Екатерина Стрелецкая – Жена по контракту, или Фиктивный брак для попаданки (страница 88)
Стены грохотали так, как будто и в самом деле двигались, сыпалась каменная пыль и труха, но стоило ткнуть кулаком в ближайший выступ, как моя рука легко прошла через него. Мазнув случайно сорвавшейся с ещё одного угла по щеке ладонью, я зашипела от боли. Разорванные мочки ушей сильно жгло, но именно это чувство окончательно отрезвило меня. Заставить войти себя в реалистичную иллюзию было непросто, потому как мозг отказывался принять, что нас не размажет в лепёшку. Попытка призвать огонь успехом не увенчалась, так как мою магию просто слизало, как корова языком. А потом мы уткнулись в настоящую стену. Но впереди был путь! Я это чувствовала! Практически знала!
– Тайма, иди вдоль этой стены!
Внезапно пол под ногами в очередной раз обвалился. Скатившись по ступеням, мы едва смогли устоять на ногах, так как стены по-настоящему уже ходили ходуном, как при сильном землетрясении. Найл каким-то образом узнал, что одна из серёжек – артефакт, поэтому можно рассчитывать на то, что про план с Эмрисом я не слышала. Нужно как можно быстрее добраться до мальчика, пока не стало слишком поздно. Если меня хотели столкнуть с лестницы, то вполне всё можно будет списать на обезумевшего от потери уже второй жены Эрола. Но внезапно откуда-то донеслось веяние знакомой силы, причём совсем рядом с тяжёлой аурой чернокнижника. Что за чертовщина?! Зато здесь родовое пламя Тэйнайлов откликнулось и не стремилось бесследно исчезнуть. Эмрис был где-то рядом. Левое запястье противно хрустнуло, но в целом кисть слушалась, так что можно было на него не обращать внимания. Переломом больше – переломом меньше, плевать. Если магия больше ничем не ограничивается, есть шанс, что заживёт быстро. Если бы не она, то после всех падений, даже подняться не смогла. А так всего лишь небольшая передышка, и я готова была бежать дальше. Вот только Тайме повезло меньше. Видимых повреждений не было, но девушка дышала тяжело и очень осторожно.
Сорвав с платья одну из фальшивых пуговиц, я дрожащими пальцами разъединила её на две половинки и похлопала Тайму по щекам:
– Сиди и не двигайся. Лекарство рассосётся, и тебе станет легче.
Что там намудрил Деклан в одном из своих экспериментов, мы так до конца и не поняли, но убрать часть повреждений и дать возможность Тайме протянуть до прихода помощи, спрессованное в таблетку снадобье должно.
На всякий случай я оторвала ещё две пуговицы и сунула в разные карманы. Прислушавшись к собственным ощущениям, я растерялась, потому что сейчас чутьё показывало одновременно два направления! Внезапно аура чернокнижника исчезла, зато вибрации источника проявились!
Рванув в ту сторону, я едва не налетела за очередным поворотом на... Эйслинн!
Глава 91. Не на жизнь, а насмерть
– Ты что здесь делаешь?! Как вообще попала?!
– Я должна помочь. Надо идти туда. Просто поделюсь, и всё будет хорошо.
Достаточно было внимательнее присмотреться, чтобы увидеть пустые глаза девочки. Учитывая, как слабеет след Эмриса, вывод напрашивался только один: источник в очередной раз сделал ставку на полноценного, с его точки зрения, наследника, используя Эйслинн просто как транспортировочный сосуд! А если вспомнить, с какой скоростью я пронеслась по замку, когда вернулись Эрол с Дарстом, скорее всего, такими же вспышками девочка преодолела расстояние между замками. Какую часть себя проявил источник в Эйслинн? Треть? Четверть? Таких повреждений, как у меня, у девочки не было, значит, можно попробовать переломить ситуацию в свою сторону.
Я помнила, как происходила передача силы, и, крепко обхватив запястья Эйслинн, призвала всё своё пламя. Как у жены главы рода, получившей часть его родовой магии, у меня был перевес по праву старшинства, а не крови. Из-за связи иеритэни-этерн, мы с Эролом в магическом плане считались за единое целое, следовательно, забрав силу источника, как бы передавала её мужу. Ну, или оберегала, действуя в его интересах. Источник всячески сопротивлялся и не хотел перетекать ко мне. От напряжения едва пальцы судорогой не свело, но неожиданно стало легче. Вначале я подумала, что источник снова решил превратить меня в ходячую головешку, но потом увидела, как чернота на правом запястье превращается в причудливую вязь, повторяя узор на ажурной оправе обручального кольца. Словно наяву, в голове прозвучала фраза главного жреца, что боги признали наш брак с Эролом.
Очнувшись, Эйслинн виновато опустила голову:
– Я просто хотела помочь.
Погладив девочку, я поцеловала её в макушку:
– Знаю, солнышко, знаю. От меня никуда не отходить, с инициативами не геройствовать, о нападении предупреждать!
Что делать, когда позади раненная служанка, рядом ребёнок, а где-то впереди ещё один в пограничном состоянии между реальной жизнью и танмортом?!
Словно по запросу из полумрака выплыл силуэт Эмриса. Но ночь ещё не вступила в свои права, а потому оболочка едва была отличима от серых стен. Деклан предупредил, что в такой состоянии касаться танморта категорически нельзя, а потому я медленно начала отступать назад, потянув Эйслинн за собой. Эмрис снова, как приворожённый шёл на блеск камня в моём обручальном кольце. Даже перевернув его и сжав в ладони ничего не изменилось.
– Это же он, да? Он? – Эйслинн замерла, как вкопанная, и отказывалась сдвинуться с места.
– Да, Эмрис. Но касаться его нельзя, иначе погибнет!
Услышав своё имя, танморт остановился, замерцав, будто был соткан из тысячи крохотных звёздочек.
– Эмрис... – повторила вслед за мной Эйслинн и вытянула вперёд свою ручку.
Не успела я ничего сделать, как танморт исчез, чтобы возникнуть перед сестрой. Их пальцы соприкоснулись, а откуда-то впереди раздался истошный визг и звон бьющегося стекла. Испугавшись не на шутку, что Эмрис сейчас исчезнет навсегда, я отпустила руку Эйслинн, но оболочка танморта становилась визуально всё плотнее, хотя сиять не перестала. Да откуда?! Всё же забрала у девочки! Визг вместе со звоном не исчезали, а становились всё громче. Рванув туда, я едва не вынесла полуприкрытую дверь.
Посреди какой-то странной лаборатории истошно исходила на крик Горлэйт, выдёргивая осколки из своего лица.
– Это ты! Ты изуродовала меня!
Тем временем артефакты, которыми было обложено настоящее тело Эмриса, продолжали взрываться, выпуская на волю едва видимые фиолетово-серебристые искорки. Горлэйт схватила какой-то сосуд и собралась плеснуть на мальчишку, но я смела её в сторону потоком огня.
– Это моя сила! Она должна была стать моей!!!
Плевала я, что там какая-то неуравновешенная барышня хотела. Подбежав к Эмрису, я попросту переколотила об пол оставшиеся артефакты, не подпуская Горлэйт близко. Но та просто обезумела и начала кидаться в мою сторону всем, что попадалось под руку.
– Эйс! Веди сюда Эмриса!
Воспользовавшись тем, что Горлэйт отвлеклась, я ударила её металлическим штативом с какими-то прикреплёнными к нему эластичными трубками. Согнувшаяся пополам железяка полетела в сторону, сметая со стола какие-то установки. Я вцепилась в девушку, оттаскивая как можно дальше от выхода из лаборатории. Но Горлэйт сдаваться не собиралась, колошматя по мне руками и пиная ногами. Её не останавливал ни мой огонь, ни удары обо все поверхности, которые попадались по пути. Двойняшки медленно вошли в лабораторию, только теперь уже держась за руки.
– Эмрис, возвращайся в себя! Займи своё тело!
Кое-как мне удалось избежать столкновения с детьми и выволочь Горлэйт в коридор. Совершив рывок, я отбросила от себя девушку. Раздался глухой удар об стену, сопровождаемый противным хрустом, а потом тело безвольной куклой рухнуло вниз.
– Ты убила мою дочь!
Обернувшись, я увидела разъярённую Карей, стоящую на нижней ступеньке малоприметной узкой лестницы. Женщина судорожно сжимала кулаки, испепеляя меня взглядом, полным ненависти. Но что хуже всего, по телу пробежали едва заметные голубоватые всполохи. Но как так-то?! Эмрис не её сын, совместных детей с лордом Вилиарте у них не было... Бросив быстрый взгляд на замершую навеки Горлэйт, тут же мысленно поправила себя: теперь нет. Пусть мой огонь был привычного оранжево-красного цвета, но в нём непременно присутствовали фиолетовые искры – знак принадлежности к роду Тэйнайл. Аметисты – Тэйнайлы, топазы – Вилиарте. Отличительные знаки родов. Справиться с одной обезумевшей девушкой оказалось не так-то просто, но вот с её магически одарённой матерью придётся сойтись не на жизнь, а на смерть, учитывая, что ставку сделала она.
Пламя охватило меня, окутав плотным коконом, но тут в коридор выскочили перепуганные дети. Эйслинн-то крепко стояла на ногах, а вот её брат был ещё слишком слаб.
– Две жизни за одну. Прекрасно! – хищно улыбнувшись, Карей запустила в двойняшек сгусток огня.
И мне не оставалось ничего иного, как снять с себя защиту и заставить её возникнуть вокруг детей.
– Не трогай их!
Но Карей продолжала палить. Чувствовалось, что магией ей приходилось пользоваться редко, но каждый сгусток, словно разъедал пламя, пробивая в нём бреши. Я сама-то разобралась, как можно управлять полученной силой больше интуитивно, опираясь на рассказы Эрола и подсказки истоника, когда слилась с ним. Однако до полноценного владения магией мне было далеко. Чтобы перетянуть на себя оставшуюся силу источника из Неданлора, нужно было время, но его у меня не было. Я сделала очередной рывок и напала на Карей. Обжигая её тело своим огнём, мешала сконцентрироваться, чтобы призвать очередной сгусток. Женщина завопила и попыталась скинуть меня с себя.