Екатерина Васина – Его строптивый Огонек (страница 11)
Чудом ушли, чудом.
Машина пролетела от них буквально в полуметре, врезалась в столб и замерла.
Я уже спешил к Милане, которая на первый взгляд не пострадала, но никак не могла встать, запутавшись в куртке и рюкзаке. Одновременно обвел взглядом собравшихся людей. Вроде пострадавших нет. Кто-то уже вытаскивал водителя из машины. Ага, на ногах, но держится за голову. Рядом с ним вопят в телефон, чтобы срочно прислали Скорую. А вот это идея, потому что тут точно некоторым понадобится помощь.
За шиворот вздернул Милану на ноги, тут же присел рядом, быстро ощупывая.
– Ударилась? Что-то болит?
Руки без перчаток уже замерзли, да так, что пальцы едва гнулись. Движения выходили неловкими, точно двигаю не своими пальцами, а чем-то чужеродным. Миланкины глаза, полные ужаса, тоже радости не добавляли. Хорошо хоть не ревет. Хотя нет, лучше бы поплакала, страх бы со слезами вышел.
– В-в-все х-х-хорошо. – зубами стучала только так.
– Ева, Ева! Эй! – вопль рядом заставил стиснуть зубы.
Девушка в скромном пуховике трясла за плечо ту, которая оттолкнула Миланку. Вот кому в ножки буду кланяться.
– Не тряси! – сказал строго и тут же рявкнул в голосовой набор. – Выездная служба Альтера Медика! – и спустя пару секунд. – Воронов говорит. Срочный выезд, ДТП у торгового центра “Виталина”. Травма головы, ушибы. Пришлите пару машин.
И уже склоняясь перед бессознательной спасительницей чьи яркие волосы закрывали лицо, громко произнес:
– Я вызвал частников. Платить ни за что не придётся, всех отвезут в городскую травму. Моя бригада просто приедет быстрее и возьмёт на себя перевозку.
Шум немного стих. Несколько человек с облегчением переглянулись. Вот и отлично. Осторожно убрал волосы с лица пострадавшей и…
– Да ну нахер! – вырвалось невольно.
***
Я ни разу не падала в обморок. Близко к нему была, да. Особенно на втором курсе, когда наша группа сдавали экзамен особо противной преподавательнице. На нервах не жрала сутки, зато литрами пила кофе. И когда меня вызвали с билетом, то изящно осела прямо у стола экзаменатора. В ушах зашумело, в глазах потемнело и казалось, что сейчас упаду в бездонную пропасть.
Зато даже спрашивать не стали. Поставили тройку и отпустили в страхе, что еще чего выкину.
И сейчас я не то, чтобы свалилась в обморок, но находилась точно в стороне от реального мира. До меня доносились шум, голоса, крики, но сама не могла вымолвить ни слова.
– Ой, у нее кровь!
– Не трогайте, не замерзнет.
– Да, давайте сюда носилки.
– Там еще пострадавшие.
– Чертовы службы, когда уже вовремя чистить снег будут!
Очень болел затылок. Потом добавились звуки сирены, что-то кольнуло в районе локтя. И на мягких волнах меня унесло куда-то далеко.
Очнулась я рывком, точно вынырнула из глубокой теплой воды. Голова гудела, тело казалось ватным. Попытка приоткрыть глаза закончилась тем, что я зажмурилась: слишком яркий свет вокруг. Невольно простонала, сама удивилась какой у меня слабый голос. Пищу точно новорожденный котенок.
– Можешь открывать глаза, я убавил свет.
О, голос! Я слышу голос! Смутно знакомый, мужской.
Осторожно приоткрыла один глаз, потом второй.
Потом округлила их до размеров блюдечек и попыталась отползти, но спинка кровати помешала. Тогда я постаралась слиться с ней, но, увы, мне и в этом было отказано.
Сердце ухнуло вниз, а потом так же резко вверх, забилось в горле. Отчего у меня вместо вопля вырвался слабый хрип.
Высокая широкоплечая фигура, черные волосы, пара прядок падает на загорелый лоб, правильные черты лица, и главная фишка – яркие синие глаза. Которые несколько раз мне снились в совершенно возмутительных снах.
– Ну здравствуй, женушка. – в хрипловатом низком голосе ни капли тепла – Смотрю, ты меня узнала.
Божечки-кошечки, можно мне обратно в обморок? Именно в этот момент я пожалела, что не могу как опоссум притвориться дохлой и начать вонять.
Срочно, срочно отвлечь себя и его.
Точно! Как я могла забыть! Это все удар по голове!
– Девочка! – о, голос вышел хоть и слабый, но вполне себе приличный. – Девочка в серебристой куртке…не пострадала?
Глава 7
Ну…мне удалось хотя бы удивить. По крайней мере глаза у Тимофея, мать его, Сергеевича, на секунду расширились. А потом…
– Ты не хочешь для разнообразия побеспокоиться о себе? Потому что мелочь в порядке. А вот ты… – тут он сделал многозначительную паузу.
У нас носы едва не соприкасались. Я с трудом удерживалась, чтобы с силой не вдохнуть запах кедра и моря. Надо же, этот аромат отложился в моей памяти как нечто яркое.
А раньше я мужские парфюмы делила только на “это гадость” и “это более-менее”. В моем окружении все почему-то любили тяжелые “восточные” запахи, от которых лично у меня голова начинала болеть. Хотя нет, дядя Илья предпочитал морские ароматы, но он у нас, как и я, идет за “паршивую овцу” в семействе.
И что делать с обладателем крышесносного парфюма? Опоссума мне не изобразить, а вот обморок.
Краем сознания поняла, что мы в современной палате: среднее между номером в дорогом отеле и больницей из крутого сериала.
Мужчины же не могут злиться на слабую девушку, когда она в беде? Я вдруг схватилась за голову и прошептала:
– Что-то мне нехорошо. – после чего осела на подушки, изобразив потерю сознания. Даже дышать постаралась медленнее.
Как назло хотелось чихнуть.
Эй, синеглазый, я тут в обмороке валяюсь, между прочим. Давай, спасай меня, врачей зови! С трудом удержалась, чтобы не попытаться осторожно посмотреть на его лицо.
Мою щеку, а затем и ухо вдруг обожгло мятным дыханием.
– Девочка, ты бы еще слюну пустила для правдоподобности. Нейрохирурга обмороком решила обмануть?!
Ничего не слышу, я без сознания. Даже не дернулась, когда к моему запястью прижались два пальца. Хотя внутри все вдруг скрутило от этого небрежного прикосновения.
– У тебя пульс зашкаливает, женушка. – голос звучал почти ласково, но от этого стало вдруг страшно. – Хватит дурочку строить! – а это уже сказано другим тоном. От которого мои глаза распахнулись точно сами по себе.
Какого черта он так низко наклонился?! Если я сейчас чуть приподниму голову, то смогу его поцеловать.
Чего делать не собираюсь, конечно. Выгляжу, сейчас, наверное, не очень. Божечки-кошечки, о чем я думаю?!
– Извини. – только и смогла проговорить.
Кажется, я его разозлила еще больше. Воздух между нами точно сгустился, аж мурашки по коже. Он так сжал зубы, что скулы аж побелели.
– Извини? – переспросил совсем тихо, продолжая сжимать мое запястья. – Это все, что ты можешь сказать? Думала, больше меня не встретишь и не подготовила жалостливую речь? Кстати, ты, видать, новенькая в этом деле. Выгоднее было провести со мной ночь, а утром сбежать. Чтобы потом заявиться с пузом и заявить, что я обязан вас всех содержать.
А это точно я головой ударилась?
– Мелодрам пересмотрел что ли? – ну извините, не удержалась от сарказма. – Какая ночь, какое пузо?! Да ты мне даром не сдался! Я через полгода собиралась на развод подать!
– Всего-то через полгода?! – о, меня тоже в ответ сарказмом тычут.
– Ну сначала я думала про три годика, но потом решила, что это перебор.
– Чего так? После трех лет то с меня стрясти можно больше.
Я осторожно кончиками пальцев дотронулась до все еще слегка ноющего затылка. Так, а есть вероятность, что у меня звуковые глюки? Потому что этот синеглазый несет какую-то чушь!
Запястье уже почти болело от его хватки.
– Чего трясти? – нет, все таки сильно головой ударилась, раз играю с огнем. – Ты мне больно делаешь, блин!
Мы оба опустили взгляд на мою несчастную руку, которую крепко сжимали его пальцы. Интересно, кожа на них более…шершавая, чем обычно бывает. Там тоже шрамы?