Екатерина Стрелецкая – Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка (страница 23)
Услышав столь многообещающее начало беседы, я внутренне напряглась и предприняла попытку сесть, чтобы лучше видеть Старого и максимально полно следить за всем происходящим в комнате.
Едва заметный пасс рукой и за моей спиной собралась горка из подушек, приподнимая моё тело в полусидячее положение.
— Спасибо. Но вы так и не ответили на мой вопрос.
Левая бровь Старого удивлённо приподнялась:
— Остальные? А какое тебе дело до остальных?
— С ними хотя бы всё в порядке? — не сдавалась я, пытаясь по максимуму вытянуть из духа информацию.
— Неужели ты думаешь, что я способен причинить вред кому-то из тех, кого в своё время спас или приютил? — Старый снова сцепил руки перед собой в замок.
— Не исключаю такой вероятности.
— Напрасно. Да, с Таркой, каюсь, немного погорячился. Не думал, что она так отреагирует, ведь столько лет прошло с тех пор, как она появилась здесь. Да и о твоих особенностях, как инквизитора, я не был в курсе.
Погорячился⁈ Он всего лишь погорячился⁈ У меня внутри всё кипело и клокотало. Я еле сдерживала себя, чтобы сохранить внешнее спокойствие и невозмутимость. Если бы Тарка тогда случайно не раскрыла своё истинное имя, то сейчас её бы уже не было в этом мире. Только имея над ней власть Посвящённой в имя духа, она смогла её «вернуть», хоть до последнего и сомневалась в успехе. Ах, Старый же был не в курсе, что каждый инквизитор до последнего представляет собой взрывоопасную сущность… Естественно! Кто же о таком распространяется! Информация не то чтобы закрытая, но о таком на каждом углу не кричат.
Я решила снова попытать счастья:
— С Таркой всё в порядке?
— Вполне. Восстанавливается под присмотром Длиннопалого, Энра и Кайла. Собственно, из-за неё я здесь.
Внутри меня всё похолодело. Впору было пожалеть, что не обладаю ментальной магией, потому как ещё ни разу в жизни не хотелось так влезть в чужую голову, как сейчас.
— Что произошло?
— С ней? Ничего. Я не доверяю людям, а особенно — магам, и уж тем более — инквизиторам. И не верю тебе, Мейрин. Но я благодарен за то, что ты не дала Тарке покинуть этот мир. И поэтому, как бы мне ни хотелось, чтобы ты навсегда исчезла из нашей жизни, хочу предложить одну сделку…
— Внимательно слушаю.
— Я хочу, чтобы ты поклялась, что никогда не приведёшь сюда инквизиторов и не убьёшь ни одного из нас. Взамен расскажу кое-что о тебе, — Старый внимательно следил за каждым моим движением, хоть и знал, что магией точно воспользоваться не смогу.
— Это невозможно. Я не могу поклясться в этом. Во-первых, я всё-таки давала присягу следовать всем законам, принятым на территории нашей страны, во-вторых, даже если меня направят сюда, но я откажусь от задания, его попросту передадут другому отряду. И тогда спасения точно не будет.
— А так ты нас не тронешь? — древний дух с интересом наклонил голову к правому плечу.
— Скажем так: я просто слишком долго буду идти по вашему следу. А там… Кто знает, вдруг стены замка ещё хранят целые потайные ходы… Но если встречу, то не обессудьте. Это всё, что в моих силах. Могу лишь обещать мгновенный уход в небытие.
Старый чуть подался вперёд:
— Мейрин, ты не боишься, что твои слова услышат те, кто ещё совсем недавно рьяно отстаивал твою жизнь передо мной?
— Нет. Я предпочитаю дать честный ответ, чем лгать в глаза, а потом нанести удар исподтишка. Когда я давала слово, что не причиню вред обитателям замка, все прекрасно поняли, что его действие распространяется лишь до того момента, как я покину эти стены. И они приняли этот вариант. Больше мне нечего добавить, — я смотрела прямо на духа совсем спокойно и открыто.
— Что ж… — Старый поднялся со стула. — Ты даже не хочешь узнать свою выгоду от сделки?
— Нет. Со своими загадками и тайнами я как-нибудь сама разберусь. А вот на сделки со своей совестью я никогда не иду.
Старый остановился и, размышляя о чём-то.
— Хорошо. Я принимаю твой ответ. Но хочу всё-таки рассказать тебе ещё кое-что. Впрочем, это и в моих интересах тоже. Ты готова дать слово, что как только восстановишься, тут же покинешь замок, не обратив его в пепел?
— Я так и намеревалась поступить. Более того, мне не обязательно уточнять на Совете, где именно я провела все эти недели. У каждого инквизитора есть, как минимум одно секретное место, которое он использует на время восстановления в случае серьёзных ранений, если не может своевременно добраться до Цитадели Совета инквизиторов. И местонахождение «лежбища» никогда не раскрывается из соображений безопасности, поскольку все знают, насколько опасно слабо контролируемое «инквизиторское пламя» для любого сунувшегося к пострадавшему инквизитору.
Старый снова уселся на стул и задумчиво щёлкнул пальцами:
— А вот это интересная информация. Что ж… Результат, хоть и не тот, что я хотел бы получить, но готов принять его. Продолжим?
Я кивнула, гадая, что всё-таки задумал древний дух.
— Мейрин, ты даёшь слово, что покинешь замок сразу же, как войдёшь в полную силу и не применишь её ни к одному из обитателей замка до своего ухода?
— Да.
— Отлично. А теперь перейдём к сути того, что я могу тебе дать… Ты знаешь, почему Длиннопалый до сих пор не смог вылечить твою ногу, несмотря на многочисленные попытки?
— Нет. Никто из нас так и не понял до сих пор, почему перелом так плохо срастается… — не понимая, к чему он клонит, призналась я, продолжая ждать какого-то подвоха от духа.
— С этим как раз-таки всё просто. Проклятие.
— В каком смысле? — я насторожилась, пытаясь вспомнить, когда могла под него попасть.
— Точечное адресное проклятие. Причём завязанное исключительно на тебе и на твоей магии, можно сказать, даже — ауре. Считай, что тебе в очередной раз повезло, когда ты поставила на себя блок. Малейшее применение магии и проклятие снова начнёт действовать, постепенно разрушая твой организм изнутри.
Я взъерошила обеими руками растрёпанные после сна волосы:
— Просто потрясающе… Теперь я понимаю, почему сперва приняла ощущения после удара во время боя за ушиб и лишь потом пришла к выводу, что кость сломана. Кто же меня так «любит»?…То чаёчком ядовитым угостит, то проклятием приголубит…
Старый пожал плечами:
— Вопрос точно не ко мне. Ищи среди «своих». В то время я был очень далеко отсюда. Но то, что кто-то сильно наточил на тебя зуб — это однозначно. Создание такого проклятия требует тщательной подготовки и весьма точного исполнения.
Дух замолчал, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— Значит, на поляне нас не просто ждали… Причём именно меня…
— Да. Кто-то очень сильно не хотел, чтобы ты вернулась. Кстати, из того, что ты рассказала Длиннопалому об особенности смерти инквизиторов, я не понял, почему тогда на поляне не произошли последние, те самые предсмертные выбросы «инквизиторского пламени»? Радиус испепеления был бы гораздо больше, чем тот, что я видел… — видимо, решил узнать ответ на давно мучивший его вопрос Старый.
— Это как раз легко объяснимо. Как я уже говорила Длиннопалому, «предсмертное инквизиторское пламя» срабатывает лишь при магической атаке. А мой отряд упокоили при помощи обычного холодного оружия. Не просто же так против нас оказались ренегаты с улучшенными реакциями: те, в ком объединили силу и скорость оборотней и вампиров, — с досадой пояснила я, вспоминая подробности последнего боя. Хотя в моей голове тут же возникла ещё одна версия, но озвучить её пока не решилась.
— Теперь понятно. Я готов снять проклятие, только чтобы ты быстрее убралась отсюда.
Я понимающе хмыкнула:
— Что от меня потребуется?
— Просто не орать слишком громко…
Не орать слишком громко? Намёк, что будет немножко больно? Точнее, «множко». Сильно «множко». И это ещё мягко сказано. Кто бы что о Старом ни говорил, а садистские наклонности в нём явно имели место быть. Во время раскрытия ауры Старого мне было больно и плохо? Ерунда. Детский лепет. Просто ни в какое сравнение с тем, что я испытывала сейчас. Но нужно было терпеть. Нельзя спровоцировать того же Кайла или Длиннопалого, иначе они могут прервать ритуал, и тогда ничего не выйдет. Поэтому мне не оставалось ничего иного, как, стиснув зубы, молча терзать руками ни в чём не повинную подушку. Чтобы хоть как-то отвлечься, я наблюдала за действиями Старого, пытаясь анализировать увиденное, хоть периодически от чудовищной боли перед глазами всё затягивало серым туманом.
Находясь на самой грани уплывающего сознания, увидела, как Старый, наконец-то, отделил от ноги проклятие-паразита, похожее на склизкую медузу, заключив в плотную сферу, а затем просто уничтожил, смяв обеими руками. Уже проваливаясь в глубокий обморок, я услышала, как Старый позвал Энра и Длиннопалого. Перед тем как всё окончательно расплылось, превратившись в разноцветные пятна перед моими глазами, вбежавший древянник аккуратно положил мою голову себе на колени и приложил к вискам прохладные ладони, приговаривая что-то успокаивающее. Энр же занялся многострадальной ногой, с которой Старый всё снял перед началом ритуала.
Глава 25
Карусель дней
Впервые за долгое время мне ничего не снилось: ни эпизодов из рейдов, ни моментов из прошлой жизни, ни обрывков заседаний обоих Советов… Было настолько спокойно, что просыпаться совершенно не хотелось. Особенно если учесть последнее пробуждение. Я немного пошевелилась, устраиваясь поудобнее, и сквозь полудрёму услышала тихое «спи…».