Екатерина Трубицина – Иллюзия и Реальность. Аз Фита Ижица. Часть II: Хаос в калейдоскопе. Книга 6 (страница 21)

– Это угроза? – Он криво усмехнулся.

– Нет. Это – констатация факта. Возьмите вот эту вот папочку, и я жду Вас с Вашими впечатлениями здесь же сразу после обеда в следующую пятницу. Всего доброго.

– Пятница на следующей неделе, к Вашему сведению, 4 ноября, то есть, праздничный день.

– Прошу прощенья, упустила. В таком случае, в четверг. Но вообще мы будем с Вами встречаться по пятницам. До свидания.

Александр поднялся с устремлением к выходу, демонстрируя омерзение, двумя пальцами зацепил папку со стола, пнул дверь ногой, вышел, после чего пнул её с другой стороны.

Ира отрешённо продолжала сидеть в неподвижности, пока не запел мобильник.

– Ира, прошу прощенья, – сказала трубка голосом Радного. – Я видел Александра спускающегося к себе. Зайдите ко мне, если несложно.

– Да. Сейчас.

Ира спустилась на третий этаж и зашла в кабинет Радного.

– Присаживайтесь.

Ира села. Радный обвёл её взглядом и едва заметно улыбнулся.

– Ира, давайте я Вам водки налью!

– Нет, Стас, спасибо. Мне столько всё равно не выпить.

– Догадываюсь. Гляжу, Вы даже забыли, как меня пугаться.

– Не напоминайте. Вспомню ведь. – Ира улыбнулась.

Радный усмехнулся и сел напротив.

– Ну как?

– Если честно, не могу сказать, что не получила удовольствия. Однако…

Круиз по точкам зрения

С новой недели Ирин рабочий график вошёл в жёсткие рамки и сохранялся в таком виде оба последних месяца года. Первую половину дня Ира проводила с Яной и Ромой, вторую половину – первые четыре дня в неделю с Лу, а по пятницам с Александром.

Похожий график был и у Женечки. Единственное, он первую половину дня посвящал своим обычным делам, работая с Аллой, а вторую половину дня занимался Михой.

Учитывая обстоятельства знакомства, особенности профессиональных взаимоотношений и финал Ириного пребывания в рекламном агентстве Гаянэ Суреновны, Яна и Рома изначально испытывали к Ире настороженность и натянутость.

В первые две недели их пребывания на новом рабочем месте, она, по их мнению, над ними откровенно издевалась. Условия же, на которых они сюда попали, не давали им шанса послать её подальше и уйти.

Ира же в первые две недели не делала ничего, дабы изменить их настрой.

– Мне это не нравится, – высказалась как-то Лу по поводу атмосферы в кабинете дизайнеров.

– Лу, я тоже не пищу от восторга, но… Во-первых, мне нужно, чтобы они показали себя. Притом не мне, а сами себе. В полной красе, они это увидят некоторое время спустя. Всё познаётся в сравнении. Во-вторых, я хочу на практике применить знания, которые получила за последнее время. И от тебя в том числе.

Третья неделя на новом рабочем месте для Яны и Ромы началась с Ириного обращения.

– Доброе утро. Не включайте компьютеры. Они пока не понадобятся. Итак, в первые две недели вы показали, чему сумели научиться, а я увидела, чему вас смогли научить.

Судя по вашим работам, учебная программа была нацелена на овладение техническими приёмами работы с графическими редакторами.

Надеюсь, что 3D редакторы вы освоили так же замечательно, как и 2D. Почему я на это надеюсь? Потому что ваша дальнейшая работа, вполне возможно, больше будет связана с ними. Не исключено, что целиком и полностью.

Закономерный вопрос: почему, в таком случае, вы целых две недели работали только с двухмерной графикой?

Только потому, что достижение результата в двухмерной графике занимает меньше времени. Мне же хотелось протестировать максимум ваших возможностей нетехнологического характера. Итоги этого тестирования свидетельствуют, что дизайну вас никто не учил.

– Но… – попыталась возразить Яна.

– Не сомневаюсь, что вас познакомили с теорией и методологией дизайна. Но вам не раскрыли тайны на кой всё это надо, что со всем этим делать, и как всё это делать.

Произведение дизайна настолько очевидно, что не возникает вопросов, как именно и за счёт чего оно работает. Этих вопросов и не должно возникать. У тех, кто эти произведения воспринимает. Мало того, воспринимающий произведение дизайна не должен замечать, что это работает.

Главная задача произведения дизайна – впрочем, как и любого произведения творчества – целенаправленное воздействие на подсознание. Именно ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОЕ. Именно на ПОДСОЗНАНИЕ.

Не сомневаюсь, что вас просветили в области воздействия на человеческое восприятие цвета, формы, пропорций и тому подобного, но…

Помните, я вам как-то рассказывала анекдот про фальшивые ёлочные игрушки? Это только выглядит нелепостью.

На рубеже пятнадцатого-шестнадцатого веков были написаны тысячи женских портретов, и многие из них написаны мастерски, но искусствоведы всего мира до сих пор пытаются разгадать тайну воздействия Моны Лизы Леонардо да Винчи. Это так, в качестве примера.

Так вот, воздействие на подсознание – это не только главная задача, но и главное отличие произведения творчества от продукта труда.

Я попытаюсь научить вас заниматься творчеством, а не трудиться в поте лица, а так же – задавать направление воздействию.

Сложность в обучении и тому, и другому заключается в том, что не существует технических приёмов, поддающихся адекватному описанию. Как не существует и тех, благодаря которым можно вызвать в себе состояние вдохновения.

Да, вы можете прочесть нечто о том, как вызывал в себе вдохновение кто-нибудь из великих творцов. Но если вы станете точно следовать этой инструкции, вероятность успеха близка к нулю.

Тем не менее, можно научиться намеренно приводить себя в состояние вдохновения, как, впрочем, и в любое другое. Точно так же можно научить заниматься творчеством и задавать направление воздействию его произведений на подсознание.

Но это – не обычное обучение. Это – обучение без объяснений и наставлений, без упражнений и заданий.

Безусловно, без объяснений, наставлений, упражнений и заданий не обойтись, но они не касаются напрямую того, чему я буду вас учить на самом деле.

Построим мы наш учебный процесс следующим образом: до обеда я занимаюсь с вами. После обеда вы работаете самостоятельно. И начнём мы это прямо сейчас.

В последний рабочий день года Ира объявила Яне и Роме, что всё, что на данный момент, можно было сделать в области фирменного стиля «Стиль-Кода», они общими усилиями сделали. Затем она достала папку с их работами первых двух недель и предложила почувствовать разницу.

Яна и Рома долго перебирали её содержимое, поглядывая на утверждённые Ирой образцы. Потом ещё какое-то время сидели в отрешённой задумчивости. В конце концов, Рома, глубоко вздохнув, произнёс:

– No comment.

– Ирина Борисовна, сожгите это! – в сердцах воскликнула Яна, и, утрированно изображая омерзение, откинула их с Ромой «шедевры» первых двух недель, вновь упакованные в папку.

Ира улыбнулась.

– После новогодне-рождественских каникул займёмся 3D графикой.

Больше всего моральных сил отнимал Александр.

Начав с ним работать, Ира перестала предпринимать попытки «ненавязчивых столкновений», однако они, будто по инерции, продолжались.

Александр, похоже, теперь считал Иру своим главным зрителем, а потому, заметив её присутствие, прикладывал дополнительные силы, дабы производить отталкивающее впечатление и достигал на этом поприще прямо-таки непревзойдённых высот.

Вторую и третью личные встречи с Ирой он посвятил доведению её до белого каления, однако на четвёртой вынужден был признать:

– Ирина Борисовна, а Вы неплохо держитесь.

– Спасибо за высокую оценку, Александр. У меня педагогическая закалка есть.

– Училка в прошлом? – с высокомерным презрением спросил Александр.

– Всего три года, но каких! Я в школу работать на спор пошла. Для меня специально сформировали класс, в котором я была классным руководителем и вела несколько предметов в течение их последних трёх лет школьного обучения.

В общем, целых три года передо мной сидело сразу тридцать четыре Александра. Подробностями можете поинтересоваться у Владислава Валерьевича. Он – один из них.

– Подождите, так что, наш Смородский – Ваш ученик, что ли?

– Да.

– Сколько же Вам лет?