Екатерина Стрелецкая – Ссыльные лекари - Екатерина Стрелецкая (страница 62)

Крутясь неподалёку, я то и дело поправляла сползающее с плеч платье, так как не привыкла ходить с оголёнными плечами. Мне не было холодно, ведь мы оказались в одной из южных частей Леннерана, где лето наступает гораздо раньше, чем в Веройсе, но вот эти постоянные подтягивания рукавов нервировали ещё больше недосказанности Ланса... Хорошо, что я вовсе обнажённой не осталась, ведь по моим ощущениям ткань на спине должна была разорваться во время превращения в Чёрного херувима в клочья. Однако каким-то чудом остатки материи продолжали держаться у основания крыльев, не давая платью окончательно свалиться.

– Тебя что-то беспокоит, Риона? – ладони Ланса мягко опустились на мои плечи.

– Раздражает, что рукава не держатся на месте, такое ощущение, будто голая...

– У тебя прекрасные плечи, Риона. Даже жаль, что мода этих мест не предусматривает подобный верх у платьев – бесконечно бы тобой любовался в таком виде.

– Даже стыдно в таком виде являться к твоему отцу. Одного понять не могу, почему на Дексаре рубашка в клочья не разлетелась, когда он распахнул крылья? Так же, как и каким образом на мне ещё платье держится. С тобой-то всё понятно.

Ланс подхватил меня под руку и повёл к тому самому загадочному пентагруму, которым оказалась пентаграмма:

– Это как раз таки легко объяснимо: Дексар скрыл свои крылья мороком, чтобы посмотреть на твою реакцию. А так... Когда происходит смена ипостаси, либо демон на некоторое время убирает свои крылья, например, на время сна, то они не раскрываются сразу. Вначале появляется острый, как хорошо наточенный кинжал, костяной кончик, способный прорезать не только одежду, и только потом обрастает оперением. Просто всё происходит настолько стремительно, что кажется, будто крылья появляются как бы из ниоткуда и уже во всей красе. Если приглядишься к демонам, обитающим на Зерейре, то заметишь, что на их одежде уже есть специальные прорези, позволяющие без лишних проблем и порчи тканей пользоваться тем, чем природа наградила. Так что не переживай. А теперь нам пора.

Показав мне, куда следует встать, Ланс подхватил за кожаный брючный ремень тело Дексара вместе с по-прежнему торчащей из него пикой и затащил в центр. Снова прозвучал тот странный язык, который я слышала сразу после смерти деверя, язычки пламени вспыхнули настолько ярко, что на миг даже ослепла, а когда зрение вернулось, лес исчез. Вместо него нас окружало множество высоких колонн из чёрного мрамора с серебристыми прожилками.

– Вам не было дано позволение вернуться из пожизненной ссылки, таэрус Лансар, – навстречу нам вышел демон, закованный в кожаные доспехи.

– У нас особое дело к Владыке мира, – Ланс кивнул на тело брата, которое держал.

Стражу хватило всего одного взгляда на пику, чтобы в его руках тут же материализовался чёрный посох, которым ударил в отделанный таким же сортом мрамора, что и колонны, пол. Я даже глазом моргнуть не успела, как мы оказались перед троном Владыки Зерейра. Мне не удалось разглядеть не то что лица отца Ланса, но даже его фигуры, так как всё пространство около трона было укутано плотным чёрным туманом, в котором определённо кто-то находился.

– Зачем ты явился, нарушив условия, на которых тебе была сохранена жизнь? – прогремел, словно раскат грома, голос.

Ланс швырнул вперёд тело брата:

– Дексар явился ко мне и захотел убить с помощью сакраланса, который украл из сокровищницы рода. По закону поединки с ссыльными наследниками запрещены в силу того, что сила последних усекается и не могут быть признаны.

– Я знаю закон! А вот ты в очередной раз его нарушил!

Голос моего мужа внезапно приобрёл металлические нотки, даже холодом повеяло: – Однажды я последовал закону, и погибла аксора Эрена, однако нарушив его, чтобы впредь подобного не случилось, получил смертный приговор.

– Молчать!

За что Ланс был сослан, я была в курсе, но вот почему за напоминание о прошлом Владыка так отреагировал, если у них действительно выживает сильнейший и никакими методами огни не гнушаются, загадка. Хотя кто этих демонов разберёт?

Однако мой муж проигнорировал приказ и продолжил: – У меня есть веские основания полагать, что пятерых ваших наследников-Всадников, а также членов их семей, Дексар лишил жизней с помощью сакраланса, а потому такие поединки, соответственно, не могут быть учтены.

В тронном зале на короткий промежуток времени воцарилась тишина, после чего к распростёртому на полу телу от трона метнулось чёрное дымчатое щупальце и выдернуло пику. Какие-то доли секунды, и она исчезла в тумане, зато к моему огромному ужасу Дексар пошевелился, а затем, пошатываясь, встал на ноги. Однако не успел и шага сделать, как его объяло чёрное пламя, превратившее этого подонка в горстку пепла настолько быстро, что предсмертные крики длились минут пять от силы, не дольше. Но когда такие же языки огня окружили Ланса, я заорала во всю мощь собственных лёгких, едва не начав замораживать всё вокруг из-за спонтанного выброса силы. В разные стороны от меня начали расползаться острые ледяные колья, по которым перетекал огонь, но почему-то не плавил. Если уж Владыка решил прикончить непокорного сына, то и мне особо сдерживаться не имеет смысла, всё равно итог один будет. Однако пламя, охватившее Ланса, погасло и без моего участия: от трона в нас обоих хлынул тот самый туман, а когда отпрянул, то даже последствия моего всплеска исчезли.

– Интересный выбор, но правильный... – снова раздался голос Владыки, в котором я уловила лёгкое одобрение, впрочем, тут же сменившееся гневом. – Явился с сакралансом тайком от меня... А в Леннеране действительно пригрели бесов и чертей... Придётся побыстрее заняться этим делом. Лансар, отправляешься вместе с женой в свои покои и не покидаешь их до моего возвращения и объявления последней воли!

– А мой дом? – всё так же холодно поинтересовался Ланс.

– Был отдан другим. Прочь!

Вот и поговорили, называется... Так же внезапно, как оказались в тронном зале, мы очутились с Лансом в какой-то роскошной гостиной. Причём эта роскошь выражалась не в обилие золота или блеске хрусталя, а драгоценных породах дерева и плитами из натуральных камней, которыми было отделано помещение.

– Всё... Всё, Риона, нам больше нечего опасаться. Если бы отец решил покарать, то меня постигла бы та же участь, что и Дексара, – Ланс привлёк меня к себе и крепко обнял.

– Но он запустил в тебя то чёрное пламя!

– Владыка уже давным-давно не демон в общем понимании, а гораздо выше... Как по уровню магии, так и в отношении телесности, не говоря уже о способностях. Таким своеобразным образом ему проще было проникнуть в мою память и быстрее понять, что произошло, чем выслушивать многочасовой рассказ. Соответственно, и решение было принято быстрее, иначе мы сейчас с тобой бы не разговаривали. Ещё до твоего крика Владыка понял, кем ты являешься,и точно не причинил бы мне никакого вреда, так как идти против воли последнего сокровища, означало бы навсегда потерять шанс на возрождение Чёрных херувимов. Именно это я имел в виду, когда просил замолвить за меня словечко, если дело примет самый скверный оборот. К счастью, не понадобилось, ибо проникнув в мою память, Владыка увидел всё моими глазами, пропустил через себя мои мысли. Но предварительно проделал этот же трюк с Дексаром.

– Так ты убил его или нет на той поляне?

– Физически – да, а вот технически не до конца. Сакраланс является оружием кары, так как отнимает магию у демона и передаёт её тому, у кого находится в руках, либо накапливает в себе, а добить обессиленное тело уже не доставит никаких проблем. Поэтому им имеет право пользоваться лишь сам Владыка, либо тот исполнитель, которому он поручит наказать какого-нибудь демона. Я же просто запечатал силу Дексара, но не дал ему умереть до конца, чтобы иметь доказательства своей невиновности.

– Ты уверен, что нам теперь нечего опасаться? Мне кажется,что ты своими речами довёл его до бешенства.

Ланс провёл рукой по моим волосам: – Знаешь, какое самое сильное из разрушающих чувств?

– Злость?

– Чувство вины. Пусть во Владыке давным-давно умерло подавляющее большинство присущих всем живым существам эмоций, но именно она до сих пор терзает его. Пришлось воспользоваться этим ходом и напомнить о прошлом.

– Кто такая аксора Эрена?

– Моя мать. Да, Риона, я убил свою мать собственноручно изготовленным ядом.

Глава 69. Прошлое

После этого признания у меня глаза на лоб полезли. Чтобы Ланс убил собственную мать? Это с его-то отношением к женщинам в целом?

– Она совершила что-то ужасное?

В глазах моего мужа отобразилась такая боль, что у меня сердце защемило. – Нет, Риона, она была прекрасной женщиной, матерью и аксорой. Пожалуй, единственная из всех жён отца, к которой он испытывал какие-либо чувства. После её смерти и началось его окончательно и бесповоротное обращение во Владыку мира – высшее существо, отринувшее все обычные эмоции и сосредоточившееся на поддержании порядка во вверенных ему предками владениях. Рано или поздно, но такая трансформация происходит с каждым, кто садится на престол Зерейра.

Помнишь, я рассказывал тебе, что, принимая заказ на изготовление яда, лекарь знает, для кого именно он его готовит? Так вот мне поступил заказ «для Ливии» – одной из придворных дам, отличающихся крайне отвратительным даже для демоницы нравом. А я как раз создал свой самый совершенный яд... Но в итоге погибла моя мать вместе с нерождённым братом. Дело в том, что силу и мощь Владыки способна выдержать не любая демоница даже с очень высоким уровнем магического дара. Именно по этой причине у моего отца было несколько жён: родив наследника, почти все аксоры, начинали угасать. Рядом с повелителем Зерейра подобное недопустимо, а потому остатки силы изымались супругом, затем выбиралась новая аксора.