красных столов расположились по всему не слишком большому помещению. Но главной фишкой интерьера тут служили… игровые автоматы. Да-да, старинные, с примитивной графикой, но от желающих поиграть просто отбоя не было.

В выходные тут просто не протолкнуться, а заказ приходится ждать по часу. Но вечером в будни, как сегодня, свободные места имеются. Вот и сейчас, увидев столик на двоих возле окна во всю стену, я потащила Хана туда.

А вообще забавно командовать таким мужчиной. Еще более забавно, что он мне это позволяет. Хан не слишком походил на того, кто готов отдать владение ситуацией в чужие руки. Чувствовалось, что он все старается держать под контролем.

В постели тоже!

Отлично, Ева, супер! Так держать. Думай больше о постели и о том, с кем ты туда прыгать не планируешь.

Видимо, из-за внутреннего обличительного монолога я чересчур сурово вручила Хану меню и скомандовала:

— Выбирай!

— Никогда не боялся женщин, — заявил тот в ответ, — но у тебя так глаза сверкают… думаю теперь: опасаться или влюбиться.

Ты вот зачем это сказал, а? Такое женщинам говорить опасно! У нас ведь воображение богатое. Могу поспорить, многие бы сказали, что да, лучше влюбиться.

Но…

— Опасайтесь, мистер Зегерс, вдруг я ведьма в душе.

— Это из-за зеленых глаз? — улыбнулся он. — Или из-за мелкого веса?

— При чем здесь вес?

— Ну как же… — Тут Хан осекся и с интересом протянул: — Ух ты! Вот это стол! А он работает?

После чего каким-то мальчишеским жестом потыкал пальцем в кнопки. Я едва не расхохоталась. Мужчины могут носить деловые костюмы, выглядеть подчеркнуто холодно или изысканно-вежливо, но мгновенно превращаются в детей, стоит им увидеть новую «игрушку» — вроде той, что увидел Хан.

Просто сидели мы за несколько необычным столом. Вместо тривиальной столешницы у него был экран, накрытый толстым стеклом. И два комплекта кнопок и рычагов для игры. Самой простой, которая называется «собери себе бургер». Достаточно опустить в прорезь двадцать центов и развлекаться.

— Работает, работает, можешь проверить.

— Проверю, но позже, — пообещал Зегерс. — Так, а что у нас с меню? Посоветуешь что-нибудь?

Сделав заказ, я попросила сразу принести кофе и перевела взгляд на Хана. Тот смотрел на меня в упор. В глазах подрагивал смех.

— Так что там насчет веса ведьм? — поинтересовалась, думая, что так могло его развеселить.

— Считалось, что на метлу может сесть миниатюрная худенькая женщина весом не более пятидесяти килограмм. Ну а зеленые глаза всегда считались признаком колдовства.

— Меня бы сожгли в Средние века? — передернулась я, невольно вспоминая недавний сон. Ну просто как по заказу.