Екатерина Трубицина – Хранитель чистого искусства. Аз Фита Ижица. Часть III: Остров бродячих собак. Книга 7 (страница 19)
Телесное повреждение не произвело на Стаса никакого впечатления. Он лишь усмехнулся и перевёл весёлый взгляд на Иру.
– Было бы с чего так орать.
– Женя догадается, – констатировала факт Ира.
– Ты из-за этого перепугалась? – Стас рассмеялся.
– Нет. Но Женя догадается.
– Ему тоже приходилось быть жертвой подобного кровопролития?
– Приходилось.
– А ещё кому?
– Больше никому. Я знаю, что могу натворить, и не даю себе волю. Женя же сам нарывался, приводя меня в состояния, в которых я была неспособна себя контролировать.
Стас вдруг резко стал серьёзным, откинул с Иры одеяло и провёл внимательным взглядом по её телу.
– Да уж, – проговорил он. – Если я ещё раз так расслаблюсь, ведь и убить тебя могу ненароком.
Ира попыталась привстать, но Стас вновь накинул на неё одеяло.
– Лучше не смотри. Я, конечно, ни в какое сравнение не иду с Лу, но кое-что все же умею. Закрой глаза. И не открывай, пока не скажу.
Ира послушалась. Стас снова откинул одеяло. Ощущения напоминали те, которые Ира испытывала, когда Лу убирала ей шрам. Правда, были гораздо резче и жёстче.
– Примерно так, – сказал Стас через несколько минут.
Ира окинула себя взглядом.
Сначала у неё закралось подозрение, что Стас подшутил над ней. Ведь он не дал ей посмотреть на то, как она выглядела «до».
Затем Ира заметила на своём теле отметины, которых вчера на нём не было. Но вид у них был такой, словно у давно заживших, но ещё не успевших полностью исчезнуть мелких травм кожного покрова, однако заметных, только если к ним приглядываться.
– А Женечка так не умеет?
– Умеет. И гораздо лучше меня.
– Для ликвидации последствий – что на моём, что на собственном теле – он всегда использовал нечто средне между мазью и настойкой. Ужасно жгучая штука!
– Ты считаешь, что привести тебя в состояние потери контроля – это детская игрушка?
– В таком случае, ты…
– В данном случае, я ничего не делал с твоим состоянием, лишь собственное оставил без присмотра. Больше не буду.
– А мне понравилось.
– Мазохистка!
– С чего ты взял? Я не испытываю удовольствия от боли.
– Эх! Надо было дать тебе полюбоваться. Если это не больно, то я – икебана в чернильнице.
Стас поднялся с кровати и некоторое время стоял, закрыв глаза, в глубокой концентрации. Затем он посмотрел на свою левую руку и несколько раз провёл по ней правой.
– Сойдёт, – заключил он и бегло окинул взглядом всё тело. – Остальное пусть само заживает.
«Остальное» выглядело настолько впечатляюще, что Ира, виновато потупив глаза, спрятала лицо в подушке.
– Да ладно тебе! – Стас усмехнулся. – Ты себя не видела.
Человеческие слабости
В четверг ещё одной постоянной клиентке Ихана понадобилось состояние крайней неотразимости в несусветную рань, а потому, как и вчера, Максим и Ира опять работали с семи утра. Несмотря на это, Ире снова не удалось завести разговор на тему особенностей реакции Александра во время вчерашнего обеда.
Не в пример своему первому вечеру в Сочи, Максим воздержался от бурного обмена впечатлениями с Иханом относительно проекта «человеческая жизнь» и вдумчиво вник в проект менее глобальный под названием «альманах». И не только вник.
К Ире он явился с ассортиментом фотоснимков, которые, на его взгляд, могли ей подойти. За два часа до официального начала рабочего дня они утрясли вопросы с подборкой, включая Ирины пожелания относительно того, чего бы она хотела ещё и что вчера в архиве Максима ей на глаза не попалось.
Обсуждение получилось настолько насыщенным, что Ира забыла обо всём остальном.
Как только о своём присутствии возвестил Гена, Максим ушёл с ним, обзаводиться рабочим местом. Все обитатели четвёртого этажа мужского пола вызвались ему помочь, но Максим забрал с собой только Рому.
В общем, обсудить с Максимом вызывающее вопросы поведение Александра не получилось. Зато получилось поговорить с самим Александром.
Новая версия под названием «Максим» по примеру предыдущей под названием «Руслан» не утруждала себя закрыванием дверей, а потому Ира без труда уловила одинокую поступь Александра, направляющегося в курилку.
– Ты чего это в гордом одиночестве? – спросила Ира с порога.
– Да вот вышел мозги проветрить от точек схода и исходных кодов.
– Так вы что там, все вплотную так и занимаетесь игрой?
– Да.
– А как же остальные заказы?
– Там дребедень всякая. Я её по удалёнщикам раскидал.
– Са-ша… – Ира посмотрела на него с намёком на недовольство.
– Ирина Борисовна, не лезьте. Знаете же, что кусаться буду. Мишин проект – это большая серьёзная работа для крепкой команды. Так что, оформлением макулатуры пусть займутся те, кто попроще.
Ира хотела возразить, но Александр ей не дал.
– Ирина Борисовна, и Вы, и я прекрасно знаем, что каждый, кидающий в урну смятую обёртку от чупа-чупса, мнёт и выбрасывает бессмертное творение самого Сальвадора Дали. Но! Если бы Сальвадор Дали творил в своей жизни лишь нечто подобное логотипу чупа-чупса, вряд ли этот логотип значил бы хоть что-то.
Понимаете, Ирина Борисовна, разработка, скажем, визитки безвестным дизайнером Яной Савиновой или Романом Лучко, независимо от гениальности этой разработки, стоит от трёхсот рублей.
А вот разработка той же самой визитки, но автором графического решения ряда игр-бестселлеров Яной Савиновой или Романом Лучко, тоже независимо от гениальности самой этой визитки, стоит на порядки дороже.
Что Яна, что Рома – я уже не говорю о Вас и о сеньоре Бональде – способны творить шедевры. А для того чтобы их шедевры можно было продать за шедевровые суммы, им нужно наработать имя.
Так что, на данном этапе, пусть визитки делают те, кто способен делать лишь визитки. А Яна и Рома – уже не говоря о Вас и сеньоре Бональде – займутся визитками тогда, когда произведённую ими визитку можно будет продать… Не хочу загадывать даже нижнюю планку.
Естественно, чтобы стартануть, всем приходилось делать рутинную работу, но сейчас этот этап уже пройден, а потому… Одним словом, ещё раз прошу Вас: доверяйте мне.
– Хорошо, Саша. У тебя есть время?
– Хотите поговорить о чём-то?
– Да.
– Пойдёмте.
Ира вышла, направляясь в свой кабинет.
– Ирина Борисовна, лучше ко мне. Там меньше вероятности, что кто-то помешает.
Когда они зашил в кабинет Александра, он закрыл дверь на ключ.
– Присаживайтесь, Ирина Борисовна. Я Вас слушаю.
– Саша меня очень заинтересовала твоя реакция вчера на обеде, – без вступлений и предисловий в лоб заявила Ира.
Александр усмехнулся.