Екатерина Стрелецкая – Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки (страница 75)

– Ты только при Габриэле так не скажи, а то боюсь, что ни я, ни Тори уже не сумеем тебя оживить.

– Я ещё не совсем с ума сошёл, чтобы шею под эльфийский меч подставлять. Габриэль хоть и предпочитает пользоваться шпагой, но и такой у него в закромах я точно видел. Ещё и посохом сверху приложит для дополнительного эффекта... – Рэйд ещё раз скользнул взглядом по украшению, а потом задумчиво провёл пальцем, вычерчивая извилистую линию. – Ты смотри, все элементы собраны так, словно тело очень длинной змеи зафиксировали в нескольких местах.

Натянув халат обратно на плечи, я кивнула: – Тоже заметила, причём самый последний ряд – это голова «змеи» с моим именем.

– И инициалы – умереть не встать... – шокированно хмыкнул Рэйд, качая головой. – Теперь в этом доме целых два «мертвеца»: «Cadaver» ведь по-португальски – мертвец.

– Угу, а «Dead» – по-английски. Это у Дигейстов любили называть своих дочерей просто символически, а Дэагосты поступали по-простому: выбирали личное имя в честь какой-нибудь богини из младшего пантеона, а потом присоединяли от двух предшественниц в порядке убывания. Учитывая, что Эрис (Eris) была той самой наследницей Дэагостов, которая так и не дожила даже до своей первой инициации, а её сестру звали Энио – в чувстве юмора «бабушке Атенайе» не откажешь. «Раздор» и «Яростная война». Просто вызов всем санатерам, если не плевок в их личики. Младшие рода Атенайе Дэагост этого не простили, потому и оборвали всякие связи на долгие годы. А для старших она всегда была просто взбалмошной и своевольной, а потому отторжения не возникло.

– Это ты узнала, когда обзавелась новым украшением или земля предков навеяла?

– Земля предков мне навеяла только безудержный чих. Ожерелье поделилось. Такое ощущение, что до сих пор слышу довольный своей проделкой хохот Атенайи. Она оставила такие координаты, что я ухнула под землю метров на двадцать точно! Если не глубже. Но от холода зова мертвецов до сих пор согреться не могу... – я повела плечами, пытаясь избавиться от озноба.

Широко улыбнувшись, Рэйд протянул ко мне руки: – Могу согреть!

– Ой, даже не начинай! Договорились же!

– Я волосы тебе высушу и уйду. Надеюсь, что в том странном красном супе не выловлю чью-нибудь ногу, кроме говяжьей, свиной или куриной.

– Я не настолько кровожадна, к тому же не тяготею к каннибализму.

Во взгляде Рэйда прочиталось настолько откровенное сомнение, что я не выдержала и рассмеялась: – Чем быстрее высушишь мне волосы, тем скорее поедим. Борщ не настолько ужасен, как о нём обычно говорят иностранцы. Комбинация из бабушкиного и маминого рецептов ещё никого не оставляла равнодушным!

Рэйд указал мне на кресло перед туалетным столиком, а сам встал за моей спиной. М-м-м... Какое блаженство! Даже местный магический фен не был на такое способен. Кожу головы охватило приятное тепло, хотя Рэйд даже кончиками пальцев к ней не коснулся, а потом побежали приятные мурашечки, дарящие расслабление. Я на самом деле едва не растеклась в желе, чувствуя, как исчезает напряжение в мышцах.

– Могу и плечи помассировать, – мурлыкнул мне на ухо Рэйд, продолжая при этом благоразумно сохранять дистанцию.

– Это ничем хорошим не закончится, поверь. Сиюминутное удовольствие не стоит тех страшных последствий, которые непременно настанут. Я пока ни на шаг не приблизилась к тому, чтобы разгадать секрет долгой, по меркам санатер, и счастливой семейной жизни Тори и Габриэля. И в мои планы пока не входит жестокая смерть, как результат того, что твои многочисленные родственники меня запинают, если лишатся тебя по моей вине.

– Умеешь ты весь настрой сбить, Диана.

– «Обломатор три тысячи приветствует тебя»!

Задумчиво почесав в затылке, Рэйд всё-таки решил уточнить: – Это столько раз ты планируешь меня отшить, прежде чем дать шанс?

– Думаю, что к тому времени как раз найду решение. Говорят же, что маги живут очень долго, чем санатеры хуже? Судя по нашим с Тори родословным, даже чуть больше среднестатистического.

Побурчав в мой адрес, Рэйд ушёл к себе, чтобы переодеться, а вскоре мы уже сидели с ним на кухне и уплетали борщ.

– Необычно, но вкусно. Дашь рецепт? Я матушке передам, она у меня как раз любит на кухне экспериментировать.

– Не-а, своими фирменными блюдами ни с кем не делюсь. Угостить или приготовить по запросу – это всегда «пожалуйста».

– Придётся тогда на тебе жениться, – на полном серьёзе произнёс Рэйд, заставив меня поперхнуться бульоном.

Откашлявшись, я прохрипела: – Не смей угрожать мне, иначе по-настоящему поссоримся!

– Водички?

– С ядом?

– С ума сошла?!

– Любишь ты меня разочаровывать! Но за высушенные волосы спасибо.

Закатив глаза в лучших традициях Тори, Рэйд поставил передо мной графин с водой: – Кстати, а что у тебя за записки какие-то по всей прихожей развешаны?

Мне настолько лень было выкатываться из-за стола, поэтому я попробовала приманить к себе кинжал. Почувствовав знакомый холодок с внутренней стороны правого предплечья, оценила удобство пользования этим артефактом. Я вытащила из рукава кинжал и протянула Рэйду: – Сможешь перевести, что написано?

– Странно, надпись сменилась... – рыжий под разными углами повертел в руках клинок, – В холодильном шкафу эклеры свежие, с масляным кремом.

А вот любимые пирожные смогли вытащить меня из-за стола и поставить чайник на плиту.

– «Совесть превыше долга». Но это скорее вольный перевод, адаптированный по смыслу.

Забрав у Рэйда кинжал, я показала новую надпись: – А так?

– «Только смерть проявит грани доверия». Это что, сборник мудростей семейства Дэагост?

– Пока не знаю, но так как надписи меняются, и даже в моих руках уже мелькало несколько разных, то я приказала своим безмолвным записать всё, что увидят они.

– А вот это уже интересно. Будет чем мозги разгрузить вечером, если ты не против.

– Только «за». Самой свои собрать в кучу нужно, плюс зонтик доделаю.

В итоге чай пили, уже обложившись чертежами и записями, периодически обмениваясь своими мыслями по тому или иному поводу. Рэйд, кстати, в механизмах, тоже немного разбирался и обещал достать кое-какие необходимые инструменты и детали, чтобы довести мой зонт до ума. Потом как-то незаметно переместились в гостиную, откуда время от времени гоняли умиляющихся Джейд и Робин, готовых спеть «Тили-тесто», если бы только знали слова. Пришлось, правда, взять с Рэйда клятву, что даже под страшными пытками не проговорится Габриэлю о том, откуда у меня взялись кинжал и ожерелье. Достаточно того, что по этому поводу Тори связалась с Кроденером. Получив к ужину все переводы, я докосила оставшуюся траву, а потом почти до трёх часов ночи опрашивала своих призраков, чтобы убедиться в своих предположениях. В итоге моё утро началось по почти уже забытой хеймрановской традиции – с кладбища.

Глава 61. От мертвецкого агрария до лупонария

Во все времена похоронный бизнес считался одним из самых стабильных, ведь что бы ни случалось, люди умирать будут всегда. Молчу уже о криминальной стороне этой сферы, когда в старых захоронениях за отдельную «благодарность» внезапно появлялись молодые и не очень «соседи». Несмотря на то что кладбище рядом с домом Рэйда считалось старым и на нём практически не проводились захоронения, всегда есть на чём подзаработать. Как вспомню, сколько приходилось подкидывать могильщикам за перезаливку и ремонт цементной опалубки, подсыпание гранитной крошки, обновление надписей на памятниках, так вздрогну. Как бы цинично ни звучало, но хорошо, что на том кладбище, где были похоронены родители и бабушки с дедушкой её было принято устанавливать металлические оградки, как на деревенском погосте. Раз в год мы ездили в деревню, чтобы поправить могилки дяди и остальных родственников, так до сих пор помню запах серебрянки и специальной эмали, разъедавших даже очень прочные перчатки и которые потом в течение недели приходилось оттирать с кожи рук и лица. Вот мой расчёт и был сделан на то, что из-за кладбищенского сторожа, ставшего ярым укротителем «зелёного змия», никто порядок в месте «скорби и покоя» не занимался. Да, другой мир, иные традиции, но за спрос ведь денег не берут, таким образом, я ничего не теряла. После зубодробительных нотаций Габриэля появился риск, что сторож опомнится и возьмётся за ум, но обычно даже под возлияниями люди, привыкшие выполнять свои обязанности, продолжают работать, просто делают это плохо. Даже во время ночного забега по души мародёров, я каких-либо следов ухоженности захоронений и хоть мало-мальского приведения дорожек в порядок, не заметила.

Сторож обнаружился копошащимся возле своего дома.

– День добрый!

Арчи сразу низко затарахтел, учуяв винные пары, но клацать челюстями пока не спешил. Мы оба с псом не любили адептов культа Диониса, хотя французик смирился, что иногда от его заявившейся под утро из клуба хозяйки могло пахнуть парой бокалов сухого.

Увидев меня, сторож вздрогнул, а потом попятился, словно увидев настоящую Медузу Горгону с шевелящимися на голове живыми змеями.

– Никого не хороним, поминальные торжества не устраиваем, – буркнул сторож, продолжая коситься на Арчи.

– Спасибо, я в курсе. Меня зовут Диана, и по не очень счастливому стечению обстоятельств являюсь вашей соседкой. Позавчера какие-то молодые люди, сновавшие по кладбищу, доставили мне массу неудобств своим появлением на границе между изгородями...