Екатерина Трубицина – Иллюзия и Реальность. Серия: Аз Фита Ижица. Часть II: Хаос в калейдоскопе. Книга 6 (страница 6)

Есть у меня смутная догадка, что раз уж Гена обзавёлся Лидией Гавриловной, а Женя – Аллой, Стас с огромным удовольствием возьмёт Алину к себе.

– Меня давно не покидает подобное чувство. Пожалуй, с того раза, когда ты впервые предложила отдать Алину в ученицы Лидии Гавриловне.

– У меня оно тоже зародилось тогда. Так, что у нас со временем? – Лу глянула на часы. – Пожалуй, пора.

Выйдя через проход из ночи в начинающийся вечер, Лу позвонила и заговорила на испанском.

– Извини, мои дети, само собой, великолепно знают русский, но по установившейся у нас традиции, если Гены нет рядом, я общаюсь с ними по-испански.

– Да ладно тебе оправдываться! – Ира улыбнулась.

– В общем, Эрика и Лёша сейчас подойдут.

Встреча получилась короткой и сумбурной, поскольку все, несмотря на радость, чувствовали себя каждый не в своей тарелке.

Как развиваются их взаимоотношения, ни Эрика Лу, ни Лёша Ире толком не сообщали, всячески уходя от темы в коротких обменах сообщениями. Единственное, что Ира и Лу знали наверняка, что им удалось преодолеть неловкость и таки завязать эти взаимоотношения. Сейчас было видно, что очень даже крепко.

Пока возбуждённо говорили все разом ни о чём – Эрика и Лёша ещё и путаясь между русским, испанским и английским – Ира аккуратно и ненавязчиво, дабы не добавлять поводов для смущения, с интересом разглядывала Эрику.

Она не унаследовала красоты матери, зато с лихвой вобрала в себя эмоциональность и обаяние отца, благодаря чему, хоть её и нельзя было назвать красивой – по сравнению с Лу, разумеется – Эрика производила сногсшибательное впечатление.

К тому же, хоть её и нельзя было назвать красивой, выглядела она в высшей степени своеобразно, что в сочетании с обаянием добавляло ей особого шарма, который способен поколебать и даже затмить любые представления о красоте.

Негроидно-испанские черты матери и славянские черты отца сплелись в Эрике в причудливейший симбиоз.

В отличие и от Гены, и от Лу, Эрика была невысокого роста и сбитая, но с такой же великолепной фигурой, как и Лу.

Очертания рта и носа почти полностью соответствовали Гениным, а вот глаза по размеру и форме ничем не отличались от огромных глаз Лу, но… были как у Гены голубыми.

И волосы были точно такими же светло-русыми как у Гены, однако столь же негроидно-курчавыми как у Лу.

Но вопреки голубым глазам и русому цвету волос, а так же и тому, что сама Лу имела «просто неприлично белую для обладательницы негроидной крови» кожу, цвет кожи Эрики более всего напоминал не слишком тёмный шоколад.

43 энергии Бытия

Вплоть до четверга включительно Ира отдыхала в лоне архитектуры, чего нельзя было сказать о Лу, которая в том же самом лоне изо всех сил старалась успевать за Ирой.

Появление в среду Яны и Ромы прошло формально и вырвало из блаженного отдыха всего минут двадцать, потраченные на взаимные сдержанные приветствия, экскурсию по четвёртому этажу и знакомство с Михой.

– Такое ощущение, будто я их откуда-то знаю, – поделился впечатлением Миха.

– Миш, немудрено. Сочи – город маленький, хотя по площади в три раза больше Москвы, – заметила Ира.

– Знаете, что странно? – Миха усмехнулся. – Наряду с ощущением, будто я их откуда-то знаю, есть полная уверенность, что я их ни разу в своей жизни не видел.

– Миш, я ведь не раз рассказывала о них. Видимо, поэтому, – предположила Ира.

– Да. Может быть, – неуверенно согласился Миха.

– Кстати, как твои подвижки?

– Я проработал всю концепцию, но пока так и не могу чётко сформулировать свои… Не знаю, как правильнее выразиться. Нет, не соображения… Скорее… что-то больше похожее… на… Ощущения, что ли.

– Миш, я тебя не тороплю, но предупреждаю: абсолютно нормально, и для меня вполне ожидаемо, если у тебя это не получится.

– Догадываюсь. Но всё же хочу попытаться.

Миха смирился со своим поражением лишь в четверг к концу рабочего дня.

– Миш, не расстраивайся, – подбодрила его Ира. – Я тебе уже говорила, что для меня стало бы сюрпризом, если бы тебе удалось. Притом я более чем уверена, что если бы ты решил, будто тебе удалось, ты бы всего лишь пребывал в плену иллюзии, так что… – Ира на мгновение задумалась. – Короче, завтра приходи на работу как обычно, но проведём мы с тобой рабочий день у меня дома в компании Зива и Лоренца.

Миха в ответ выдал нечто нечленораздельное, очень похожее на то, что обычно звучало из его уст в моменты, когда он представлял собой неотъемлемую часть компьютерной конфигурации.

– Миш, не дрейфь! Животные обладают гораздо более высокой степенью понимания, чем люди. А кроме того, столь же более высокой степенью деликатности и тактичности.

Миха недоверчиво улыбнулся.

– Миш, – продолжила Ира, – наверняка у тебя есть знакомые, у которых есть домашние животные типа кошки или собаки. Никогда не замечал? Даже самый обычный домашний питомец понимает своего хозяина, может и не целиком и полностью, но в любом случае, гораздо лучше, чем хозяин понимает его.

– Вообще-то, да. Я как-то об этом не задумывался.

– Лу, я сегодня работаю с Мишей. И работаю у себя дома, – оповестила Ира сразу после приветствия. – Так что…

– Ты хотела меня попросить отвести внимание от вашего отсутствия? Можешь быть спокойна. Сегодня сюда никто не поднимется. И к тебе домой никто не заглянет. И никто не будет названивать ни тебе, ни Мише. Кстати, можете даже на обед в конспиративных целях не приходить. Никто не заметит, что вас нет.

– Спасибо, – поблагодарила Ира.

Миха появился минут через пять и был встречен Ириным:

– Ну что, идём?

– Да, наверное, – смущённо улыбаясь, с трепетом в голосе ответил он.

Зив и Лоренц коротали время за постижением новостей Российского телевидения. Как только Ира и Миха поднялись в гостиную, телевизор продолжал нечто вещать ровно столько, сколько потребовалось Михе, чтобы заметить особенность времяпрепровождения кота и собаки, с которыми ему предстояло общаться. Затем Лоренц небрежно, но напоказ, щёлкнул по выключателю на пульте.

– Доброе утро, – мяукнул он.

– Доброе утро, – следом проурчал Зив.

Миха внимательно смотрел на них, но никак не реагировал.

– Миша, сейчас каждый из них пожелал тебе доброго утра.

Миха хмыкнул, но затем сдавленно произнёс:

– Доброе утро.

– Так дело не пойдёт, – промурлыкал Лоренц. – Ира, пусть он садится, а ты принеси ручку и бумагу.

– Хорошо, – ответила Ира Лоренцу и повернулась к Михе. – Миша, Лоренц попросил тебя сесть, а меня попросил принести ручку и бумагу. Так что садись, а я сейчас приду.

Когда Ира вернулась в гостиную, Миха сидел на самом краешке кресла, с интересом рассматривая Зива и Лоренца, а Зив и Лоренц с интересом рассматривали Миху.

– Вот, – сказала Ира, кладя лист бумаги и ручку перед Лоренцем.

Лоренц взял в зубы ручку и принялся писать. Миха смотрел на него как завороженный.

Ира, кинув беглый взгляд на Миху и пользуясь своей непосредственной близостью к Лоренцу, стала читать по ходу:

«Полагаю, ты считаешь, что твои идеи – нечто из области crazy, и поэтому не можешь их сформулировать даже для себя.

Не можешь ты их сформулировать не только поэтому. Тебе не хватает кое-какой информации.

Сегодня, надеюсь, мы сможем снабдить тебя всем недостающим или хотя бы частью. Это будет зависеть от тебя самого.

А по поводу crazy…

Миша, полнейшее crazy – кот, зажавший в зубах ручку и пишущий нечто вполне вразумительное на русском языке с лёгким вкраплением английского. Однако сомневаюсь, что тебя это так уж сильно напрягает.

Так что давай, рассказывай, как можешь, как получится, а мы по ходу скорректируем и дополним через Ирину Борисовну. Смелее! Удачи!».

Дописав, Лоренц взял в зубы листок, спрыгнул с дивана и отнёс его Михе.

Миха прочёл послание, надо думать, раза два, если не три. Потом внимательно посмотрел на Лоренца, затем – на Зива, после чего поднял взгляд на Иру.

– Миша, рассказывай. Я тебе помогу, а то, что будут говорить Лоренц и Зив, дословно, так сказать, переведу для тебя.

– Хорошо, – тихо сказа Миха и кивнул. – В общем, идея программирования человеческого сознания, на самом деле, стара как мир. Мало того, со столь же отдалённых времён её все кому не лень воплощают в жизнь. Само собой, с разным успехом.