Екатерина Тимашпольская – Просто возьми меня за руку (страница 12)

– Понятия не имею. Может, решил перейти сюда, может, его кто-то позвал… Девчонки сказали, вроде у него друг здесь учится, в девятом. Может, он просто решил на дискаче потусоваться.

– Или к тебе приехал. Он тебе нравится?

– Так же, как тебе Малютина. И Лопатин не знал, что я здесь учусь. Хватит! Пожалуйста!

Федя потер красное ухо.

– Можно неприличный вопрос?

– Ну если только очень неприличный. – Аля села поглубже на скамейку.

– Почему ты ложишься в больницу каждые полгода? Ты больна? Это что-то серьезное? Ты не умрешь?

Аля неожиданно засмеялась.

– Слушай, давай пойдем куда-нибудь? Кофе выпьем горячего или чая. – Она протянула ему руку: – Вставай, ты скоро превратишься в ледяное чудище.

Федя попытался улыбнуться закоченевшими губами, но вышла только страдальческая гримаса.

– Кажется, ты права, – хрипло сказал он, оперся на Алину руку и встал.

Снег превратился в настоящую метель. Сквозь белую завесу едва можно было рассмотреть две темные фигуры. Они шли, держась за руки и одинаково уклоняясь от ветра.

Дома Аля сразу ушла в свою комнату, не обращая внимания на сердитый голос мамы: «Александра, куртка вся в снегу – выйди на лестничную клетку и почисти! Сейчас все в воде будет!» Достала телефон из рюкзака.

Может быть, действительно рассказать Феде о моей болезни? Не знаю… А что я ему скажу? Что лекарства нет и я скоро умру? Хотя зачем я себя обманываю, я ведь не знаю, когда умру. Это зависит от того, как РС будет прогрессировать, а прогрессировать он точно будет. Игорь Валентинович говорит, что будет танцевать на моей свадьбе, но, думаю, это просто слова надежды, чтобы я продолжала бороться. Странно, правда? Продолжала бороться. Как можно бороться с кем-то, заранее зная, что этот кто-то победит и бой неравный. Мама поддерживает Игоря Валентиновича и твердит, что главное для нас – выиграть время, продержаться как можно дольше, а потом человечество что-нибудь придумает. Что может придумать человечество, если люди до сих пор не могут договориться не убивать друг друга? Да и зачем Феде все это знать? Подумаешь, один раз прошлись за ручку под снегопадом. Это вовсе не означает, что мы вместе. Федя странный, я не всегда понимаю его, хотя себя я вообще не понимаю. И что тогда требовать от него? Иногда мне хочется рассказать кому-то о своей болезни, Тане, например, или Максу. А потом я думаю, а смысл? Долго объяснять, что такое РС и как от него умирают? Начнутся вопросы, на которые я не готова отвечать. А вообще зачем объяснять, если меня никто и не спрашивает? Все знают, что два раза в год я ложусь в больницу на две-три недели, и никто не спросил почему. Мама говорит, что им все Екатерина Михайловна объяснила и они стесняются спрашивать, чтобы не сделать мне больно. Смешные, мне было очень больно, когда умерла Кристина, и я не хочу испытать такое еще раз, поэтому я не позволю себе ни к кому приблизиться, тем более к Феде.

Глава 7

Ромео и Джульетта

Сразу после новогодних праздников Аля легла в больницу, а когда вернулась в школу через три недели, уже наступил февраль.

– Вот и ползимы пережили! – шепнула она Тане. – Таким темпом скоро до весны доберемся, а там и до лета недалеко. Больше всего на свете я люблю июль. Жара, сено, лошади, речка!

– Размечталась! – Таня вздохнула. – Еще так долго! Столько диагностик, проверочных, итоговых, брр! Гадость!

– Что у нас случилось плохого? – В класс влетел Федя. – О, Аль, привет! Я думал, ты завтра придешь.

– А я сегодня. – Аля пожала плечом. – Надеюсь, я единственное «плохое» на сегодня.

– Вовсе нет, – пошел на попятную Рысин. – У нас новенький!

Аля посмотрела на подругу:

– А ты мне ничего не сказала.

– Забыла! – Таня махнула рукой. – Не бойся, это не Лопатин.

– А кто?

– Никита.

– Что? Кто? – Аля обернулась.

– Никита, – повторил высокий худой темноволосый парень. – Долин.

– Оригинальная фамилия, – хмыкнул Фе-дя. – Главное, редкая.

– Не обращай на него внимания, Никита. – Аля строго взглянула на Рысина. – Он всегда такой, со всеми.

– Я и не обращаю. У вас все равно здесь лучше, чем там, откуда я приехал.

– А откуда ты приехал? – спросила Аля и вытащила учебник алгебры из рюкзака.

– Из Ижевска.

– Это где? – Таня открыла тетрадь и записала число.

– В Удмуртии.

– Ты удмурт? – Федя бросился от двери к своей парте. – Галина Пална идет!

– И что, если и удмурт? – Долин напрягся.

– Чел, да я шучу, не парься! – Рысин судорожно рылся в рюкзаке. – Всё, люди, я труп: тетрадь с домашкой забыл.

– У нас там школа такая была… короче, учителя не очень добрые, – сказал Никита и сел на свободное место.

– А здесь одни добряки! – обнадежил его Федя. – Сейчас сам убедишься.

– Рысин! – от двери раздался громкий голос Галины Павловны. – Тебя с первого этажа слышно! Давай к доске иди с домашним заданием. Я чувствую, что ты готов и будешь рад всем это продемонстрировать.

Федя опустил голову и поплелся к доске.

– Активнее, Рысин, активнее, не нужно изображать походку обреченного на казнь человека. Итак, дай определение квадратному корню.

– А, ну это легкотня. – Лицо Феди просветлело. – Квадратным корнем из неотрицательного числа a называется такое неотрицательное число, квадрат которого равен a.

Галина Павловна кивнула.

– Хорошо. Напиши пример.

Федя взял стилус и повернулся к электронной доске.

На перемене все столпились вокруг новенького.

– Никит, а ты там у себя в Ижевске в какой школе учился? В обычной?

– А спортом занимался?

– Что ты любишь читать?

– А есть? Салат цезарь пробовал? Ты был в нашей пиццерии?

– Как ты относишься к дружбе между парнем и девушкой? Или считаешь, что такой не бывает?

– Почему ты переехал? Ты один в семье? У тебя папа есть? А братья с сестрами?

– Что ты собираешься делать здесь? – вопросы сыпались со всех сторон.

Никита не успевал отвечать.

– Смотри, чел, – присвистнул Федя. – Прямо как на пресс-конференции. Мог ли ты, простой парень из Ижевска, подумать о таком жарком приеме в столице нашей Родины?

– Достаточно! – снова осадила его Аля. – Что на тебя нашло сегодня?

– Ревность! – Макс поднял палец вверх. – Это она, я точно знаю.

– Я тебе сейчас двину, – предупредил Макса Рысин. – Не посмотрю, что ты будущая мишленовская звезда.

Макс добродушно усмехнулся.

– А у вас весело! – Никита взглянул на часы. – Сейчас урок начнется. Снова алгебра? В другой кабинет не надо идти?

– Сейчас литература. Потопали на первый этаж. – Федя хлопнул новенького по плечу и повернулся к Максу: – Не сегодня. Сегодня я не в настроении.

Екатерина Михайловна изобретала необычные задания. Чего стоил «Репортаж из зоопарка»! Его еще долго обсуждали после публикации в газете и специального выпуска программы на школьном телевидении. Андрей написал текст, Матвей обработал фотографии, а Катя рассказала в интервью о своем приключении в вольере. Страус Цезарь стал необыкновенно популярным, и в зоопарк съездили все классы, включая началку, а фото с Федей, падающим к ногам страуса, собрало рекордное число лайков в соцсети.

На этот раз Екатерина Михайловна предложила совершить литературный экскурс в эпоху Возрождения, которую как раз проходили на уроках истории. Еще до Нового года пробовали читать «Божественную комедию» Данте Алигьери, рисовали круги ада и рая, смотрели картины художников того времени.