Екатерина Стрингель – Агент призрака. Книга 1. Духи Минска (страница 3)
Она попыталась закричать, но не смогла издать ни звука. Тело словно парализовало, как это бывает в кошмарных снах. Телефон рухнул на пол, а вслед за ним – обмякшее тело Насти. Тишину нарушал только звук работающего рефрижератора.
– Милая, ты в порядке?
Над Настей нависла та самая милая женщина-продавец. Ее короткие светлые волосы были взъерошены, а красный жилет с логотипом магазина «Стрела» – расстегнут. Настя потрогала голову: она раскалывалась, как после наркоза.
В помещении сильно пахло сигаретами, Настя лежала на красном кожаном диване в знакомом кабинете. Она, с трудом приподнявшись, села на край и начала осматриваться по сторонам.
– Где я? – тихо спросила Настя.
– Милая, ты помнишь, как тебя зовут? – голос женщины в красном жилете звучал взволнованно.
– Да, меня зовут Настя. Где я нахожусь? – Память медленно возвращалась к ней, пробираясь сквозь боль в голове и туман.
– Ты у меня в кабинете, в магазине «Стрела». – Директор сидела в кожаном кресле, закинув ноги на стол, и затягивалась тонкой сигаретой.
– Раиса Георгиевна, могли бы вы пока не курить? Видите, девочке плохо. – Та закатила глаза и потушила сигарету. – Вот, попей водички.
Милая женщина протянула стакан воды. Настя залпом выпила его.
– Ты помнишь, как упала в обморок? – мягко продолжила спрашивать продавец.
– Не-а, – искренне ответила Настя.
– Я нашла тебя в камере, когда относила брак, ты лежала на полу без сознания. Я очень испугалась! Наш грузчик Олег отнес тебя в кабинет. Если бы я не пошла туда, непонятно, сколько бы ты так пролежала. Там же холодно, могла и замерзнуть до смерти!
– Кто‐то закрыл дверь и выключил свет, пока я была там, – пролепетала Настя.
– Странно: когда я спустилась, дверь была не заперта и свет горел. Милая, у тебя очень бледный вид, ты ела вообще сегодня? – почти с родительской заботой в голосе спросила продавец.
У Насти кольнуло сердце и на глаза накатились слезы от обиды за всю эту ситуацию в первый же рабочий день, а еще оттого, что впервые за долгое время к ней кто‐то отнесся с теплом и заботой.
«Неужели мне все это показалось? И дверь, и этот страшный силуэт?»
– Да как‐то не особо… – Настя вспомнила пропущенный завтрак и покраснела.
– Ясно. Молодежь. Не бережете вы свой организм! А потом удивляетесь, откуда столько болячек вылазит после сорока. Посиди, сейчас вернусь. – Милая продавец вышла из кабинета, оставив Настю наедине с Раисой Георгиевной.
– Сильно ударилась? – ее голос прозвучал непривычно мягко.
Настя потрогала затылок: под волосами пульсировала большая шишка.
– Достаточно, – коротко ответила Настя, боясь сказать лишнего.
– У меня к тебе предложение. Пусть этот случай останется между нами, девочками, – ворковала директор. На секунду Насте даже показалось, что она не такая уж и злая. – А я разрешу тебе сделать заказ таким, как ты хочешь, а? Нам сейчас ни к чему лишняя шумиха вокруг магазина.
– Да, конечно. Я и не собиралась никому рассказывать. Это же я упала в обморок, вы не виноваты, – смущенно пролепетала Настя, вертя в руках пустой стакан.
Дверь в кабинет открылась, вернулась продавец. Одной рукой она держала кружку, другой – пакет с изображением стрелы. Над кружкой поднимался пар, а сбоку свисал ярлык чайного пакетика.
– Вот, принесла тебе чай и круассаны. У нас очень хорошая выпечка – лучшая на районе! Мне кажется, ради нее в наш магазин и ходят. Взяла тебе один с ветчиной, а второй со сгущенкой, и чай с мятой, – мягко сказала женщина, протягивая пакет. Синюю кружку с надписью «Марина» она поставила рядом на пол.
– Спасибо большое! Не знаю, как и благодарить вас… – растрогалась Настя.
Слезы все так же подкатывали к глазам, застряв большим горьким комом в горле. Она взяла кружку и попыталась его запить чаем. Горячий напиток согревал изнутри, приятно пощипывая язык вкусом перечной мяты. Круассаны оказались еще вкуснее, чем она себе представляла, стоя недавно у кондитерского отдела и наблюдая, как их достают из печи.
«Бойся своих желаний. Я, конечно, хотела их попробовать, но точно не так…» – промелькнуло в мыслях у Насти.
Она почувствовала, как боль в голове постепенно утихает, а туман в сознании рассеивается. Затылок все еще болел, но уже не так сильно.
Настя поблагодарила продавца, попрощалась с директором и вышла из магазина на улицу. Она жадно вдыхала свежий воздух, наполненный ароматом цветущей возле магазина сирени. Проспект заливало горячим майским солнцем, короткие тени от деревьев и столбов говорили о том, что сейчас уже полдень. Духота мгновенно накрыла Настю одеялом тепла, слегка обжигая кожу на руках.
Она пошла в сторону остановки, села на скамейку и стала ждать автобус. Память постепенно начала возвращаться, в голову приходили образы и воспоминания из той страшной камеры. Еще она вспомнила, что, пока находилась в отключке, видела сон: кадры в сознании быстро менялись, не задерживаясь на чем‐то конкретном, отдаленно слышался вой сирен, незнакомые люди с коробками в руках спускались в подвал. Вой сирены прерывался оглушительными взрывами, лица людей исказились ужасом. Дети закрывали уши руками и плакали. Взрослые обнимали их и старались успокоить. Помещение сильно напомнило подвал «Стрелы».
«Это просто очень странный сон. Наверняка я потеряла сознание из-за того, что не ела целый день. Плюс перепад температур. На улице жарко, а в камере холодно. Скакануло давление, и вуаля – я лежу без сознания».
Настя села на переднее сидение подъехавшего автобуса.
«Или это все же побочное действие резкого прекращения приема антидепрессантов».
Она посетила оставшиеся по маршруту точки и, совершенно измотанная, поехала домой. Когда она уже выходила на своей остановке и медленно плелась в арку родной блочной многоэтажки, позвонил Борис.
– Рассказывай, как ты уговорила Раису Георгиевну на такой большой заказ? Ты ее пытала? – из трубки доносился непривычно веселый и довольный голос начальника. На собеседовании и во время стажировки он всегда был очень серьезным и даже хмурым, но сейчас словно светился от радости.
– Я… Нет, ничего подобного. Просто так получилось, – смущенно протянула Настя.
– В четверг, кстати, будет собрание в офисе с торговой командой. Приезжай, расскажешь про свой тайный метод, – мягко сказал Борис.
– Пусть это будет моим секретом. А то вдруг уволите меня и сами будете его использовать, – Настя попыталась перевести скользкую тему в шутку.
– Вот это я понимаю – серьезный подход! Ладно, отдыхай. До встречи в четверг на собрании! – Борис снова стал серьезным и, не дождавшись Настиного ответа, положил трубку.
Поднимаясь по лестнице подъезда, Настя решила проверить почтовый ящик: вдруг что‐то пришло. Среди цветных листовок с рекламой лежал пухлый белый конверт. Она перевернула его, в графе отправителя значился местный исполком, отдел по жилищным вопросам. Настя зашла в квартиру, не разуваясь распаковала письмо, начала читать и ахнула.
Настя почувствовала, как пол уходит из-под ног, стало тяжело дышать, в глазах потемнело, а к горлу снова подступил комок. Она сползла по стене на пол, закрыла глаза, из которых уже побежали струйки горячих слез, обняла себя за колени и тихо застонала от боли в груди.
«Мам, пап… Почему вы оставили меня одну разбираться со всем этим?»
Глава 2. Созвездие Пегаса
Блестящий потолок с изображением звездного неба мерцал аккуратно встроенными лампочками. Настя любила лежать и рассматривать созвездие на нем. Ее папа, будучи астрономом, несколько месяцев выбирал картинку для принта, остановился на созвездии Пегаса. Настя очень любила в детстве смотреть мультик «Геркулес», и Пегас стал ее любимым персонажем, потому что казался очень обаятельным, красивым и своенравным. Отец решил сделать ей приятное и заказал изображение именно этого созвездия.
Настя жила сама по себе уже целый год и все никак не могла привыкнуть к этому. Родительские деньги на исходе, поэтому пришлось взять себя в руки и устроиться на работу. Без образования и малейшего опыта найти что‐то оказалось не так уж и просто. Настя обошла около десятка самых разных собеседований: от официантки до оператора печатного центра. И везде получала отказ.
О работе в торговле даже не задумывалась, пока не встретила одноклассницу Наташу. Та устроилась работать торговым агентом и отлично себя чувствовала. Настя тоже начала искать вакансии торгового агента. Так и оказалась в компании «ОРА».
«Точно! Нужно же довезти мой аттестат из школы в отдел кадров», – вспомнила Настя.
Она встала с дивана и пошла к шкафу с сейфом. Начала искать аттестат среди кучи документов и старых фото. Нащупала что‐то мягкое. Это оказался квадрат, вырезанный из клеенки. Та самая бирка, которую надевают детям на руку при рождении, с указанием роста и веса. Рука дрогнула, Настя выронила бирку и медленно присела рядом с ней.
Каждое утро Настиного дня рождения начиналось с того, что папа приносил букет роз, обвязанный лентой с этой биркой, и будил словами: «Просыпайся! Сегодня родился наш драгоценный цветочек».