Екатерина Трубицина – Крышень без компании. Серия: «Аз, фита, ижица». Часть II. Хаос в калейдоскопе. Книга 5 (страница 11)

– Ах простите, сеньора ЛуизаРемедиосБональдеВигас!

Манерно раскланявшись, Руслан проскороговорил в этот раз оба имени и обе фамилии Лу так, что от них в реале прозвучало только Лурмедёсбодвигас. Затем он задорно усмехнулся и начал общаться с Лу, как с подружкой:

– Знаешь, Лу, как я тебя только увидел, я сразу подумал, что ты – жена Генсильча. У вас с ним схожая пластика движений. Но я уверен, большинство людей, даже зная вас близко, не догадываются, что вы – муж и жена, если вы сами им этого не сообщаете.

– Руслан, ты – ясновидящий?

– Не думаю. Мне просто мысли в голову приходят. Иногда я ищу им объяснение, подтверждение и нахожу. А иногда я почему-то этого не делаю.

Вот, к примеру, едва увидев тебя, я сразу подумал, что ты и Генсильч – муж и жена. А потом стал искать объяснение этой странной мысли, и заметил, что у вас похожая пластика движений.

Практически вместе с мыслью, что вы – муж и жена, мне пришла и другая мысль, что люди не догадываются об этом, но я почему-то не стал искать объяснение этой мысли, и я понятия не имею, почему люди не догадываются, что вы – муж и жена. Я просто знаю это и всё. Лу, ведь, правда, не догадываются?

– Правда, – с улыбкой подтвердила Лу.

– Так что там дон Альберт и дон Мартин?

Руслан не дал Лу ответить и продолжил говорить с фамильярностью уже по откровенному перебору, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что он делает, и с ехидным озорством ловя реакцию Иры и Лу.

– Знаете, ДЕВЧОНКИ, что интересно? Вот ну какая мне разница муж тебе Генсильч или не муж? Какая мне разница догадываются об этом люди или не догадываются? А мысли об этом приходят. С другой стороны, у меня внутри аж всё сжимается – так хочется узнать, как же там наши игры. И ни Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х…чего! Ни одна мыслишка на эту тему не залетает.

– Руслан, на прочность проверяешь? – прищурив глаза, спросила Ира.

– Что? – будто не понимая, о чём спрашивают, брякнул Руслан, но тут же быстро закивал головой.

– Что ж. Девчонки, так девчонки. Лу, мы же не возражаем?

– Ни разу.

– Но то, что не сматерился, ценю. Не люблю, когда поминают фольклорный вариант русского языка всуе.

– Вообще-то, я собирался, но на «х» понял, что тебя, Ира, это всерьёз раздражает, а потому и тормознулся.

– Руслан, ты мне определённо нравишься! – воскликнула Лу.

– Ну, раз нравлюсь, скажи! Что там с нашими игрушками?

– Ну что. – Лу усмехнулась. – Все мои попытки оторвать Альберта и Мартина от вашего творчества не увенчались успехом. Однако они составили список замечаний. Правда, если я правильно понимаю, все эти недочёты касаются несовершенства техники и чего-то из разряда программного обеспечения, которыми вам приходится пользоваться.

– А можно глянуть на этот список? Или он был представлен в устном виде?

– Нашему папе в устном виде можно представить только… м-м-м-м… Впрочем, ты ещё маленький.

– Ты хотела сказать, что в устном виде Генсильч принимает только твои стоны в постели?

– Слушай! Ну ты и хам!

– Я – не хам. Я просто вредничаю.

– Ладно, чудо в перьях повышенной вредности. Список существует в письменном виде, но находится в полном ведении Геннадия Васильевича.

Пока Лу говорила, Ира инстинктивно глянула на часы.

– Кстати, Руслан, тебе уже пора, – сказала она.

– А сколько там?

– Пять минут двенадцатого.

– Всё. Я пошёл.

– Удачи, Руслан, – пожелала Лу. – Как пообщаетесь, к нам забеги.

– Хорошо.

– Удачи! – в свою очередь, кинула Ира ему вслед.

Шаги Руслана стихли в коридоре, а Лу так и продолжала смотреть на дверь восхищённым взглядом.

– Обворожительный мальчик! – наконец проговорила она.

– Истинное чудо! – согласилась Ира. – Слушай, а-а-а…

– А-а-а-а… Ты думаешь, у меня случайно постельный намёк вырвался? Я засмущать его хотела, что бы глянуть. Но… Сама видела, как срикошетило. Чтобы догадаться, что он – активное вещество, и видеть не надо, а вот разглядеть его глубину…Чёрт! А ведь он меня завёл! И на слабо́ завёл, и любопытство аж изгрызает.

– Ну хотя бы примерно, ты можешь сказать? Хотя бы предположить?

– Нет. Вот, к примеру, ты и твой сын. И ты – активное вещество, и Лёша твой – тоже активное вещество. Пока вы не раскрываетесь, вы выглядите практически одинаково. Но, как только раскрываетесь…

От твоей глубины у меня до сих пор мурашки по коже бегают. Лёша твой, сама понимаешь, как я ему на глаза попадусь, так и нараспашку. Ира, он совсем-совсем мелкий, как лужица после слепого дождя.

Но, когда мне удаётся понаблюдать за ним со стороны… Ира, движениями на поверхности, он очень сильно похож на тебя. Знаешь, если переключиться на чистое видение, то есть, по ходу не воспринимать в обычном режиме, я могу вас перепутать.

Так что, я даже примерно не могу сказать, к какому типу энергетической структуры Руслан относится, пока не удастся заставить его раскрыться. Стоп! По-моему Гена хочет, чтобы мы посмотрели его взаимодействие с Русланом.

Ира скользнула взглядом по монитору и тоже увидела маленькую иконку с надписью «Логинов». Она кликнула по ней. Лу замкнула дверь и, придвинув стул, села рядом с Ирой, хотя всё то же самое показывал и её дополнительный монитор.

Гена объяснял Руслану, какой бы он хотел видеть работу своего компьютера. Руслан внимательно его выслушал, потом сказал: «Минутку, я кое-что гляну», – и его руки задвигались в смазанном режиме.

– Генсильч, судя по содержимому Вашего компа, всё, о чём Вы меня просите, Вы в состоянии сделать сами. Это что? Экзамен?

– Правильно мыслишь, Руслан.

– Ну что ж, экзамен так экзамен. Сейчас сдадим! – провозгласил Руслан и добавил. – Вы рядом садитесь. Интересно будет.

Руки Руслана вновь стали напоминать лопасти работающего вентилятора. Плюс к этому он что-то объяснял Гене. Судя по всему, Гена, в отличие от Иры и Лу, понимал, о чём речь, так как периодически задавал ему вопросы, и в какой-то момент сказал:

– Так. Подожди. Руслан, уж больно это напоминает машину Голдберга. А попроще, что, никак?

– Ну почему же? К примеру, вот так.

Руслан что-то быстро сделал и продолжил.

– Но! Генсильч, ведь это – такой кайф, когда… – Руслан принялся, аж дрожа от восторга, рассказывать сложную последовательность чего-то, одновременно смазанными от скорости руками теребя клавиатуру и мышку. – …и в итоге, самым-самым кончиком точно в висок! – торжественно прозвучала кода с фанфарами.

– Руслан, что значит «самым-самым кончиком точно в висок»?

– Просто фигура речи. Выскакивает периодически. В смысле, вроде всё сложно и запутано, как лабиринт с ловушками, и начинается вроде как совсем не о том, но в итоге, именно самым-самым кончиком и точно в висок. Но это не всё! Понимаете, это только кажется, что по ходу производится слишком много ненужных действий в слишком мудрёной последовательности. Понимаете…

Руслан вновь принялся объяснять нечто, для Иры и Лу малопонятное. Однако они уловили, что почему-то (почему – они не поняли) мудрёная последовательность действий не требует дополнительных ресурсов, по сравнению с простой. Мало того, при простой последовательности производится работа только с текущей задачей, а каждое, вроде бы излишнее, действие мудрёной по ходу решает кучу других вопросов, тем самым, экономя время и ресурсы, и…

– …и никаких головняков! – воскликнул в заключении Руслан.

Гена с полминуты помолчал, а потом рявкнул:

– Пять! – и после короткой паузы тем же тоном добавил. – С минусом!

– А почему с минусом?

– Минус – за наглость, с которой ты взрослого дядьку по стенке размазывал, – сказал Гена сквозь зубы с нарочитой строгостью и заулыбался. – Шучу! Молодец, парень!

Гена похлопал Руслана по плечу и перешёл на тон обычного разговора.

– Руслан, по поводу ваших игрушек я к серьёзному разговору пока не готов, но мои эксперты, – на Генином лице промелькнула улыбка, – однозначно убедили меня, что в этом направлении стоит работать. А потому, хоть я и не готов к серьёзному разговору, двигаться в этом направлении мы начнём. И первый наш шаг будет таким:

Вы с Михаилом составите мне список всего, что вам для этой деятельности необходимо. И не один список, а три. Первый – по максимуму, так сказать, «помечтаем по беспределу». Второй – оптимальный вариант. Третий – чего вам сейчас не хватает по минимуму.

– Решили проверить, насколько широко и глубоко мы представляем себе поле нашей деятельности? – ехидно спросил Руслан.