Екатерина Тоток – Рассказы о людях (страница 2)

Она была загадкой не только для мужчин. Это пик женского колдовства, когда женщина – это загадка для подобных себе, тайна для других женщин, книга которую невозможно прочитать. В ней была своя изюминка. Она любила себя, и самое главное приняла себя, такую, какая она есть. Где то с недостатками, где то с не идеальной красотой, но сила её заключалась именно в самопринятии.

К 35 годам Инна осознала, что мужчина, который рядом с ней, это не её мужчина. Он больше не волновал её душу, не бередил сердце. Он стал для неё чем то тяжелым. Как будто грузом повис на её шее и камнем тянул ко дну. Его присутствие угнетало её, а его контроль сковывал и не давай ей жить и дышать полной грудью. А ведь жизнь только начиналась, и она это чувствовала. Жизнь звала её, а её мужчина не откликался на эти импульсы и позывы. И тогда, собрав всю силу и свой нежный кулак, она твердо сказала ему, что все кончено, что жизнь её продолжится без него, что она не хочет больше его присутствия в своей жизни и что теперь она свободна!

Разумеется, как и полагается, он не захотел её просто отпустить. Мужское собственничество брало верх! Он не мог понять, почему она уходит от него и по какому праву, и как вообще может существовать вне его мира, без него? Но решение Инны было железным. Ох, уж эти маленькие женщины! Столько воли и стойкости в их душе, что любой брутальный мужик бы позавидовал!

Не могу точно сказать, как прошел у них «разбор полетов» и «раздел имущества», но сейчас Инна летает. Глаза горят, душа поет, улыбка не сходит с её лица. Радуется, что предоставлена самой себе. Открыла для себя много нового в мире, увлеклась хоккеем и коллагеновой терапией, завела новых друзей, стала больше времени уделять старым. Даже работа оказалась в радость. Фитнесс, вкусная еда, прекрасная музыка и сама Весна – теперь все для неё!

«А еще мне нравится, как уходят красивые и гордые женщины, надменно и стремительно постукивая каблуками и хлопая дверью. Может, они потом сползают по ее обратной стороне и горько плачут, но уходят они замечательно…» – Эрих Мария Ремарк.

На вопрос, пойдет ли она теперь замуж, Инна отвечает, что это не исключено, ведь есть же любовь на свете.

Несомненно, женщина – это загадка. И если кто-то в жизни её разгадает, то это будет самый счастливый человек на свете.

Тот, кто как Бог

Михаил летел на своем огромном байке по ровной, пригородной трассе. Адреналин бушевал в крови, заставляя выкручивать на газ еще сильнее. Скорость его радовала. Мотоцикл дарил мужчине свободу, словно вырастали за спиной крылья. Сердце билось чаще от ощущения силы и мощи под ним. Он ловко обносил «фуристов», гнавших свои тяжеловозы до места прибытия, проносился мимо легковушек, так близко, что мог дотронуться рукавом кожаной куртки до их боковых зеркал. Он любил жизнь и скорость!

Михаил был уверенным в себе мужчиной, это можно было понять по его прямому, немного дикому взгляду. Глаза голодные, хищные, с легкой зеленой поволокой, будто волчья сущность покоилась в облике человека. Этот взгляд заставлял женщин падать в его объятия, не задумываясь. Он был грубоват, но это никогда не отпугивало стайку его поклонниц. Михаил гордился своим фан-клубом. Ему безмерно льстило, что за ним увиваются лучшие девушки города, а он меняет их как перчатки, лишь изредка задерживаясь на какой либо одной, избранной. Любовник он был страстный, искусный. Он безупречно чувствовал женское тело. Знал, когда нужно быть нежнее, а когда дать волю зверю, что сидит внутри. Любил он лишь однажды. Об этом чувстве он старался не вспоминать, потому что слишком много нервов и боли ушло на те года, что он провел рядом с той девушкой. Да и было это давно. Сейчас он другой человек. Много воды утекло.

Михаил был сыном местного олигарха. Однако отношения с отцом мужчина старался не поддерживать. Импульсивный и упрямый характер нашего героя, поставил между ними толстую стену. Отец, можно сказать, отказался от своего сына, лишив его материальной поддержки и помощи. Михаилу было на это совершенно все равно. Он продолжал вести разгульный образ жизни, гонять на мотоцикле, употреблять запрещённые вещества (что греха таить) и просто жить так, как ему было в кайф. Его Мединой была тихая мать. Он приезжал к ней, когда хотел скинуть утомление и отдохнуть от бесконечной мирской суеты. Она же, как женщина религиозная, всегда пыталась наставить сына на путь истинный, но он видел свою дорогу совсем по-другому. Ночь, темный асфальт и резвый конь под ним. Маму он любил. Она всегда была с ним добра, и окутывала заботой, он же старался меньше ее огорчать ( на сколько это было возможно).

Среди своих друзей он был лидером. Любил по-мальчишечьи понтоваться, набивая себе цену. За глаза, называл своих поклонниц «культ святого фалоса». Любил хвастать их количеством и качеством плотской любви, которой он их одаривает. В этом плане Михаил был типичный нарцисс. Друзья принимали его слова за правду. Спорить с ним никто не решался. Под два метра ростом, крупного телосложения, с навыками контактного боя, наверняка одним ударом мог запросто сломать челюсть или пару ребер. Друзья нашего героя думали, что Михаил всю жизнь будет именно таким: горячим, дерзким, непримиримым с нормами морали, нарушителем закона и любителем свободы. Но, как и в любом моем рассказе, мы подходим к абзацу о возникшей ниоткуда любви.

Любовь встретилась на его пути тонкой, белокурой, голубоглазой девчушкой, которая со всей своей решимостью, решила полюбить этого грубого и свирепого зверя. И чудовище превратилось в принца. В жизни Михаила появилась цель, а сама жизнь обрела глубокий смысл. Тихая гавань ждала его дома. Она покоилась в крепких руках этой хрупкой девушки.

Нет, Михаил не забросил байк, друзей, незаконные делишки и ночные вылазки, но он обрел того человека, который любит его и принимает таким, какой он есть. В этом и было его мужское счастье.

Через пару лет у них родился сын, такой же крупный и упрямый, как отец. Материнство сделало жену Михаила еще более мудрой и спокойной, а сам мужчина радовался, что роды не отразились на его тонкой и звонкой женщине.

Возможно, любовь не меняет людей, но она всегда делает нас лучше.

Злой человек

Много я видела на свете людей: богатых и бедных, красивых и особенных, гордых и преданных, любимых и несчастных, добрых и злых.

Он сидел передо мной, под лучом тусклого фонаря, и утверждал, что он злой. Злой до глубины своей бездонной души. При этих словах она улыбалась, а он, закрывая глаза, морщил лоб, создавая вечную морщинку меж бровей.

Всегда чем-то загружен, всегда в своих безрадостных мыслях. Он наблюдал за снежинками, медленно падающими в свете того самого фонаря, а она просто хотела понять и постичь его беспокойную душу. Покоя ей не давали его прозрачно-голубые глаза, в обрамлении пушистых русых ресниц. Всегда в этих глаза мелькали тени; тени сожаления, грусти, отчаяния, усталости; бесконечные и далекие тени прошлого.

При рождении Луна благословила его, наградя жаждой приключений и адреналина; беспокойным умом; белой прядкой в волосах, оставшейся после лунного поцелуя.

Он был маленьким, брошенным щенком, которого жизнь постоянно треплет и кусает, а он, бедный, не знает, как укусить её в ответ.

Всегда ищет сложные пути. Словно не существует других дорог, отвергает легкие – не веря в их простоту. Она бы не сказала, что это не правильно, но жить в сложностях – был совершенно не её путь.

Он лежал у неё на коленях, слушал её бесконечную трескотню и тараторство. Позволял ей называть себя разными нелепыми кличками, целовать в нос и закапывать теплые пальцы в волосах.

Кто он был с ней? Думал ли он вообще об этом? С ней он был собой, таким, каким всегда хотел быть. На время, улетали из его головы все проблемы; жить и дышать становилось легче, когда её губы касались его ладоней. Он часто улыбался, когда она валяла дурака. Улыбался так искренне, что мигом, легкая паутинка морщин окутывала уголки его глаз; появлялись мальчишечьи ямочки на щеках; оголялись ровные зубы с заостренными белыми клычками.

Он не понимал, что нашел в ней. Не понимал, почему все случилось так быстро. И не знал, как долго все продлиться. Не ведал, уйдет она сегодня, оставив ему ночной лес и свет фонаря, или подарит ему радость с утра, веселый голос в трубке и звонкий, задорный смех. Он боялся втянуть её в свой мир незаконный и грязный, боялся, что она будет страдать из-за него.

Себя он считал до глубины своей бездонной души злым и не хорошим. Винил себя за прошлое, не любил настоящее, страшился будущего. Тихую гавань видел в ней, в её тепле, в её молчании.

Она же, в свете тусклого фонаря, видела его добрую душу, чистое сердце, детскую непосредственность, которую в нем так старательно пыталась убить жизнь.

Люди добрыми рождаются, и добрыми умирают. И он, с одному ему ведомой злобой, не был исключением из этих мирских правил.

Он мог считать себя кем угодно, как угодно мог корить свою душу и терзать свой разум; мог совершать плохие поступки, нарушать закон; не любить людей, но она видела в нём целый океан тепла, океан необъятной доброты, океан света.

Письмо от не любимой женщины

Привет, мой любимый.

Пишу тебе ночью, при зажжённых свечах, думая о том, какие мы разные люди. Между нами огромная разница, которую никто не заметит, кроме меня, лишенной, в этот полночный час, всех иллюзий. Разница эта не видна внешне, она таится внутри нас. Мы словно с разных планет, будто не сотворенные одним творцом, будто один рожден светом, а другой тьмою.