Екатерина Стрелецкая – Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки (страница 87)

Я снимала с себя артефакты, выкладывая на столе в определённом порядке чисто автоматически. Для меня в книге осталось только три страницы... Вот как хочешь, так и понимай. Либо это намёк на мой жизненный срок, либо... Артефакты начали сами собой менять свои формы, трансформируясь в нечто непонятное. Ожерелье попросту рассыпалось на множество «монеток», покатившихся к книге и начавших впитываться в исписанные страницы. Браслет превратился в жидкую субстанцию, обтянувшую обложку по периметру, словно ртутный оклад. Кольцо слилось с корешком, однако сохранило округлую форму, напомнив мне верхушку торчащего из бака масляного щупа. Даже не знаю, почему именно такое сравнение пришло в голову, но как только артефакты угомонились, а из кресла, в котором расположился Арчи, раздался тяжёлый вздох, подцепила получившуюся петлю кончиком пальца.

Щуп в моей «Ласточке» был плоским, а вот из корешка потянулась длинная, гибкая игла, больше похожая на проволоку. Пришлось резко дёрнуть рукой, чтобы всю её вытащить, так как каким бы большим ни был стол, места не хватало. В итоге раздался треск, словно рядом разорвали кусок плотной материи, пёс резко вскочил на лапы, а я сама по тому, как резко всё вокруг стало монохромным, поняла, что развоплотилась. Магическая оболочка мира проявилась необычайно чётко и ярко, совсем как карта звёздного неба в планетарии. Если я и раньше пользовалась «сеткой» для быстрого перемещения, то сейчас меня начало затягивать в неё с неистовой силой. Нужно было срочно уходить, иначе всей моей накопленной мощи не хватило бы, чтобы вернуть телесность. Рухнув в кресло, я заторможенным взглядом смотрела, как «проволока» обвивается вокруг моего пальца, сплетаясь с кольцом и исчезая под кожей.

– Ушла в себя... Вышла из себя... Пришла в себя... Нормально так погуляла...

Отдышавшись, я призвала три десятка безмолвных и частично развоплотилась. На то, чтобы связать призраков с «сеткой», пришлось использовать чистую энергию, лишившись которой резко понадобилось опустошить не только холодильный шкаф вместе с кладовой, но и несколько заброшек с неприкаянными. Отдав приказ безмолвным, снова развоплотилась и взглянула на оболочку мира. Я коснулась указательным пальцем одного из узлов и заметила, как моё тело начало изменяться: кисти вытянулись и стали более узкими, ногти, которым всегда придавала форму «мягкий квадрат» заострились и удлинились, заколка слетела с волос, окруживших голову приятным невесомым ореолом... Тень в таком состоянии никогда не отбрасывала, но по тому, как некоторые предметы и мебель стали ощущаться по-иному, поняла, что рост тоже претерпел изменения, прибавив несколько сантиметров. Жаль, что зеркал в кабинете не было... Хотелось бы оценить получившуюся «красоту». Но, судя по тому, как спокойно отреагировал Арчи, ничего из ряда вон выходящего не произошло. Ну да, стоит смертиподобная хозяйка с шевелящимися на голове локонами, словно змеями, что такого?! Почувствовав нужный мне импульс, я втянулась в сетку и устремилась на другой конец Хеймрана. На этот раз опустошить меня магическая оболочка мира не стремилась, а даже добавила скорости перемещению. Всего понадобилось посетить четыре точки, где скопилось немало неприкаянных, чтобы восполнить силы и вернуться домой. Извини, Тори, если лишила тебя нескольких заказов, но мне сейчас нужнее. Выходить за границы Хеймрана я пока не рисковала. Как-нибудь потом, когда получше сориентируюсь в происходящем, расширю ареал охоты.

Сколько времени понадобится безмолвным, чтобы выполнить моё поручение, не знаю, но пока они снуют по «сетке», выискивая нужные мне аномалии, займусь своим наследием.

– Робин, Марло! Приготовьте, пожалуйста, очень сытный ужин!

Услышав про еду, Арчи встрепенулся и соскочил на пол. Хорошо хоть обжорка мне достался компактный, а то псов Атенайи не уверена, что смогла бы прокормить в текущих обстоятельствах.

Забрав пса, призраки покинули кабинет, а я перетащила книгу на пол и начала изучать с самого начала, надеясь найти ответы как на старые, так и на новые вопросы.

Глава 72. Особенности дара

Кто сказал, что рукоделие успокаивает? У меня вот всю жизнь терпения не хватало, чтобы довести начатое до конца. Одна пропущенная петля, и изделие летело в помойку или снова превращалось в клубок пряжи. Я умею вязать на спицах и крючком, вышивать, но за большие вещи никогда не бралась, ограничиваясь лишь одёжками на кукол или новорожденных детей друзей. Да, я помню древнегреческую мифологию и, собственно, про суть конфликта Афины с Медузой Горгоной, но что подобное коснётся меня, не ожидала. Атенайя была весьма любезна, подробно описав несколько особенностей дара санатер из рода Дэагост. Выбора у меня не было, пришлось осваивать и доводить до нужного уровня.

Заслышав в очередной раз мою витиеватую ругань, все не занятые какими-либо поручениями призраки сразу прятались в дальних углах пристроек. Лишь когда у меня получилось создать, а затем воплотить в жизнь одну из граней дара санатер-Созидателей, выдохнули все, и, кажется, даже сам дом. Глядя на творение своих рук, я поняла, почему требовалось абсолютное уединение: во-первых, чтобы никого не убила в процессе, во-вторых, дабы у случайных свидетелей не произошёл сдвиг по фазе. Честно говоря, сама до конца не определилась со своими эмоциями, пытаясь найти золотую середину между восторгом, ужасом и удовлетворением от проделанной работы.

Однажды Тори поделилась со мной, как ей пришлось переступить через себя и воспользоваться своим даром санатеры из рода Дигейст полностью, чтобы выиграть противостояние с гриром. Вот теперь я сама не хотела, чтобы когда-нибудь передо мной встал такой выбор. Умение, освоенное мной, несомненно, потрясающее, если не вдаваться в подробности, каким образом применяется. Перетащив на чердак «санатеровскую вязанку», я оставила рядом с ней Джоша, как самого морально устойчивого, если не считать Ригана, и снова вернулась к книге.

За прошедшие с момента сделки пять дней я выходила из дома всего несколько раз, буквально силком заставляя себя сделать перерыв. Нет, чтиво было не настолько увлекательным, скорее чудовищным, заставляя раз за разом описанные кошмары оживать наяву в моём воображении, а иногда и призрачными сценками, возникающими над строками. Атенайя могла уйти вместе со своими домочадцами в мой мир, когда большая часть ордена была повержена, а её собственных сил оставалось не так много. Но не сделала этого, доведя бой до конца. Она даже дочерей оставила в замке, понимая, что обрекает их на погибель, но этот выбор был продиктован «меньшим из зол». Только так можно было отрезать грирам и гейрам путь в немагический мир, сделав невозможным присвоение ими фамильного дара Дэагостов. А так вся сила после гибели рода развеялась, став недосягаемой для врага. Единственный возможный шанс на воплощение и возрождение. И вся эта развеявшаяся сила блуждала сперва по всему магическому миру, а затем через аномальные зоны просочилась в мой, где продолжила искать подходящее тело, к которому смогла бы притянуться и внутри которого воплотиться.

По сути, оставшиеся в живых члены ордена смогли лишь впитать чистую энергию, не заполучив возможности перемещаться между обоими мирами. Отправь Атенайя дочерей в мой родной, создала бы таким образом «мост», по которому могли пройти гриры и всё равно уничтожить обеих наследниц, заполучив дар Созидателей. Это стало бы крахом не только рода, но и всего сущего. Не знаю, смогла бы я решиться на такое, просто не знаю. Идти самой на смерть, чтобы остановить других, не страшно, а вот обречь на ту же участь родных и близких... Ещё и подставиться под удар, доверившись... Тори, Алиса, да и Рэйд тоже, говорили, что у меня большие проблемы с доверием, и несмотря на широкий круг знакомых, мало кого подпускаю к себе максимально близко. Чистая правда, хотя признаться себе в этом сложно. А после изучения книги понимаю, насколько близка была бы к полной самоизоляции, окажись в Хеймране ещё каких-нибудь десять лет назад, а не сейчас. Да, в зеркале теперь отображается молодая женщина, в душе я по большей части взбалмошная девчонка, но в самом дальнем, темнейшем уголке живёт глубокая старуха. Противоречиво? Удары судьбы и уроки жизни никогда не проходят бесследно, а моя задача – находить в этом винегрете баланс, чтобы не сойти с ума и не потерять себя, как некогда едва не случилось.

«Он убил меня». Именно такой была последняя фраза, оставленная в книге. Зная, что после смерти от санатер не остаётся ничего, Атенайя наложила специальное заклятие, вписавшее последние строки, внести которые последняя из Дэагостов хотела, но уже не смогла бы физически. Был ли Эрборн предателем или трусом, в последний момент решившим, что хочет жить – не знаю. Но факт остаётся фактом – Атенайя умерла от его удара, а не во время атаки ордена на свой родовой замок. Страшная правда, заставившая меня выйти из равновесия в ту ночь, когда впервые от этом прочла. Но даже вернувшись к этой записи, я всё равно не смогла спокойно её изучить, ощущая нестерпимую боль в районе сердца и перепугав на этот раз даже своих призраков. Только прожитое позволяло отогнать тяжёлые мысли и раз за разом самой себе повторять, что история Атенайи – это её история, которая не обязательно повторится со мной, просто нужно её учитывать, чтобы не допустить подобного исхода.