Екатерина Тимашпольская – Тайная жизнь шестиклассника Сани Пастухова (страница 5)
– Рыжие.
– Длинные?
– Да.
– Она тебе сразу понравилась?
– Нет, кажется… а может… Давай не будем об этом?
– Расскажи мне, пап, пожалуйста.
– Вырастешь, тогда, – сухо сказал Павел Иванович, поцеловал Саню. – Спокойной ночи, сын! – и вышел.
– Да я вырос уже, пап, вырос, – пробормотал Саня в подушку. – Разве ты не видишь?
Он очень устал за этот длинный день и больше ни о чем не мог думать. Глаза закрылись сами, сон безоговорочно завладел сознанием, стало спокойно и безмятежно. Саня крепко заснул.
Тайна пятая
Театр
Когда Саня был маленьким, в театр с ним часто ходил папа. Где только они не были: и в кукольном, и в Театре кошек, и в музыкальном! Каждый отпуск Павел Иванович обязательно покупал билеты в театр, иногда к их мужской компании присоединялась бабушка.
Готовились заранее, наряжались. Мария Анатольевна доставала из красивой коробки духи, открывала диковинный флакончик в форме сказочного цветка, давала Сане понюхать, потом легонько брызгала себе на шею.
Больше всего Сане запомнился спектакль «Хочу к маме». Ему тогда только исполнилось пять лет. Они пошли в театр с бабушкой, папа был в командировке. Билеты им подарила приятельница Марии Анатольевны, умоляла не открывать конверт до последнего, говорила – «сюрприз, мои в полном восторге».
Павел Иванович, когда узнал, на какой спектакль они пошли, очень сердился и даже поссорился с бабушкой. Мария Анатольевна в очередной раз просила «рассказать правду мальчику, все равно когда-нибудь узнает», а Пастухов-старший категорически отказывался, потому что «сын маленький еще».
Сам Саня толком не понял, из-за чего ссорятся папа с бабушкой. А спектакль ему понравился – там маленькая обезьянка потеряла маму и животные, которых обезьянка встречала, помогали ее искать. В результате нашелся даже папа, ну а рядом с ним оказалась и мама.
Спектакль был интерактивный, артисты приглашали детей из зрительного зала прямо на сцену, маленький Саня с удовольствием бросался шариками из сухого бассейна и ловил резиновых зверей.
В конце, когда мама обезьянки нашлась к всеобщей радости, бабушка почему-то заплакала, а Саня радовался, хлопал в ладоши и смеялся вместе с другими детьми. По дороге домой он сообщил, что его мама тоже когда-нибудь найдется, нужно только лучше искать.
Театральная студия, куда Даша Терлецкая предложила Сане пойти, открывала новый сезон в школе. Режиссер набирал труппу и объявил конкурс. Нужно было прочитать стихотворение наизусть и сыграть в паре какой-нибудь этюд.
– Ну вы даете! Крутотень! Чего молчали? – поразился Витя, когда узнал, что Саня и Даша собрались на прослушивание. – Я с вами! Не пройду, хоть своими глазами увижу, как любовь разыгрывать на сцене.
– Да почему сразу любовь? – вскинулся Саня. – Мы что-нибудь смешное, юмористическое. Кстати, если ты так рвешься в артисты, можешь с нами вместе этюд репетировать.
– Куда же я без вас? – засмеялся Быстров. – А что, можно попробовать. Нас сразу возьмут и дадут комическую роль.
– Комедийную, – поправила его Даша. – Вить, есть предложения?
– Будут! К завтрашнему дню ждите. Встречаемся после уроков у Саньки.
– Почему у него? – спросила Даша.
– Блины вкусные у бабушки, во-первых, а во-вторых, бутерброды с индейкой, – невозмутимо ответил Быстров.
День в школе выдался тяжелый: контрольные по математике и русскому, диктант на английском и еще историк замучил датами, спрашивая домашнее задание на тему «Культура Западной Европы IX–XI веков».
– Ничего, дети, тяжело в ученье, – скороговоркой произнесла классная Ольга Алексеевна, когда шестиклассники приплелись к ней на последний урок – литературу. – Почитаем стихи Пушкина, тем более что скоро лицейские дни, и я вас отпущу.
– Ура, – вырвалось у Сани. – Нам репетировать надо. – Он посмотрел на Дашу.
– Я нашла интересный текст для этюда, – тихо сказала она. – Тебе понравится. Скорей бы урок кончился!
– Ольга Алексеевна! – Витя вдруг поднял руку. – Можно мне?
– Быстров? – удивилась учительница. – Тебе что, выйти надо?
– Не, я к доске хочу, Пушкина читать.
– Витька! – окликнул друга Саня. – Что ты задумал?
– Спокуха! Сейчас на классе проверим мои актерские способности.
Витя вышел к доске с очень прямой спиной. Широко расставил ноги. Посмотрел на портрет Александра Сергеевича на стене, левую руку заложил под лацкан пиджака, а правую поднял вверх, развернув ладонью к себе.
Все замерли.
Быстров читал стихотворение, слегка подвывая.
Витя согнул колени и вытянул вперед руки, показывая, как именно он едет на коне.
Быстров повернул голову набок, прищурился и позвонил в колокольчик, видимый только ему.
Кто-то из ребят хихикнул.
Витя выпучил глаза и захрипел.
К смеющимся на последних партах присоединилось несколько человек с первых.
Тут Быстров закричал и подпрыгнул.
Витя застонал, как если бы это делал ямщик.
Витя потер глаза.
Он рубанул по горлу рукой.
Быстров пожал плечами и продолжил таинственным жутким шепотом:
Витя завертелся на месте, приложил руку козырьком к глазам, будто пытался отыскать кого-то.
Смех, прорывавшийся маленькими фонтанчиками то сзади, то впереди, наконец-то пробил себе дорогу. Хохотали все.